Скверная жизнь дракона. Книга восьмая (СИ)

— Возможно, оно скоро мне понадобится.
— Неужели… — Илур прервался, пальцем аккуратно показав на запад. — Логово циклопов.
— Мне ехать на запад, в Собор Магласии, — с неприятными нотками в голосе проговорил я. Илур удивлённо раскрыл глаза, не веря услышанному. — Я всё ещё сулин Всеобщей Церкви.
Мне хотелось добавить, что я не знаю, к сожалению или к счастью ношу чин сулина. Да и какой от него теперь прок? Нынче он лишь обуза и никчёмное приобретение, усложняющее и без того скверную жизнь. Хотя символ Всеобщей Церкви на разумных иной раз действует ударом кувалды.
  
Илур не пытался меня отговорить, лишь уточнил, с чем связана поездка в Магласию. И спросил, знает ли граф о моём намеренье сунуться в логово. Ответы Илура озадачили, но ненадолго. Мы пришли в комнату, отведённую под переговорную. Нам принесли закуски и тёплого вина, я едва не вылакал бокал залпом и вовремя одёрнулся, осушив его вполовину. Желание напиться кривыми граблями щекотало затылок, а руки дрожали, но я не мог позволить себе поддаться желаниям.
— Может, обратиться за лечением к фуаларал? — аккуратно и вежливо спросил Илур, глядя, как я сжал и разжал кулаки в попытке отогнать тремор. — Их магия должна помочь.
— Боюсь, это не в их компетенции.
Сказанного оказалось достаточно, чтобы Илур аккуратно свёл разговор на логово циклопов. Я собирался зачистить логово и двинуть на запад, но именно Илур должен обговорить с графом и организовать поездку. А это произойдёт уже сегодня, один из людей графа должен скоро прийти.
Мою экстравагантную просьбу Илур выполнил, хоть и с трудом. Нашлись несколько кормилиц, можно рассчитывать лишь на небольшую кружку ежедневно. Но и этого хватит, так что я попросил уже сегодня вечером раздобыть первую порцию, смешать с четвертью литра коровьего молока и пускай кто-то из Ганзы принесёт мне домой. Заодно я предупредил остроухого о необычной книге, пускай не удивляется и просто отправит на имя Консервы.
Дальше разговор пошёл об аукционах и проданных пластинах полёвки, заработанных денег и закупленных естественных камней маны. Меня деньги не волновали, я в последнее время вообще перестал их считать. Какой смысл? Деньги — это лишь один из способов достижения цели, не больше, да и я всегда смогу заработать ещё, добыв парочку дорогих заллай с порождений.
За прошедший год лига скупила почти три килограмма камней. Это должно быть серьёзным количеством, но, по факту, крохи. Тем более если вспомнить, сколько было вывезено камней из пещеры. Я догадываюсь, куда именно они подевались, и от этого ещё сильнее хочется убивать.
Напоследок, прежде чем разговор перетёк на всякие пространные обсуждения, я попросил Илура передать руководству лиги просьбу. Вдобавок к камням маны надо закупать на аукционах редкие книги: о структурной магии и связанные с троптосами. Пусть лига покупает их, а я уже сам потом разберусь в их полезности. Первые помогут с созданием блокирующих ману перчаток, а с помощью вторых хоть немного прояснится не только состояние девочки и пути её развития, но и одна очень скверная догадка.
С Илуром мы разговаривали не меньше часа, городской колокол давно пробил одиннадцать раз, и двенадцать ударов ожидались в ближайшие десятки минут. И когда я уже планировал попрощаться с остроухим — в здание лиги пришёл молодо выглядящий ратон в компании лысого начальника охраны. Илур попросил меня подождать, а сам встретился в другом кабинете с одним из доверенных людей графа. Уже через несколько минут тот ушёл, а Илур коротко объяснил, что гостей мне уж точно надо ждать. И, скорее всего, в ближайшие часы.
Консерва с девочкой ещё не вернулись домой. В тихом пустом доме хлопками отзывались чьи-то редкие выкрики и шум с улицы. На кухне блюда со вчерашним ужином и накрытая белой тканью корзинка. Я смотрел на неё, заклиная себя дождаться вечера.
Спустя несколько часов пришёл слуга графа. Школа рун Русира недавно закончила заказ от одного из князей на магическое устройство. Князь хочет получить его как можно быстрее, а граф обещал организовать доставку. Через шесть дней соберётся караван из нескольких повозок и охраны, и без остановок понесётся от Трайска на запад через три города.
