Муданжские зарисовки (СИ)
— Она уже смогла открыть дверь! — возмутился Ирлик-хон. — А я — бог огня, и терпение — не моя добродетель.
— Боги милосердные! — взмолилась Атех, пока супруги не переругались или, хуже того, не решили вернуть её карлику. — Что же станет со мной, если Удуй-хон прослышит, что я побывала в чертогах самого Властелина битвы? Как мне уберечься от его гнева?
— Я ему погневаюсь! — тут же вспылил Ирлик-хон. Укун-Тингир задумчиво зажурчала.
Огненный бог снова оказался прямо перед Атех и положил горячие ладони ей на плечи.
— Ничего не бойся, деточка. Ты теперь под моей опекой. Учись и набирайся сил, а уж я порадею за твою удачу!
— Я сослужу Ирлик-хону верную службу в благодарность за заботу! — проговорила Атех подобающий ответ. Работать-то так и так пришлось бы, но Ирлик-хон — настолько более приятный работодатель, чем Удуй!
— Отлично! — бог хлопнул её по спине, от чего Атех пошатнулась и упала бы в пепел второй раз, если бы Ирлик её не поддержал. Тут же пепел расступился перед ней, и она прошла, как мифический герой, по твёрдому камню навстречу прекрасной богине.
— Я отведу её к учителю, — заявила та, и Атех узнала на своей шкуре, каково это, когда распадаешься брызгами.
* * *Укун-Тингир вернулась через несколько минут — не к воротам Подземного царства, а в мужнины покои, где одну стену занимал огромный камин, а другую — такой же огромный водопад, льющийся с пика по западному склону, словно занавешивая вход в пещеру.
— Как-кой удачный вечер! — не унимался Ирлик, прищёлкивая пальцами от возбуждения. Он уже развалился на стопке дифжир, которые ему сделал брат Императора. — Я не очень запугал девочку, как думаешь?
Укун-Тингир хотела ответить честно, но в последний момент осознала, что ей стоит проявить женскую солидарность.
— Её учитель очень испугался, — уклонилась она от ответа. — И меня, и тебя.
— Ну он переживёт? — забеспокоился Ирлик.
Укун-Тингир кивнула. Стоило ей стать невидимой, как девочка принялась объяснять своему наставнику, какие теперь перед ней открываются прекрасные карьерные перспективы и насколько новый покровитель выгоднее прежнего.
— Поставь свою печать на её дом, — напомнила она мужу. Иначе девочке могут и не поверить. Ну и Удуя отвадить, если что.
— Обязательно! — воодушевился Ирлик, вскакивая с ложа. — Ты у меня стала такая умница! — он приобнял её и нежно поцеловал в ушко, а затем выскочил в камин.
Укун-Тингир подставила ладонь под водопад, раздумывая, что она сможет поиметь с мужниной благодарности, а потом — с его нового приобретения. Если девочка умудрилась манипулировать богом лжи, у неё и правда отличный потенциал, а Укун-Тингир не повредит иметь в мужнином доме своего агента.