"Фантастика 2024-94". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Марь. А те зонты еще остались?
— Которые старомодные и на кой я их покупала? И мне неликвиды всучили втридорога? — насмешка была слышна даже по мыслесвязи. — Вот уж воистину, отливаются кошками мышкины слезы.
— Ну, на мышь ты не тянешь, — подольстился собеседник. — Ты покрупней…
— Ехидна…хи хи.
— А вот мистер Николас Хи Хи зонт не получит!
— А как ты меня узнала?
— А я не узнала, я тебя на понт взяла!
— Точно Ехидна!»
Зонты трости, приткнулись в углу ближайшей аптеки, и судя по пыли стояли здесь уже давно. Марья раскрыла один зонт, полюбовалась большим черным куполом, чихнула и пошла торговаться. Однако развлечься не удалось, аптекарь обрадованный, что на зонтичных монстров нашелся покупатель, отдал их почти задаром. Можно сказать, ей их просто подарили, да еще отправили покупку с мальчиком посыльным, что бы леди не тащила сама такую «тяжесть». Но всю радость от столь нужного приобретения разбили насмешки ходоков. Нет, они не были злыми, но Марья все равно почему-то обиделась и теперь отыгрывалась с лихвой. Марья раскрыла зонт поставила его на стол, и уже примерилась к куполу мелком, когда в палатку влетела мокрая худощавая чернокожая девушка.
— Где он?! — не здороваясь выпалила незнакомка.
— Он это у нас кто?
— Майки!
— А мы ему кто? Все сестры вроде в наличии.
— Я не знаю какие наличники, но я невеста Майки! А этот слизняк сказал, что ему ногу отрезали, а Джоди сказал, что не отрезали! — у девушки явно начиналась истерика. — А в больницу его не привози-и-и-ли!
— С Майки все хорошо, нога на месте, через месяц будет бегать как лось, — поспешила успокоить Марья.
— Это правда мисси? — негритянка осела на стул и разрыдалась.
— Пойдем, сама увидишь, — зонт был применен по прямому назначению, а Невс сидевший в засаде по поручению командира, так и не узнал, что собиралась с ним делать Марья.
Не успел Майки пошептаться с невестой, как во дворе цирка разразился скандал. Толстая негритянка кричала, что не для того растила дочь, чтобы она вышла замуж за калеку. Худой, на фоне жены мужчина, пытался ее успокоить, напоминая, что о свадьбе еще никто не заикался.
Однако от этого стало только хуже.
— Как это не заикался?! Да вся улица слышала и видела, как они встречались, да за ручку гуляли. А сейчас кто бежал, на глазах у соседок и рыдал по-своему Майки? И о чем после этого говорить?! Да теперь он как настоящий джентльмен, с ногой или без ноги, должен на ней жениться! А иначе она остается дома! — гнула свою линию будущая теща.
— Ой, ну вылитая Циля! — Изя стер со щеки слезу умиления.
— А кто отказывается? Мы такой невестке рады, только мальчик сейчас знаешь ли лежачий, — мама Иду была сама степенность.
— Так преподобного можно и привести! — тут же нашлась мамаша невесты. — Вот сержант Смит может сбегать!
— А что я посыльным работать нанимался?! — выпал в осадок Робин.
— Как врач до завтра запрещаю, больного беспокоить, никаких преподобных, — внес свою лепту Ло. Но на него, как и на Робина, никто не обратил внимания, потому как в разговор вступила невеста.
— Без платья венчаться не буду! Хватит мне обноски сестер донашивать!
— А почему это она за Майки замуж выходит, а мы хоть и помолвлены, как вы мама требовали, должны уезжать от своих женихов?! — чуть ли не хором вступили сестры жениха.
— Доченьки, но если вы замуж пойдете, то куда же я уеду?
— И нам тоже платья нужны!
Это было для Марьи последней каплей иссякшего дождя. Она тихо уползла в шапито, где присоединилась к хохочущим Оле и Гарри.
— Уважаемые, — голос Ника был тих, но холоден. — Если вы не в курсе, то я являюсь совладельцем этого балаг… цирка. И кто куда едет или нет, решаю я, — оба семейства притихли и насторожились. — Сейчас вы все отправитесь домой, невеста может остаться, и там поговорите. После принятия решения, кто с кем, когда…
«Только позу не оговаривай!».
Ник сбился и кашлянул.
