Его Величество император (СИ)
— Дать попить?
— Пить нельзя, только смочи губы. И прикажи позвать всех, министров, членов Совета, кто есть во дворце. Объявлю свою волю. Прикажи и возвращайся, попрощаемся.
Эльриан выглянул из двери в коридор и столкнулся с отчаянным взглядом Ива.
— Он просит собрать министров и членов Совета, из тех, кто есть во дворце, — стараясь, что бы голос не дрожал, попросил Эльриан.
— Я уже всех предупредил, все ждут приглашения, — Ив замялся, — можно мне, минуту…
— Поговорить? Конечно, Ив, проходите, — Эльриан отвернулся, что бы никто не увидел блеснувших в глазах слез.
Ив вошел, послышался тихий разговор, через минуту секретарь вышел, кивнув принцу.
— Спасибо, заходи, ждет!
Эльриан вновь подошел к отцу.
— Ри, иди сюда, обними меня. Все сплетники были правы, я всегда любил тебя больше всех своих детей!
— Папа! — ахнул сын, кидаясь к кровати, — не смей прощаться! Ты выживешь, врачи спасут, прооперируют и спасут, — он не выдержал и всхлипнул. Опустился на колени, наклонился. Бережно, боясь навредить, прижался щекой к щеке. Они оба замерли, потрясенные этой, возможно, последней близостью. В этот момент в коридоре раздались шаги.
— Все, сын, нельзя показывать слабость на людях.
Эльриан поцеловал отца в щеку, нехотя отстранился.
— Когда впустишь их всех, сядь рядом и возьми меня за руку, — приказал император.
Через минуту предоперационная палата наполнилась народом. Почти все члены Совета, министры, заместитель Эрвина. Эвальд повернул к ним голову, не сумев скрыть едва заметную гримасу боли.
— Ив, — приказал он, — подай сюда.
Ив подошел, Эльриан поднялся, уступая ему место. Секретарь подал императору лист бумаги на плоском подносе и ручку. Эвальд поднял руку, подписал бумагу, взял поданную секретарем печать и приложил к своей подписи.
— Господа, только что, при вас я подписал, возможно, свой последний указ. В нем я объявляю своего сына Эльриана кронпринцем, а в случае моей смерти — императором Элланы. Поскольку он еще не достиг совершеннолетия, то регентом при нем становится мой брат Эрвин. Так как он в настоящее время отсутствует, а так же на случай ситуации, когда исполнять обязанности регента ему станет невозможно, полномочия регента переходят к герцогу Вильму Вальтрону. Меня ожидает операция, с момента, как я окажусь в операционной, и до появления моего брата исполнять обязанности регента будет именно он. Я прошу всех присутствующих подойти и поставить подписи, в знак того, что вы являетесь свидетелями, что я подписал указ в полном сознании, добровольно, и полностью сознавая свои действия. Подходите, Вильм, ты первый.
Герцог подошел, поставил подпись. Эвальд задержал его, слабой рукой притянул к себе и шепнул на ухо: — Проследи за Эрвином, ни его, ни Фреда не было на церемонии. Помоги Эльриану в случае сложностей. Я передал Иву приказ для тебя, дающий черезвычайные полномочия в случае необходимости.
Вальтрон кивнул, коротко сказал: — Понял, — пожал руку родственнику и другу, отошел. Члены Совета поочередно подходили и расписывались внизу документа. Когда подписался последний, Эвальд коротко сказал: — Спасибо, а теперь оставте меня вдвоем с сыном.
Все вышли из палаты. Эльриан удивленно смотрел на отца. Он слышал, что тот сказал Вальтрону.
— Не удивляйся, слишком короткий путь остался у Эрвина до трона. Человек слаб, искушение может быть слишком велико. К тому же Фред, его истинные желания нам неизвестны. Не доверяй никому, проживешь дольше! Посиди рядом, пока не пришли эскулапы.
Эльриан вновь опустился на стул, но долго сидеть не получилось. В палату ввалилась толпа медиков в наскоро напяленных халатах, они что-то рассматривали на экране принесенного доктором Штерном ноута, листали какие-то бумаги и переговаривались на одном им понятном языке, смысл разговора простым смертным был недоступен. Эльриана вежливо выпроводили. Он успел послать отцу на прощанье вымученную улыбку, и со словами: — Держись, отец, я буду ждать твоего возвращения! — вышел из палаты. В коридоре он без сил прислонился к стене, испытывая большое желание сесть прямо на пол. Ноги отказывались держать его. Кто-то, как оказалось, Мишель, подставил стул, принц рухнул на него, закрыл лицо руками и постарался, в какой уже раз за этот день взять себя в руки. Кто-то подошел и уселся рядом на стул, который Мишель принес, видимо, для себя.
