Девятнадцать сорок восемь том III (СИ)

— Ваше, — с улыбкой произнес Орлов.
— Так вот, я добрался туда уже из принципа. Было не по пути, я сердился, но дядя настаивал и у меня не было выбора. Понимаете?
— Дядя, в смысле…
— Тот самый, — кивнул Громов, поставил бокал и взялся за маленькую гильотинку. — И вот, я… человек в котором течет пусть малая доля, но императорской крови, с совершенно отвратительным настроением добираюсь до этого заведения, покупаю миндальное мороженое и…
— … И? — уже не вытерпел Семен Дмитриевич паузы.
— И сижу улыбаюсь как идиот после первой же ложки. Я съел три порции и съел бы четыре, если бы не мой желчный пузырь. Оно было довольно жирным.
— Вот как…
— Это было три года назад и с тех пор, я как дурак в каждом заведении пробую миндальное мороженое. И знаете, что?
— Не то пальто?
— В точку. Я за три года не доел еще ни одного мороженного, — с грустью произнес Громов, раскуривая сигару. — И так со всем. Каждый раз, пробуя высококлассный продукт, высшего качества, ты после всегда ищешь то, что было похоже на эталон. Черт подери, я готов слетать за океан только ради того, чтобы снова попробовать то мороженное.
— Возможно, Шолоховы такого же мнения о кофе, — кивнул Орлов. — Потому, и не признают суррогатов и смесей. Хоть иногда под заказ и возят.
— Увы… увы…
Максим Александрович тяжело вздохнул, пыхнул сигарой и взял бокал.
— Тем не менее, слава богу у нас есть возможность наслаждаться и отличным кофе и сигарами. Если мороженное я готов терпеть наше, то вот кофе и сигары — это уже за гранью добра и зла, — вздохнул Громов и, выпустив очередное облако табачного дыма, взглянул на Орлова. — Что-то мы с вами пустились в диспуты. Давайте к делу. Что вы хотите за Алису?
— Что мы хотим? — задумчиво произнес Орлов. — Все очевидно. Покровительства. Покровительства от вашего рода, а также содействие в приобретении патентов на право разработок новых месторождений.
— Не мало, — кивнул Максим Александрович, придвинув к себе пепельницу.
— Штучный товар всегда стоит дорого, — хмыкнул Орлов, пригубив виски. — Насколько я знаю, вы уже лет пять как ищете себе супругу.
— Увы, — горько усмехнулся Громов. — Когда-то я думал, что всегда успею. Потом я думал, что не больно то и надо. А теперь я думаю, что могу не успеть. Еще немного, лет пять, и буду уверен в том, что не успею обзавестись наследником.
— Понимаю, — кивнул Семен Дмитриевич. — Однако, ваша дотошность удивляет. Столько медицинских показаний. Если на счет девственности я еще могу понять, то полную проверку у целителей с составлением слепка…
— Был неудачный опыт, — хмыкнул Громов. — Две скончавшихся при родах супруги… заставляют быть крайне осмотрительным. Еще немного и начнут судачить о проклятье каком-нибудь.
— Увы, длинные языки подобного шанса не упустят, — кивнул Орлов.
Тут в кармане пиджака гостя раздался легкий звук колокольчика. Он спокойно вытащил телефон и тяжело вздохнул.
— Увы. Время, — произнес он, туша сигару. — Я вынужден откланяться. Я понял, что вы хотите. Да, цена немалая, но при том, что я видел, считаю она оправдана. Однако, хотелось бы еще раз взглянуть на товар.
— Признаться, мне не приятно обсуждать свою дочь в таком формате, — вздохнул Орлов. — Все же, человек — это не товар.
— Это фигура речи, — улыбнулся Громов. — И не более того. Знаете, как у простолюдин на свадьбах говорят? У вас товар, у нас купец… или что-то в этом роде.
Семен Дмитриевич тяжело вздохнул.
— Она сейчас в малой приемной. Я предполагал, что вам захочется взглянуть, поэтому попросил ее подождать конца нашего разговора.
— Позволите встречу наедине? — уточнил Громов.
— Пожалуйста, — спокойно кивнул Орлов.
— Благодарю, — поднялся Максим Александрович и поднялся.
— Дверь напротив, — кивнул Семен Дмитриевич, оставшийся сидеть с задумчивым выражением лица.
Громов кивнул и вышел, тут же войдя в дверь напротив.
