Ключи мира (СИ)

Снова поторопился. А может слишком понадеялся на чудодейственное влияние шавермы. Конечно же, гвардейцы зароптали. Кто я, чтобы ими командовать. Ещё и требовать отсиживаться в случае заварушки.
Но тут вмешался формальный командир. Так стукнул по столу, что тот затрещал, несмотря на то что был внушительной толщины.
— Отставить разговоры! Его высокоблагородие лучше знает, что и как. Слушаться его, как мать родную! То есть как меня.
  
Раздались смешки, и конфликт был моментально исчерпан. Слукавил подполковник насчёт моего звания, но зато сработало. Достаточно было того, что он признал во мне главного. Значит, никаких проблем не возникнет, как и нареканий. Я был ему безмерно благодарен, жаль что пока выразить этого было нельзя. Но я подошёл и сжал его плечо. Командир сдержанно кивнул.
Разобравшись с этим, я смог уделить время, чтобы переговорить сначала с Михаилом, которому кратко поведал о поездке в столицу и встрече с Баталовым. А затем подсел к Тимофею.
— Как ты? — тихо спросил я.
— Да прекрасно, Александр Лукич, — широко улыбнулся парень. — Удивительное дело, но здесь я себя чувствую… на своём месте, что ли.
И ведь ничуть не врал. Внутри рыжего было такое умиротворение и даже счастье, что я поразился. Где тот нервный парень, полный сомнений и метаний, которого я встретил совсем недавно? Преображение было столь сильным, что я внимательнее проверил его магией.
Так, источник в норме, — немного расширился диапазон, но это ожидаемо. Тимофей много тренировался с теневым драконом, так что новый ранг должен взять скоро. Что-то странное было с ядром, но не критично. Мы в аномалии, здесь всё странное. Люди вон, вообще ослепли.
Я проверил ещё нескольких гвардейцев — та же картина. Ну значит точно всё нормально.
В этом месте в принципе было сложно с магией. Пусть у меня она не сбоила, но я ощущал, как сила перемешивается с чужемирной, мешая привычному восприятию магического фона.
— Знаете, может это смешно, но я как будто оказался в том приключении, о которых мечтал в детстве, — продолжил делиться рыжий. — Многие в приюте мечтали, чтобы их родители забрали, а я хотел отправиться куда-нибудь. Неважно, далеко или близко. Но чтобы обязательно был вызов. Смелости, чести, справедливости. И я бы обязательно защитил всех.
Он осторожно провёл рукой по шершавой поверхности стола, нащупывая стакан с водой. Пригубил и рассмеялся:
— Пусть защитник из меня пока что так себе. Странным образом сейчас, когда я ничего не вижу, видеть я стал лучше. У меня ведь всё есть, о чём я мечтал. С вами, вон, одни приключения. И семья… У меня появилась семья и дом. Не просто семья, друзья! Потап Васильевич меня воспитал, но всегда будто сторонился меня. Сейчас же всё иначе. Понимаете, Александр Лукич?
Я понимал. Да, я вырос не в приюте, но не сильно отличалось на самом-то деле. Мне тоже очень хотелось семью, друзей, дом. И приключений, да. Чтобы всем показать, что я достоин. Любви, уважения, радоваться. Тогда пытался словно разрешение заслужить на всё это.
Да и мастер воров сторонился Тимофея по понятной причине. Лучшего будущего мальчишке желал, не хотел чтобы тот вовлекался в преступную жизнь. Достойное решение и очень сложное. Я видел, как Новгородский привязан к парню. Но, как бы это ни было грустно, так было лучше.
— Даже предок ваш, уж простите за наглость, мой друг. Зря вы на Митрофана Аникеевича ругаетесь, хороший он, — говорил рыжий, не видя, что я погрузился в свои мысли.
— Да не ругаюсь, — махнул я рукой, хоть он и не увидел моего жеста.
У нас с призраком были наилучшие отношения. Вынуди я его подчиняться, предок бы был несчастен. А так я вроде как злюсь на него за своенравие и характер, он всё это с радостью проявляет, и все довольны. Конечно же я знал, что он хороший. И за всех домашних будет стоять, чего бы это ни стоило.
Я бы и сам за духа предка разнёс целый мир. Но говорить этого ему не стану. Митрофан Аникеевич — мудрый человек, сам знает.
Улыбнувшись, вспомнив ворчливого призрака и неожиданно поняв, что соскучился по нему, я поднялся и дал сигнал отбоя. Что бы ни произошло утром, людям нужно отдохнуть и набраться сил.
Устраивались в тесноте, но расходиться было рискованно. Лучше одну ночь в походных условиях, кто на лавках, кто на полу, зато вместе и в безопасности.
За безопасность отвечал я, так что никаких сомнений быть не могло. Я собирался всю ночь простоять на страже. А утром, несмотря на решение беспутцев, вывести отсюда своих людей. Надо будет, призову духов, нечисть, да хоть кого. Надо будет, лично разделю миры. Домой пора.
Проследив, что все улеглись, я слегка коснулся людей магией, помогая уснуть. Нечего им беспокоиться.
Тихонько вышел на крыльцо, прикрыв за собой дверь. Та предательски скрипнула, и я прислушался. Нет, все спят.
На небе ярко светила огромная луна. Вроде новолуние уже было или нет? Запутался я в этих светилах, тем более принадлежащих другим мирам. Здесь кромка леса подступала вплотную, буквально за домом напротив высились деревья. Хрустнула ветка, и среди стволов испуганно замер молодой олень.
— Иди уж лучше с миром, — улыбнулся я ему, вспомнив о просьбе Прохора.
Тот корешок, что я хотел выдать за волшебное средство для мужской силы, так и лежал у меня в кармане. Позабыл про него в спешке.
Олень, словно почувствовав, что ему могло грозить, стремглав умчался в чащу.
А я взялся за ревизию прочих запасов и экипировки, устроившись на широких досках крыльца. Что бы ни принёс следующий день, я буду готов.
  