— Мишель, — тихо попросил Эльриан, — прикажи кому-нибудь принести кофе.
— Тебе не кофе нужно, а кровать и таблетка снотворного. Операция продлится много часов, успеешь выспаться, — сказал над ухом хорошо знакомый голос.
— Вильм, — механически произнес Эльриан, — спасибо, что остались.
— Куда же я денусь, когда Эвальд попросил поддержать тебя, защитить от придворных шакалов.
Эльриан вскинулся.
— Ладно, ладно, успокойся, я знаю, ты и сам зубы показать можешь, и отрастил ты их немалые, но сейчас, прости, ты ни на что не годен, а значит, уязвим. Так что я с тобой побуду, поддержу. Охрана твоя, конечно, преданная, но они мальчишки, а иногда и тяжеловес нужен! Так что посижу рядом.
Эльриан кивнул, откинул голову, опираясь затылком о стену. Попытался расслабиться. Не дали. Из дверей операционного блока вышло четверо врачей.
— Ваше Высочество, принц Эльриан? — полувопросительно, полуутвердительно обратился к нему здоровенный мужик, в генеральской форме, под наскоро надетом белым халатом, — позвольте представиться, Иван Сомов, хирург общей практики, начальник Главного Военного Госпиталя Элланы. Мои коллеги — Сандро Сантьяго, начальник отделения анестезиологии, Тадеуш Сиррус, начальник отделения нейрохирургии, Айвор Жарден, начальник 1-го отделения травматологии, все они — сотрудники госпиталя. Мы думаем, что вас заинтересует наше мнение о состоянии Вашего отца, Его Величества Эвальда.
— Да, конечно, расскажите, только понятно, я не знаток медицины! — Эльриан попытался подняться со стула, но его удержал Вальтрон.
— Сиди, а то рухнешь на пол, придется и тебя в операционную тащить, с кем Эллана останется?
— Сидите, конечно, Ваше Высочество! Мы быстро, понятно, и в общих чертах. У нас тоже нет лишнего времени.
— Только давайте без этих титулов, господа, а то за ними смысл теряется!
— Хорошо, так проще. Я объясню общую картину и свою часть. Если бы у вашего отца была бы одиночная травма, такой же тяжести, то можно было бы гарантировать выздоровление со 100 % — й точностью. Но, к сожалению, у него сочетание нескольких сложных повреждений. Первое по опасности, это проникающее ранение черепа с повреждением головного мозга в теменно-височной области, им будет заниматься коллега Сиррус. Второе по сложности — тупая травма живота, подозрение на разрыв печени, краевой. На наше счастье, не задевающий крупных сосудов. И возможные повреждения кишечника, уточнить не удалось, на МРТ только косвенные признаки. Уточним во время ревизии. Брюшной полостью занимаюсь я. По объему это самая длительная операция, и самая травматичная. Кроме того, переломы конечностей, этим занимается коллега Жарден. Это самая рядовая и простая, в сравнении с остальными, проблема, прости, Айвор! Наркоз и поддержание работы организма во время операции обеспечит нам анестезиолог, доктор Сандро Сантьяго. Все зависит от множества факторов, но мы приложим все усилия, что бы добиться позитивного исхода. Мы пошли готовиться.
— Спасибо за информацию, и удачи вам! — произнес Эльриан.
Вальтрон быстро поднялся, подошел к анестезиологу и тихо спросил:
— Доктор, простите, это по вашей части. Чем его вырубить? В смысле усыпить. Понимаете, взрыв произошел прямо у него на глазах, до этого была практически бессонная ночь, потом ожидание, теперь опять волнения, Я беспокоюсь, что мальчишка не выдержит, а он сейчас нужен всем живой и здоровый. Принимать успокаивающее отказывается, наоборот, попросил кофе. Упрям как… ну, я воздержусь от сравнений!
— Даже не знаю, что посоветовать, попробуйте уговорить, что он будет нужнее отцу, когда операция закончится. Работы у нас часа на три — четыре, не меньше, скажите, что на пять. Не можем же мы его колоть насильно. Если согласится, дайте знать, я пришлю медсестру с легким снотворным!