Предлагалось на третий день после праздника выехать из города и полтора дня добираться до логова циклопов, зачистить его без спешки и пересесть на быстрый караван. Граф не может отрядить своих солдат на охрану, поэтому меня повезут люди Ганзы. Я согласился, но сразу предупредил об одной важной детальке. С ней проблем не возникнет.
Консерва вернулась с девочкой, когда я закончил водить пером по листку бумаги и сидел за столом, отрешённо смотря в одну точку. Девушка в руках держала небольшой мешок, на её лице отпечаталось изнеможение: щёки чуть впали, под глазами проступили синие круги. Девочка же заведённым пружинным болванчиком прибежала на кухню, подскочила ко мне и принялась щебетать о прошедшем дне.
— Ещё успеешь рассказать, подожди, — я положил руку девочке на темечко, на что та послушно замолчала. Я же переключился на Консерву. — Обедали?
— Нет, господин. Купила муки, для хлеба, — девушка аккуратно опустила мешок около входной и отряхнула куртку от белой пыли. И со слабо скрываемым презрением посмотрела на девочку.
— Сделай лёгкий обед из остатков. Мы скоро пойдём, — я постучал пальцем по столу, рядом с листком бумаги и распиской в сотню золотых Арнурского королевства. — Вечером я соединюсь со своим астральным телом, и…
— А это что? — игриво спросила девочка. Я отвесил ей щелбан с однозначными словами: не перебивать. Малышка ойкнула и насупилась, но через пару мгновений села на стул рядом, опёрла голову на локти и принялась ожидающе буравить меня взглядом.
— Сегодня я пью, много. Завтра прихожу в себя. Послезавтра займусь делами. Всё в списке должно быть куплено завтра, оно есть в магазине писарских и магических принадлежностей. Просто покажешь продавцу список и скажешь, что это для местного магоса по поручению от графа.
— Да, господин, — Консерва поклонилась и аккуратно взяла листок. — Двести грамм чернил из смеси акфаралита и…
— Это магические чернила и бумага.
— А зачем? — аккуратно спросила девочка.
— Заклинания в гримуаре восстановить, — сказал я, но ещё хотел добавить новенькое заклинание. Я посмотрел на Консерву. — Через три дня ты едешь со мной.
— Куда? Я могу, господин, но… — девушка запнулась, её пробила мелкая дрожь, пальцы крепко сжали лист бумаги. — Прошу, не циклопы. Не надо, господин, я всё сделаю. Что угодно сделаю, не надо…
— Утри сопли и прекрати истерику.
Я хотел продолжить и обозвать девку куском мяса, да только лишнее это. Магическая татуировка и рабство души иной судьбы не оставляют, но, чем радостней живёт свинюшка, тем вкуснее у неё сало. И хоть девку я жрать не собираюсь, но сравнение со свиньёй вполне точное.
— Никто тебя не будет делать одноразовой, успоко…
— А что такое одноразовая? — щебетнула девочка.
— Ещё раз перебьёшь меня, и я тебе жопу надеру, — я приподнял раскрытую ладонь над головой, однозначно намекая на красноречивые последствия для мягких детских мест. Девочка втянула голову в плечи, плотно сжала губы и замотала головой. Вот вроде половину дня без меня пробыла, а будто причинным местом все шила в городе насобирала.
Консерва стояла рядом, мелко трясясь, едва удерживая слёзы и смотря на меня с мольбой о всепрощении. Жалкое зрелище. Я едва не сплюнул от отвращения да сказал девке готовить обед. Она не одноразовая, поедет со мной на зачистку, потом вернётся в город и передаст алхимику кожу на обработку. А потом и заберёт да спрячет в шкафчик защитный.
  
Консерва шмыгнула носом, прерывисто выдохнула, дрожащим голосом пролепетала слова благодарности за снисхождение и на дрожащих ногах поплелась к печке. Но растапливать дровами печь сейчас нет смысла, так что я приказал воспользоваться магической плитой, всяко быстрее выйдет.
Пока девушка работала за плитой, она попутно рассказала о задании в гильдии. При упоминании одной из лесных балок я мысленно приготовился к сырости и холоду и невольно поёжился. Но главная моя проблема не в холоде, не в зачистке очередного логова и даже не в возможном риске — она рядышком сидит, смотри на меня игриво и ножками болтает. Намечался очередной сеанс полоскания мозга. За последние недели он явно уменьшился, а вскоре либо источится, либо его девочка отполирует до блеска. Ни того ни другого мне не хотелось — но я ещё раз тяжело вздохнул и разрешил девочке рассказать, чего она видела, пока с Консервой ходила. Девочка улыбнулась и шумно набрала воздуха в грудь.