Для тебя (ЛП)

— Готов поставить тысячу долларов на то, что Кенди Шекл невероятно похожа на Феб, — сказал Салли, пока они шли по коридору к «стойлу».
— Сегодня мне установят охранную систему, Сал, я не собираюсь заключать дурацкие пари, — ответил Колт и, войдя в «стойло», встретился глазами с Уорреном. — Её зовут Шерил, а не Кенди, — сказал он Уоррену, говорившему по телефону.
— Тогда Шерил Шекл, — сказал Уоррен в трубку.
— Шерил Шекл, чёрт, родители, должно быть, её ненавидели, — пробормотал Салли.
Колт остановился у своего стола и привалился к нему бедром. Салли остановился рядом.
— Ладно, Салли, учитывая всё это дерьмо, что мы имеем? — спросил Колт. — За месяцы до убийств он провернул целую операцию, чтобы установить слежку за мной и Феб. Он выдает себя за меня, живёт двум жизнями, каждая из которых обходится ему недёшево. Когда он начал снимать деньги?
— Пару месяцев назад.
— Но он занимается этим уже полгода.
— Я ещё раз просмотрю выписки. Проверю, не увеличились ли другие траты.
— Хочешь совет? — предложил Колт. — Проверь счета Мари тоже. Думаю, у неё был собственный счёт, деньги, доставшиеся ей от родителей. И поговори ещё раз с её соседкой. Спроси, не упоминала ли Мари, что даёт ему деньги?
— Господи, думаешь, он брал у жены деньги, чтобы произвести впечатление на ту девушку и устроить наблюдение за Феб? — спросил Салли.
— Я думаю, что он сделал бы всё что угодно, — ответил Колт. — У него нет моральных принципов, Салли. Накачать меня наркотой — ладно, я большой парень, я могу это пережить и наказать, если у меня будет такое намерение. Феб? У неё есть я, Морри, Джек, Джеки и армия поддерживающих. Но Эми? Пак? Совершенно невинные. Беззащитные. Он растоптал их, и Крейг сказал, что этот мудак смеялся, когда унизил Эми.
Салли подошёл ближе и тихо сказал:
— Кстати об этом, я переговорил с Новаковски, прежде чем он вошёл туда. Объяснил кое-что. Он готов помочь, если ты попросишь, посмотреть, возможно ли обходными путями выяснить насчёт усыновления, которое устроила Эми.
Колт не хотел об этом говорить, не сейчас, и он не хотел, чтобы Салли говорил об этом с кем-либо.
— Салли...
Салли поднял ладонь.
— Я знаю, это требует ещё одного вечера и ещё одной бутылки «Джека». Просто хотел сказать.
У Колта начала закипать кровь.
— Ты думаешь, мне нужно найти парня, которому двадцать один год, и рассказать ему, что он плод... непонятно чего?
— Я думаю, что ты мой напарник и чертовски хороший друг, и если ты решишь, что хочешь найти своего сына, то я сделаю всё что в моих силах, чтобы помочь. Вот что я думаю, ни больше ни меньше.
— А я думаю, что это дерьмо и так сильно распространилось, — сказал Колт. — Эми мертва, и все знали её как тихую, хорошую женщину. Не нужно, чтобы эта информация, запятнала её память.
Салли покачал головой.
— Этого не случится. Крейг пообещал, что будет молчать, и ты знаешь, что все остальные, кто знают, будут молчать. Включая Новаковски.
— Хорошо, Салли, я только прошу, чтобы всё оставалось так и дальше.
— Могила, — пообещал Салли, подняв ладонь, словно давая клятву.
— Господи, ну ты и заноза в заднице, — сказал ему Колт совершенно серьёзно. Салли определённо мог быть занозой в заднице.
— Заноза в заднице, которая помогает вычислить множество преступлений больного ублюдка, который превратил ваши с Феб жизни в ад, не говоря уже о том, что ещё мы сможем повесить на него в процессе, — усмехнулся Салли. — Думаю, это стоит стаканчика или двух односолодового виски за твой счёт и приглашения на следующую фриттату Феб.
— Если ты найдешь этого парня, Феб каждый день будет готовить для тебя фриттату в течение года.
— Одной достаточно, — продолжал усмехаться Салли. — Каждый день — это слишком много для хорошей жизни.
Он ошибался, ведь он не пробовал её фриттату.
Но с другой стороны, если бы Колт каждое утро получал фриттату, то когда бы он ел французские тосты Феб?
