Ключи мира (СИ)
— И вам самого доброго, — я поднялся и спустился по ступеням, с удовольствием ступая босыми ногами на траву, всё ещё мокрую от росы.
Пошевелил пальцами, словно зарываясь и приземляясь.
— Как вы? — поинтересовался я.
Беглый магический осмотр уже дал мне главный ответ — от перелома и следа не осталось. Так что скорее я спрашивал о моральном вреде.
— Хорошо, спасибо вам, — поклонился Вуант и всё же добавил: — Если вы про Гара, то не беспокойтесь. Не в обиде я на него, тем более он уже пришёл ко мне и извинился. Виру достойную предложил, мы всё решили миром. Собственно, он бы и с вами хотел поговорить…
Старейшина мотнул головой в сторону, и я увидел, что старший охотник мнётся возле кустов на другой стороне улицы, не очень умело за ними прячась. Щёки его алели, и вид был таким виноватым, что я махнул ему рукой: подходи уж.
Публичных извинений мне не требовалось. Все беспутцы и без того видели, как я с ним справился. Ни к чему его унижать ещё больше, вынуждая признаваться в ошибке при всех.
А то, что он раскаялся, было понятно и без ментальной магии. Но я всё равно проверил силой разума. В голове мужчины было такое смятение и стыд, что мне даже жаль его стало. На миг, но всё же.
Вуант воспитано удалился, чтобы не смущать охотника ещё больше.
— Тут это… — раздувая ноздри и пряча взгляд в землю, начал Гар. — Дело такое — не прав я был.
Он шумно выдохнул, отчего в воздух взлетела паутина, тщательно сплетённая у основания крыльца. Я молча проследил, как это невесомое кружево улетает к яблоне. Кажется, вместе с пауком.
— В общем, непорядочно так было поступать. Виру оплатить готов, какую пожелаете. Надо если, при всех скажу, что дурак.
Он так побагровел и опять шумно запыхтел, что ясно стало — для него подобное похуже смерти. Можно сказать, самое ценное предложил на откуп. Мне такие жертвы были не нужны. Разрешилось и хорошо. Извинился, как уж смог — вообще замечательно. Перегибать с этим точно не стоило.
Хотя вчера он меня знатно разозлил, сейчас передо мной стоял совсем другой человек. Да и по голове я его приложил, чего уж добивать.
— Я не… — хотел я было сказать, что ничего делать не надо, но умолк.
Нет, так тоже неправильно. Чёрт с ней, с этой вирой, мне от охотника ничего не нужно было. Но без наказания вроде как и преступления тогда нет. За ошибки всё-таки нужно расплачиваться. А то подумает, что можно кулаками махать когда вздумается.
Я внимательно осмотрел мужчину. За его спиной висел лук, а сбоку на поясе — колчан. Явно добротное и любимое оружие. К тому же рабочий инструмент, а значит, важен для него.
Расстаться с таким будет достаточно болезненно. Я бы сказал сильно больно, судя по выражению лица Гара, когда я сказал, что хочу получить в качестве виры. Позабыл сразу же, что сначала предлагал публичный позор.
Но спорить мужчина не стал, протянул мне чехол, колчан и тетиву с тоскливым взглядом.
— В расчёте мы, значит? — в очередной раз тяжко вздохнул он.
— В расчёте, — кивнул я и протянул ему руку.
Посмотрел он на неё с удивлением, моргнул пару раз, протёр свою ладонь о штаны и всё же решился на рукопожатие. После чего, опять покраснев, быстро удалился. Старейшина, всё это время наблюдавший издалека, тут же подошёл и разулыбался:
— Поладили вы, я вижу. Спасибо, что простили Гара, он же не со зла. Сам я не понимаю, что нашло на него. Всегда был одним из самых разумных у нас. Думал я даже ему передать дела свои. Но после вчерашнего… Не знаю.
Разумный, значит? Возможно, не зря я подозревал вмешательство менталиста. Вместе с тем отваром могло создать мощный эффект. Надо это учесть на будущее, пусть всё и разрешилось.
Разобраться с магией беспутцев было не так и просто. Они были людьми, но при этом отличались от одарённых, известных мне. Помимо дуальной магии, было что-то ещё. Иномирное влияние. Поэтому в своих выводах относительно их я не был уверен на все сто.
