"Фантастика 2024-94". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

– Нельзя, – отрезала девушка. – Да и время позднее, нехорошо это.
– У них другой часовой пояс, – парня внезапно осенило. – Я начал писать книжку, когда мы шли из Америки в Китай, так что в Мире Эскапистов сейчас вполне детское время.
Писатель победно воззрился на девушку.
– Тебя не проведёшь, голубчик, – Наталия изобразила, что принимает поражение. – Хорошо свой мир помнишь.
– То-то же, – Дима готов был лопнуть от гордости.
– Раз у них сейчас не поздно, в таком случае я сама пойду в гости. Счастливо оставаться. 
Не успел писатель удивиться, как призрака и след простыл.
Наталия исчезла. Без впечатляющих эффектов, тихо, но – изящно.
– Блин, – сказал Дима, чуть оклемавшись. – Я ж не зря искал портал.
И снова побежал ощупывать безголовую статую.
  
Глава дестяая
 
Глава десятая 
Все мы когда-то учились в школе. Ну, по крайней мере большинство из нас.
Ранние подъёмы, пресный завтрак без аппетита, тяжёлый портфель и расстилающиеся потёмки перед носом. А вам хочется спать вместо героической дороги сквозь холодрыгу. И что самое обидное – на первом уроке контрольная. По какой-нибудь очередной истории с обилием дат, налезающих друг на друга, которые просто невозможно выучить.
Собственно, вы ничего и не учили, потому что весь вечер залипали в телевизоре, рискуя посадить кинескоп.
Поэтому первой же фразой, которую вы пророните в классе, будет: “Привет, дай списать”. И обязательно в адрес самого мозговитого, но наименее общительного парнишки.
“Ладно, только чтобы не одинаково”, – согласится одноклассник.
“Хорошо, я допущу пару ошибок”, – ответите вы.
И контрольная пройдёт успешно. Вы даже посидите рядом со своим спасителем, что учительница отметит коротким взглядом поверх очков, но ничего не скажет. И вам даже поставят сносную оценку, потому что “ну старается ведь”. А однокласснику снизят балл, потому что “может же лучше, в самом деле”.
В итоге, шаблон закрепится на долгие годы: чтобы получилось хорошо, надо копировать, но не полностью.
А представьте такую ситуацию: вы решили списать, но даже своим разумом двоечника обнаружили, что работа насквозь неправильная. И тогда вы станете судорожно исправлять ошибки, чтобы получилась полная противоположность. Причём, сделаете это настолько хорошо, что никто не поверит, и вам поставят двойку. По-любому же со шпаргалки сдирали, как иначе.
И пусть работа будет лучшей в классе (да, от двоечника, не ломайте аналогию), за неё по головке не погладят.
Астролябия не училась в привычной нам школе, но поступила точно так же. Перед волшебником на столе лежала очень плохая работа с ошибками и её полная противоположность, за которую можно хоть сейчас вручить золотую медаль.
Но Серетун был недоволен. Если не сказать хуже.
– Не мала баба клопоту, купила порося, – разродился волшебник старой присказкой.
– Что? – бесцветным голосом спросила красавица.
– Говорю, не хватало мне в жизни проблем. Спасибо, что ещё добавила.
– А, – с той же интонацией протянула Астролябия. – Да не за что.
– Очнись, деточка! – психанул волшебник. – Ты мне скажи, почему у меня на столе лежит какой-то непонятный мужик?
– Не знаю, ты сам его сюда положил, – пожала плечами девушка.
– Да я про другого мужика! – заорал Серетун.
– У вас там всё хорошо? – спросила Клофелина из гостиной.
– Иди, полюбуйся! – позвал её чародей.
Портниха тут же перешагнула через порог. Удобно, когда подслушиваешь у самой двери.
– Не поняла.
– Вот и я не понял, – волшебник опять грозно посмотрел на Астролябию.
– Вы хоть этому память стёрли? – Клофелина ткнула ногой в свисающую со стола голень Ибн Заде.
– Ах да! – Красавица быстро провела рукой по лбу визиря. – Готово.
– Точно? – спросил Серетун с сомнением.
– Точно. Вези его обратно в Пейтеромск.
– Да-а, тяжёлый у начальника выдался денёк, – вздохнула Клофелина. – Второй раз теряет сознание, а теперь ещё и память.
– Зато нам не скучно, – улыбнулась красавица.
 