* * *
Колт возвращался в участок от очень сердитой Мими с маффином в белом бумажном пакете и стаканом американо, когда зазвонил его телефон. Он взял кофе и пакет в одну руку, достал телефон и увидел на дисплее: «Феб».
 
Он открыл телефон и поднёс его к уху.
— Да, малыш.
— За тобой должок.
Её голос был ещё сонным и немного хриплым. Она позвонила ему, как только проснулась, думая о том, что сделала с ним своим ртом. Осознание этого и звук её голоса ударили его под дых и отозвались ниже, в члене.
Она права. Он много ей задолжал.
Поэтому он улыбнулся в телефон, остановился у первой ступени крыльца полицейского участка, и поставил пакет и кофе на каменный парапет.
— Ты только что проснулась? — спросил Колт.
— Да, после того как ты ушёл в душ, я заснула и спала, пока Чип не начал грохотать.
Она не казалась рассерженной, просто несколько удивлённой, хотя прошло всего-то три часа.
— Извини, малыш. Новые замки. Новая сигнализация.
— Всё в порядке, — мягко сказала она.
Колт глотнул кофе, ожидая продолжения, но она больше ничего не сказала, так что он спросил:
— Ты позвонила не просто так?
— Да, у меня заканчивается одежда. Можно папа или Морри отвезут меня домой, чтобы я взяла ещё?
«Чёрт, конечно можно», — подумал он.
— Конечно, — сказал он и предупредил: — Но, милая, там был обыск. Вероятно, сейчас там не так чисто, как обычно у тебя.
— Отлично, — пробормотала она.
— С другой стороны, — поддразнил Колт, желая её отвлечь, — в большинстве операционных обычно не так чисто, как у тебя.
— Я люблю порядок, — ответила она, — особенно когда в моей жизни полный хаос.
— Не выдумывай, Феб, — продолжал дразнить Колт. — Ты дочь Джеки Оуэнс. Ты любишь порядок всегда.
— Это плохо? — спросила она, начиная сердиться. Она терпеть не могла, чтобы её дразнили, а он частенько это делал, потому что она была такой хорошенькой, когда злилась, но только если это было под контролем.
— Нет, всё хорошо, — ответил Колт.
Помолчав, она окликнула:
— Колт.
Как будто не разговаривала с ним по телефону, а пыталась привлечь его внимание.
— Я здесь.
— Эм-м... ты не против, если я... — Она опять замолчала, а потом быстро проговорила: — ...освобожу ящик и, может... позаимствую несколько вешалок?
Проклятье, она хотела перевезти свои вещи, и это тоже ударило его под дых.
— Ну, знаешь, чтобы мне не приходилось жить на чемоданах, — торопливо закончила она.
— Освобождай столько места, сколько тебе нужно. — Колт тоже помолчал, а потом сказал: — И перевози столько вещей, сколько хочешь.
Секунду Феб молчала, прежде чем тихо сказать:
— Хорошо, детка. Что тебе принесёт день?
— Пока что он принёс больше грязи от Денни, расскажу тебе вечером.
— Они ближе? 
— Приближаются.
— Слава Богу, — прошептала она и более уверенно продолжила: — Поскольку вчера у меня выдался непредвиденный выходной, сегодня вечером я должна быть в баре. Не хочешь встретиться со мной там и поужинать? Закажем у Фрэнка. Я угощаю.
— Согласен. В шесть.
— Сказать Дэрилу, что ты хочешь вырезку? Тогда, возможно, ты получишь бургер.
Колт улыбнулся:
— Почему бы нам не попробовать заказать сэндвич с расплавленным сыром? Посмотрим, что он принесёт.
Он услышал, как она рассмеялась.
«Ты её смешишь, а смеётся она нечасто», — услышал он снова слова Райана. Райан прав, так и есть, Феб нечасто смеялась, и так было уже много лет. Только с Палмером и Тьюздей она смеялась искренне. В последнее время она стала смеяться намного чаще, в основном с ним.
— Тогда ждём на ужин загадочный сырный сэндвич, — прервала она его мысли, когда перестала смеяться. — В шесть. Чёрт! — вдруг сказала она. Колт услышал, как телефон стукнулся обо что-то и далёкий крик Феб: — Да, я проснулась! Сейчас выйду. — После чего она вернулась к нему. — Это папа. Сказал, что хочет, чтобы его проинформировали, почему Чип здесь. — Она тихонько рассмеялась. — Колт, детка, он на самом деле сказал «проинформировали». — Колт второй раз рассмеялся вместе с ней, прежде чем она торопливо и рассеянно закончила: — Лучше пойду проинформирую папу. До встречи. Люблю тебя, детка.