— В общем, кто с нами едет, придете и озвучите решение. Времени у вас два дня не считая сегодняшнего. В субботу ни с какими венчаниями мы возиться не будем. Завтра послезавтра, можно использовать шапито, как площадку под церемонию, нашему жениху так будет удобней, — внимательно посмотрел на собеседников и уточнил. — Меня все поняли?
 
— Да масса, спасибо, — за всех ответил папа Том, и будущие родственники, прихватив из фургона одеяла, удалились.
— Какая зараза вякнула про позы?! — Ник кровожадно оглянулся на выползающих из цирка заплаканных ходоков.
— Ой, ну подумаешь! Оно по тексту так и просилось, — отмахнулся Ло. Полюбовался на перекосившуюся физиономию профессора и добавил: — Жаль нет фотика, я бы портрет назвал «Изумление».
Естественно за всей эпопеей наблюдал весь цирк.
Марья переставила довольно тяжелую лестницу, и отошла назад, оценивая свою работу. На выцветшем рисунке ярко выделались подведенные свежей краской черные глаза, красные губы и нос клоунского лица. Из слова цирк, полукругом расположившуюся на борту, осталось обновить последнюю букву.
— Еще бы подновить контуры, — подумала женщина, поправила платок на голове, подобрала пышную, хоть и старую, цыганскую юбку и полезла вверх.
— Надо признать вы уверенно держите кисть в руках, миссис Ротрок, — голос Федора раздался так внезапно, что Марья подпрыгнула, а кончик буквы «К» обзавелся не запланированным красным хвостиком. — Простите Бога, ради! Не нужно мне было говорить под руку!
— Не стоит переживать, — завхоз вытащила тряпочку из-за пояса и легко стерла свежую краску. — Вот и вся не долга!
— Я был бы рад, если бы можно было также легко стереть, те хм… скажем недоразумения, которые произошли между мной и вами, — фраза далась старику со скрипом, и он явно имел ввиду не только женщину на лестнице.
— Федор Артемьич, если уж честно, то мы тоже хорошо накосячили, — Марья спрыгнула вниз, подобрав юбки. И как Зара в них всю жизнь ходит? — Наш доктор, часто говорит, что короткая дорога не всегда бывает прямой. Но я надеюсь, что все «недоразумения» в прошлом. Нашим я передам ваши сожаления.
Марья понимала, что заставлять мужика еще раз извиняться, с психологической точки зрения чревато срывом. Федор между тем, опустил лестницу на землю, отошел подальше от фургона, еще раз посмотрел на места обновленный рисунок и хмыкнул.
— Странно, вроде нарисовано кусками, а отойдешь, и вроде картинка складывается.
— Обновить все я не берусь, времени и красок уйдет уйма, а так — дешево и сердито! Ладно, пошла посмотрю, что там девочки делают? — И женщина убежала, размахивая широкими юбками, предоставив содиректору относить лестницу на место.
До самого представления из ранее пустовавшего фургона доносилось хихиканье и смех девчонок. Сашку, попытавшегося пробраться внутрь и разведать, что же там происходит, выперли с радостными визгами. Все что ему удалось увидеть, это стоящие на полу ручками к двери открытые зонты. И перепачканные краской руки Марины. Возмущенного мальчишку, чтобы не маялся без дела, пристроили к кастрюле попкорна. Команда по его изготовлению неожиданно получила отгул, и выкручиваться приходилось самим. Ужин вызвалась готовить Зара, правда взяла себе в помощь тихую и незаметную Аю.
Люсиль временно перенесла свою мастерскую в фургон к молодоженам, дабы подгонка венчального платья не отвлекала «сиделку» от прямых обязанностей. Платье, конфискованное у Эни, было почти в пору, поэтому переделка предстояла небольшая, всего лишь расширить с помощью кружев лиф. Невеста поглядывала то на спокойно спящего жениха, то на сноровисто работающую швею и боялась поверить, что это чудо нежно зеленого цвета, шьется именно ей. Выбираться из фургона девушка пока не решалась, люди там во дворе казались странными и немного пугающими.
Особенно хозяин, мистер Ротрок, хотя все остальные его совсем не боялись, а даже шутили и смеялись. Девушке было скучно, полы, затоптанные утренними посетителями, она уже вымыла, Майки накормила обедом и посуду отнесла на кухню, больше делать пока было нечего.