– Мне – так уж точно, – хмыкнул чародей. – Что будем делать с этим вот?
Серетун указал на неудавшуюся копию визиря.
– Ты вези Ибн Заде, а мы побудем с, кхм, нашим гостем, – предложила портниха. – Он всё равно может пригодиться.
– Не говорите с ним без меня, – погрозил пальцем волшебник.
– Не обещаем, – сказали женщины хором.
– Ай, – махнул рукой Серетун и занялся отгрузкой Ибн Заде на спину обращённого в корову стражника.
Задача, в общем-то, стояла несложная: немного отъехать от дома и с помощью свитка телепортироваться прямо в столовую замка. Главное, чтобы бурёнка не сильно брыкалась, а то ещё сбросит на землю, потом шею себе ремонтировать придётся.
Волшебник вспомнил один давний инцидент, когда только учился ездить на коровах, и громко сглотнул. Удивительно, что самое первое путешествие верхом прошло без травм. Даже у пьяного в хлам Натахтала.
А уж если учесть, что сейчас он сидит на шее у обращённого стражника…
Чародей вместе с Астролябией заняли хижину Бередуна, подставного папеньки, который хотел убить собственного сына. Хорошо, что Дима вовремя одумался и не стал доводить задуманное до конца. Всё-таки славный он парень. Хоть и глуповатый порой.
Сейчас, когда он узнал, что у Серетуна есть связь со внешним миром, наверняка будет частенько звонить и советоваться. Ох, Наташка, всё-таки спалила заговорённую лампаду. С другой стороны, кому ещё, как не мистеру писателю решать нависшие проблемы. Так что квадратную голову придётся потерпеть. Главное, чтобы она продолжала существовать.
Дорога от хижины пролегала через густые кустарники и высокие деревья, за которыми виднелся скалистый берег Восточного моря. В этих краях несколько месяцев назад волшебник с красавицей выбрались из воды, промокшие и озябшие. Только шок помог им доплыть. Не каждый день всё-таки тебя бросает в воду огромный скелет в плаще.
Бередун жил на отшибе, чтобы не контактировать ни с кем из персонажей. Настоящий рояль в кустах, не зря тут ими всё и поросло. Астролябия была крайне недовольна таким поворотом событий. Вот ты перспективная медсестра, которая возглавляет целый госпиталь в прифронтовом городке, но уже через короткое время хочешь пожертвовать собой, чтобы сохранить жизнь любимого, а он, чтобы не подвергать тебя опасности, сам идёт через пещеры и вываливается из мира. В итоге, всё, что тебе остаётся, – жить в заточении с каким-то безумным волшебником.
Хорошо, хоть эльфы обосновались поблизости. И то недолго это радовало красавицу. Когда Тизуил вместе с Латис съехали, общество длинноухих лучников стало совершенно невыносимым. Серетун вечно пропадал по своим делам, и Астролябии не оставалось ничего, кроме как проводить эксперименты с Тканью Повествования. Волшебник благоразумно потребовал, чтобы опыты простирались в пределах самой хижины, и пока девушке эту просьбу удавалось выполнять.
В конце концов, именно благодаря Астролябии у Серетуна появилась связь с внешним миром. Одно неосторожное заклинание связало подсвечник с лампадкой на питерском кладбище. Удивительное совпадение.
Но ещё более удивительным открытием стала способность девушки-призрака перемещаться между мирами.
– Здравствуй, дружочек. 
– Легка на помине, – сказал Серетун, бровью не поведя. – Только о тебе думал.
– Это хорошо, что думал. 
Наталия парила в сантиметре над спиной коровы, делая вид, что сидит лицом к волшебнику. На самом деле она проходила сквозь любые поверхности, но девушке хотелось быть более приземлённой, если можно так сказать.
– Насколько я понимаю, беседа с Димой прошла успешно?
– Да, – ответила Наталия. – Понятливый малыш, хоть и сомневается.
– Ты мне только скажи, – Серетун пристально посмотрел на призрака. – Зачем ты показала ему лампадку?