Алиса сидела в небольшом кресле, спокойно держа в руках чашку. Заметив своего потенциального жениха, она поставила ее на столик и спокойно поднялась.
 
— Доброго дня, Максим Александрович, — произнесла и изобразила небольшой вежливый поклон.
— И тебе, — кивнул Громов и подошел к ней.
Внимательно осмотрев девушку с ног до головы, он молча обошел ее по кругу, разглядывая то, что позволяло платье. Спина, талия, ширина бедер. Закончив осмотр он остановился и внимательно вгляделся в ее лицо, словно перед ним был и не человек вовсе, а статуя, в которой он искал какой-то изъян.
— Простите… — произнесла Алиса, но тут Громов взял рукой ее за подбородок и повернул голову слегка в сторону, рассматривая профиль. — Что вы…
— Зубы покажи.
— Что⁈ — опешила Алиса.
— Покажи зубы. Хочу увидеть прикус.
Алиса отшатнулась и возмущенно уставилась на гостя.
— Я лошадь по вашему⁈
— Заткнись и просто покажи зубы. Не делай проблем, — ледяным тоном произнес Громов и протянул руку к лицу девушки, попытавшись схватить ее за подбородок. — Твою мать!
Максим Александрович одернул руку от укуса девушки и удивленно взглянул на кисть.
— Такой прикус вас устроит? — с гневом спросила девушка.
Громов тяжело вздохнул, с вызовом посмотрел на Алису и развернулся.
— Прививки сделать не забудьте, — в спину бросила она ему. — Вдруг это заразно?
* * *
Гоблин утробно загудел и медленно подплыл к парковке. Заняв свое место, он неторопливо опустился на опоры и из него вышел Фирс.
Парень спокойно закрыл автомобиль, подошел к кофейне с названием Фирсово счастье, и взглянул на вывеску. Пару секунд постояв, он уже собрался войти внутрь, но тут раздался знакомый голос единокровного брата.
— Кого я вижу⁈ Боже мой! И как мне справится с собой? — начал декламировать он, подойдя со спины и хлопнув по плечу. — Я так скучал, а ты пропал, навеки выкрав мой покой!
— Звучит как признание в любви, — буркнул Фирс, взглянув на Вешкина. — Ты вообще, что тут делаешь? До закрытия и уборки еще далеко.
Кирилл пожал плечами.
— Скука, если честно, — признался он. — Дома жутко скучно. С аристократами хочется кого-нибудь придушить или, на худой конец, прирезать. Пытался тебя найти, но ты оказывается в больнице. Как только узнал, что ты тут — примчался.
— Рад, что тебя развлекает наше общение, — хмыкнул Фирс.
— Я тоже, однако меня волнует, что ты делал в больнице? Заболел?
— Боишься, что игрушка сломалась?
— Не без этого, — пожал плечами Вешкин. — Но у меня есть чувство сопричастности. Хотя бы к чистоте полов этой прекрасной уютной кофейни.
— Возвышение проходил, — буркнул Фирс, собираясь уже направиться к кофейне.
— Возвышение? Зачем? — удивленно спросил Кирилл.
— Чтобы увеличить количество УМЕ, — хмыкнул парень. — Зачем же еще?
— А зачем тебе УМЕ? Что ты с ними будешь делать?
Неогранный тяжело вздохнул и взглянул на брата.
— Хочу поступить в магический университет и стать магом, — спокойно ответил парень и развернулся к кафе.
— Погоди… но он ведь в столице!
— Было бы странно, если бы он был на дальнем востоке, — хмыкнул начинающий предприниматель. — Он у нас один и это логично, что он будет в столице.
— Но… но как же… — начал хлопать глазами Вешкин.
— Придумаю, — отмахнулся парень. — Может Машу управляющим поставлю, или вон Гошу.
— Да, причем тут кофейня⁈ А я? — возмутился брат. — А обо мне ты подумал?
Фирс удивленно обернулся и уставился на Кирилла.
— В коем-то веке, я нашел человека, на которого мне не плевать. Человека без всякого лизоблюдства и лицедейства. Человека, для которого я строчки с ходу пишу, а ты… Собираешься уехать в столицу? — растеряно произнес Вешкин. — А как же я?
— Кирилл, у каждого свой путь. Я всю сознательную жизнь готовился к этому. Тренировался, подрабатывал, затем вот бизнес этот весь затеял. Это все, ради одной цели, — спокойно ответил Фирс. — И это — магия. Понимаешь?