Копоть (СИ)
А все потому, что кормили много, дешево, и главное — вкусно.
Сделал заказ, уселся. Только-только взялся за ложку, но донести до рта не успел. Аппетит испортили.
— Приветствую, паренек, вот так встреча! Да ты не дергайся, сиди спокойно. Поговорить пришел, не больше. Устраивать мордобитие в людных местах все же не принято. Тем более, заведение уважаемое, да и жандармы под боком. Так что ты ешь, да слушай. Да кивай в нужных местах.
Напротив Джонсона присел тот самый «рэкетир», которого он приложил лицом в пол. А потом имел долгую «беседу» в камере. Выглядел мужчина вполне радостным, довольным жизнью. Не сказать, что пару дней назад его задержали за правонарушение. Скорее наоборот — образцово-показательный порядочный гражданин.
— Видишь, как бывает, паренек? Повздорили, руками помахали, а последствий-то и никаких. Что тебе, что мне, хуже не стало. А может еще и лучше? Кстати, можешь звать меня Джо. Фамилия-то моя тебе ни к чему. Про тебя уже птичка напела, Джонсон, мол. Дагом кличут. Верно?
Не долго думая, Джо протянул руку. Даг пожал ладонь на инстинктах, автоматически. На что бандит довольно кивнул.
— Вот и познакомились. Ты вот что, паренек. За тобой должок остался. За тот случай, в магазине. Посчитаться бы нам. Мы то были в своем праве, а вот ты откуда нарисовался — не понятно. Давай так, с тебя услуга малая, да добровольный взнос на общественные нужды. И будем считать инцидент исчерпанным. А не то, сам понимаешь… Ночи темные, улицы пустынные. До дома порой можно и не дойти. Не тебе, так ненаглядной твоей, Жанне то бишь. Невзначай засмотрится, не дай боже споткнется, да ножку и повредит. Раза три в разных суставах. Всякое ведь в жизни бывает, да?
Джонсон, приступивший было к еде, вновь замер. После таких слов как-то кусок в горло не пошел.
— Ну а раз мы достигли соглашения, давай-ка вот что…
— Нет!
Джо замолчал, с удивлением уставившись на собеседника. Даг наконец прожевал здоровенный кусок мяса, и тот с урчанием отправился в путешествие по пищеводу.
— Что значит нет, парень? Ну что ты, как маленький? Я же ведь вроде все доходчиво объяснил. Будем дружить — будет всем хорошо. Поругаемся — плохо для тебя. И твоей крали.
Словоохотливый гангстер замолк. Смотрел на дознавателя испытующе — ну и что, мол, на это скажешь?
Даг собрался. Подступил страх, страх несоответствия. Страх сказать что-нибудь не то и оказаться в дураках. Внутри Джонсона трясло, только неимоверным усилием воли удалось внешне остаться спокойным.
— Нет — значит все не так, как ты сказал, — максимально сдержанным нейтральным тоном проговорил Даг, — Во-первых, я ничего тебе не должен. Это ты сунул пулевик мне в лицо, а я был в своем праве, защищаясь. Никто не может ничего предъявить за самозащиту. Кто кашу заварил, тот пусть и расхлебывает. Так что, с этой стороны мы квиты.
Джо открыл рот, намереваясь возразить, но дознаватель такого шанса решил не давать. Давить, давить до конца, пока смелость не иссякла.
— А во-вторых, если ты хочешь предложить сотрудничество, то крайне странно начинать его с угроз. На угрозах мы далеко не уедем. Ты же понимаешь, что даже если сейчас я выполню твою малую услугу, этим дело не кончится. Ты будешь подкидывать новые задания. А мне придется искать вариант, как защитить себя и тех, кто мне не безынтересен. Любое силовое давление подразумевает силовой ответ. Придется опять ссориться. Только вот есть одно но: вчера я был сам по себе, а сегодня за мной стоит жандармерия. Не думаю, что они готовы вот так прямо сразу вступиться за стажера…, но и безнаказанным нападение на сотрудника не оставят. Я бы не хотел проверять, что из всего этого выйдет. Поэтому, если у тебя есть, что предложить, сделать это надо так, чтобы предложение казалось выгодным не только тебе, но и мне.
Джонсон замолк и демонстративно принялся за еду. Сказал, что хотел, и добавить больше нечего. Его, правда, потряхивало, и на лбу выступил пот… Но голос остался достаточно спокойным.
Гангстер смотрел на дознавателя слегка удивленно. Словно первый раз его увидел. Или увидел в новом свете. Умильная улыбка разрезала суровую физиономию.