Как и в том, что когда миры разъединятся, то они станут самыми обычными магами. Но это будет уже не моя проблема. Это работа дипломатов, послов, тайной канцелярии… Достаточно людей, кто может этим заняться.
— Когда будет сборище? — обошёл я момент с прощениями и подобным.
Простить можно ребёнка. Научить чему-нибудь, объяснить. Взрослый человек сам выбор делает, самому и отвечать за него. По большому счёту на Гара мне было плевать, если он больше не будет мешать.
— Через пару часов после рассвета, Сандро творитель. Нужно скот покормить да вывести, детям покушать, птиц…
Он перечислял все местные заботы, а я подставил лицо первым солнечным лучам. Грело уже прилично — день обещал быть жарким.
Мы договорились, что за мной пришлют, и я пошёл будить своих. Гвардейцы подскочили моментально, а вот Тимофей с Михаилом сопротивлялись, упорно не желая покидать свои «кровати». Оба парня разместились на полу, улёгшись на толстые шкуры.
— Ну ещё пять минуточек, — пробормотал Казаринов, натягивая на голову пёстрое одеяло, связанное из каких-то разноцветных лент.
— За пять минут крепость взять можно! Подъём! — гаркнул подполковник, и все окончательно проснулись.
Вот это талант! Тут же началась суета, увы, не очень эффективная. Слепые люди натыкались друг на друга, о приютского так вообще споткнулись, зато тот тоже подскочил и выхватил из-под подушки нож. Откуда только такой тесак достал?
Я аккуратно отобрал у Тимофея оружие, всех успокоил и помог с завтраком. Где, кстати, конфискованный тесак весьма пригодился. Съестных запасов местные принесли достаточно, чтобы накормить в два раза больше едоков. Даже с учётом здорового аппетита служивых.
Все эти хлопоты скрасили время до начала собрания.
Когда к нам заглянул беловолосый посланник, я успел забыть о главном событии этого дня. За столом звучали смех, байки и скабрёзные шутки. Но, как только открылась дверь, все замолчали. Я кивнул местному и поднялся из-за стола, подмигнув Казаринову.
Теневик оставался за главного, пока я отсутствую.
Я посмотрел на каждого из присутствующих. Хорошие ребята. И все хотят домой, пусть и храбрятся. Мне было важно запомнить эти лица — запомнить, зачем я здесь.
Все были немного напряжены. Лишь Головин улыбался. Я сказал другу, что отправил сообщение его невесте о том, что с ним всё в порядке. И он скоро вернётся. А больше капитану ничего и не нужно было.
— Пора, все собрались, — прошелестел местный и скрылся.
Что же, посмотрим, что они решат.
Поле в дневном свете выглядело совсем иначе, чем ночью. Засеянное после сбора урожая какой-то зелёной травкой, оно умиротворённо шуршало на лёгком ветерке. Ну просто изумрудное море, плавно волнующееся и блестящее на солнце.
Пасторальная картина, хоть бери холст и пиши с натуры.
Да и беспутцы казались не такими равнодушными, как вчера. Кто-то обсуждал насущные дела, кто-то улыбался погожему деньку, кто-то вообще дремал, развалившись в траве.
К тому же притащили брёвна, чтобы можно было сидеть. А одна семья так и вовсе разложила скатерть, на которой стоял кувшин. Надеюсь, с молоком.
В общем, атмосфера была совершенно другой.
Мы ещё минут десять ждали опаздывающих, затем старейшина коротко спросил, что же решили в итоге. Охотник снова стоял около пня-пьедестала, но теперь молчал.
— Ну а что тут решать-то? — звонко прозвучало из толпы. — Как духи велели, так и будет. Лишь бы коров не увели.
Над лугом разнёсся смех. Но часть одобрительно-поддерживающе поворчали. Беспутцев больше волновали имущественные потери, чем какие-то миры.
— Не дело это, — раздался скрипучий голос.
Люди расступились, пропуская совсем уж дряхлого старика. Дедок опирался на кривой посох и двигался очень медленно, кряхтя на каждом шагу. Смиренное молчание и ожидание дали мне понять: его здесь уважают.
Старик кое-как добрался до пня, развернулся и покачал головой.
— Раз уж так суждено, то нужно всё по чести сделать. Иль вы забыли все обычаи и заветы? Подношения нужно принести, тем более что духи нам вон, какой дар делают. И праздник устроить, уважить землю и предков, что в ней лежат. Не дело это, без должного праздника.