Глава 21
 
Всю ночь я не спал, как и планировал.
И эта ночь выдалась какой-то особенно хорошей. Стих ветер, несущий первые осенние холода, земля отдавала тепло, вокруг витали ароматы соснового леса и спелых ягод. Хорошая ночь. К тому же совершенно спокойная.
Никто не покушался на сон моих людей. Возможно, из-за того, что я так и просидел на крыльце, поигрывая кинжалом.
Упражнения с оружием отлично помогали мыслительной деятельности. Удивительно, но все отработанные движения из прошлой жизни прижились в новом теле, словно оно помнило, что и как делать.
Я крутил клинок между пальцев, подкидывал, ловил и метал в полено, которое подобрал тут же, во дворе дома.
А в самый тихий ночной час ко мне пришли воспоминания прошлого.
И тоже только хорошие. Первые успехи в артефакторике, первая настоящая похвала от учителя, знакомство с будущим царём и императором, наши проделки и походы, победы и союзы. Вспомнил я первый камень, заложенный в основании города. Мы его притащили из Сибири, тяжеленный был, зараза.
Не знаю, почему Пётр так настаивал, чтобы этот валун обязательно должен стать центром будущего великого города… Надо бы сходить к нему и проверить, теперь я мог увидеть, что на самом деле из себя представляет тот камень.
Вспомнились мне простор наших земель, моря, чужие страны, славные пирушки с друзьями и ночи в плену прекрасных дам. Отчего-то ворох этих событий ярко пронёсся передо мной, вызывая улыбку. Хорошая ночь, хорошая жизнь.
Никогда не упускал шанса, данного судьбой. И сейчас не упущу.
К утру, когда небо начало светлеть, я пребывал в наилучшем настроении и полный решимости. А ещё уверенности — всё будет не просто хорошо, а замечательно!
Поселение просыпалось неторопливо. Сначала завели свою песнь петухи. Голосистые птицы вопили с полчаса, прежде чем скрипнула первая дверь и кто-то беззлобно ругнулся.
Следом до меня донеслись и прочие звуки. Журчание воды: кто-то ополоснулся из ведра и бодро охнул. Шорох листьев: хозяйка вышла на улицу и подметала дорожку. Вскоре отовсюду зазвучала жизнь. Пожелания доброго утра, вопросы о здоровье, сетования на погоду, несмотря на то что небо было ясным. Самая обычные утренние ритуалы.
  
— Утра вам доброго, — передо мной неожиданно появился старейшина.
Я так увлёкся наблюдением за тем, как просыпаются беспутцы, что не заметил его приближения.