— И опять я тебя, недооценил, Даг. На вид ты — вафля вафлей, но по факту умеешь за себя постоять… Хорошо, давай забудем об угрозах. Не с того начали. Что ты хочешь получить за сотрудничество?
— Опять не так, — Джонсон покачал головой, — О сотрудничестве мы еще не договорились. Сначала, я хочу знать, что за услуга. И только потом смогу сказать, возможно ли это в принципе, и чего будет стоить.
— Наглец! — воскликнул Джо, — Каков наглец! Не перегибаешь?
Впрочем, на этот раз он говорил со смехом. Джонсон понял, что опасность, если и была, миновала. По крайней мере прямо сейчас его убивать не будут.
— Хорошо, давай попробуем, — гангстер пододвинул салфетку и схватился за карандаш, — Смотри! Вот это город…
— Круглый?
— Ну да. А что? Все города круглые, как иначе? Не важно. Давай дальше. Вот центральный диаметр, вот второй, и так далее, — он аккуратно изобразил ряд концентрических окружностей.
— Теперь, вот хорды, начиная от нулевой и до двенадцатой, видишь? — теперь Джо нарисовал радиусы из центра к краям круга.
Рисунок стал похож на мишень. Одну из тех, что Даг час назад расстреливал в тире.
— Итак, диаметры и хорды делят город на сектора… районы, как удобнее, — бандит вещал не хуже профессора, — Понять нужно следующее: каждый сектор не сам по себе, он под кем-то…
— Ты имеешь ввиду криминал?
— Ну, зачем так грубо… Назовем это «неофициальная власть».
— Теневые кардиналы.
— Чего?
— А нет, это из другого… продолжай.
— Так вот, «неофициальная власть» держит все районы. Сферы влияния давно расписаны. Каждый смотрит за своим местом, на чужие не зарится. Иначе — война, трупы, ненужные волнения, внимание властей… Никому это не надо, уж поверь.
— И сколько… таких «властей» сейчас в городе?
— Во всем Стим-сити пять крупных семей, тринадцать средних, а мелочи — без счету, — Джо нахмурился, — Не знаю, зачем это тебе рассказываю… ладно. Одним, словом, вот тут, все припортовые районы — территория семьи Лански.
— Жирный кусок… и по размеру, и по наполнению.
— Есть такое! Все грузы идут через нас, это факт. Но зато и контингент… соответствующий. То ли дело, ближе к центру. Там братва как сыр в масле катаются… Но сейчас не об этом.
— А ты, прости, кто… в иерархии?
Джо расхохотался. Да так громко, что напугал пожилую дамочку за соседним столом. Она поспешно ретировалась, отсев подальше.
— Тебе сколько лет, парень? — успокоившись, спросил гангстер, — По виду, дал бы не больше двадцати. По поведению — к тридцатке. А вопросы задаешь, будто бы даже и ближе к полтиннику. Ты где столько разума набрался?
— Есть места… И все же?
— Положение мое не особо заметное. Но и не рядовое. Чтобы тебе понятней было, считай аналогом менеджера среднего звена.
— Не туда и не сюда.
— Ага, именно! — он ничуть не обиделся, — Поверь, в этом и фишка. Низовые звенья — слишком рискованно. Влезешь повыше — станешь слишком заметным. А так, ни рыбо, ни мясо, вроде и при деле, а вроде и дело не пришьешь.
— Интересно… Ну так что с этим? — Джонсон постучал вилкой по салфетке с рисунком.
— Что-что… А то, что появилась в городе новая сила. Говоря… не совсем обычная сила.
Ганстер замолчал. Даг тоже выдержал паузу.
— Что значит «необычная»? — наконец, вынужденно открыл рот.
— Да так сразу и не объяснишь. Мутные какие-то ребята. Появились ниоткуда. Где ютятся — неизвестно. С чего живут — никто не знает. А главное — нет за ними никого. Ни власти, ни денег, ни клана, ни корпорации. Как будто из-под земли выпрыгнули.
— Ну так ведь сам сказал, малых семей — без счета. Одной больше, одной меньше. Первый раз что ли?
— Так, да не так. Эти малыши — дело известное и понятное. Они живут сами по себе, общий порядок уважают, на чужое рта не разевают, а берут то, что и так плохо лежит. Чаще всего — это взлетная площадка для крупняка. Так сказать, полигон. Песочница для обкатки кадров. Их потому и терпят, что все — под кем-то. Повязаны или делами, или договором, или кровью.