Моя Оборона! Лихие 90-е. Том 6 (СИ)

Я напрягся, с трудом перевернулся на спину. Пластиковые осколки неприятно впились в кожу на спине, но я почти не заметил этого. Когда бандит, робко заглянул за мерседес, где лежали мы с Кулымом, я нажал на спуск трижды.
Пули, одна за одной, угодили в лицо здоровяку, превратили его в кровавое месиво. Бандит упал, выронив пистолет.
Я поспешил, выглянуть из своего укрытия. Увидел, что на дороге застыла белая девятка, и какие-то жигули. Из-за девятки выглядывал браток, вел перестрелку с кем-то из Кулымовских. Еще один его дружок убитый лежал у переднего колеса мерса.
Когда из-за обратного борта мерседеса раздались выстрелы, я понял, что там жив еще кто-то из черемушкинских.
Внезапно браток за девяткой наставил ствол автомата Калашникова на меня. Выстрелить он не успел. Я был первым. Хлопнуло. Пуля угодила мужику в высунутое бедро. Тот вскрикнул, вывалился из-за машины, и тут же схлопотал две пули в грудь. Сразу же затих.
— Нужно уходить, — сказал я, подлезая к Кулыму и оглядываясь, нет ли за кузовом новых бандитов.
— Н-нужно вернуться в дом, — прокряхтел Кулым. — Я позвоню своим… Приедут…
— Босс! — Крикнул один из братков, подползая с обратной стороны.
Когда по нему дали очередью, тот испуганно прижался к колесу. Пули легли в асфальт, вздымая пыль и разбрасывая осколки.
— Сука! — Панически вскрикнул браток, а потом дал пару выстрелов в обратную.
Решившись, я встал в полный рост. Насколько я успел заметить, врагов осталось трое. Один из них автоматчик.
Еще двое, торопливо садились в жигули, застывшую перед девяткой. Дали по газам, смываясь, и почти на ходу подобрали двоих бандитов, трущихся у угодившей в столб девятки.
Не теряя времени, я выстрелил автоматчику в голову. Попал в шею. Захрипев, тот схватился за горло, прошел пару шагов и получил от выжившего Черемушкинского еще пару пуль. Потом грохнулся в кусты.
Остаток магазина я разрядил в других бандитов. Те, засев за девяткой, стали вести огонь навскидку, показывая из-за кузова одни только стволы своих пистолетов. Уехать они не могли. Я видел большую лужу тосола, разлившуюся под их машиной.
— Ай, сука! — Крикнули из кустов, и, к моему удивлению, оттуда, вооруженный автоматом, выбрался какой-то парень.
— Бубен! — Заорал он, — че за херня⁈
— Шелест! Давай сюда!
Парень, одетый в спортивки, быстро побежал за машину. Тут же раздались выстрелы. Новенький успел спрятался, прижав автомат к груди.
— Мля… — почти сразу заметил он кровь на руке. — Попали! В меня попали!
Когда я узнал в пацане Андрея Шелестова, нахмурился. Правда, времени на разборки с ним у меня не было.
— Сердце… — протянул вдруг Кулым, скривившись, — прихватило…
— Мля… — Выдал я, а потом полез к парню с автоматом.
Тот, с бандитом, названным Бубном, о чем-то спорили вполголоса.
— Стрелять из автомата умеешь⁈ — Заорал я.
Оба мужика уставились на меня.
— Стрелял… в армии… — Пробурчал Шелестов неуверенно.
Я видел, что из-под футболки, на его левом плече, по всей руке бежала кровь.
— Дай сюда!
Я вырвал у него из рук пушку, проверил рожек. Пригнулся, когда стрельба на мгновение зазвучала вновь. Эти суки приехали убить Кулыма. Сомнений не было.
— Знач так! — Заорал я. — Хватайте старика и тащите его во двор!
— Сдурел⁈ — Возмутился браток по кличке Бубен. — Да только выйдем, нас постреляют, как уток!
— Прикрою! Пошли! Давай!
Оба парня переглянулись и тут же поползли к Кулыму. Я тем временем дал пару выстрелов из автомата, чтобы за девяткой не расслаблялись.
— Готовы⁈ — Обернулся я к пацана, что уже схватили Колыма под руки.
— Д-да! — Отозвался Бубен.
— Пошли! — Крикнул я и выскочил из укрытия.
Вместе со мной выскочили и братки Мамикона из-за девятки. Одного я уложил короткой очередью в грудь. Второй выстрелил несколько раз, но не попал. Я тут же уложил его двумя пулями в живот. Браток завалился, потерял оружие. Стал вяло шевелиться под бампером девятки.
— Сука! — Крикнули у меня из-за спины. — Попали! Попали в него!
Я обернулся, понимая, что бандит Мамика целился не в меня. Бубен и Шелестов, почти добежавшие до калитки, уже торопливо сажали подстреленного в спину Кулыма на землю.
   
Глава 21
 
Отбросив автомат, я тут же кинулся к Кулыму.
— Что с ним делать, Бубен⁈ — Кричал ошалевший от происходящего Шелестов. — Его ранили!
— Да не ори ты! Я думаю! — Ответил второй бандит, названный Бубном. — Погоди!
— Хватайте его и в машину! — Подбегая, крикнул я. — Нужно отвезти в больницу!
Я опустился рядом с Кулымом, забросил его руку себе на плечо.
— Витя… — Прохрипел он и выплюнул кровь. — Это… Мамикон…
— Молчи, силы не трать. Сейчас мы поедем в больницу. Там тебя заштопают.
— Они могут… где-нибудь… ждать нас…
— Поэтому, — я обернулся к двоим бандитом, тихо, но бурно обсуждавшим что-то, сидя на кортах. — Поэтому вы двое едете со мной.
— Чего? — Поднял голову Шелестов.
— Не тормози! — Заорал на него Бубен и подорвался, повесил себе на плечи вторую руку Кулыма.
Мы быстро потянули его к моей машине.
— Сука… — Выругался я, когда увидел, что крузак стоит на прострелянных колесах. — Ладно. Поедем на мерсе.
— К-ключи у Мухи, — протянул Бубен дрожащим голосом.
— Найди!
Бубен прикрикнул на Шелеста, и тот принялся поддерживать Кулыма, пока бандит обыскивал тело Мухи. Отыскав ключи, он бросился к водительскому сидению. Мы же потащили Кулыма в салон. Усадив его на заднее, я залез следом. Шелест прыгнул на переднее.
— Жми! — Крикнул я.
Бубен запустил двигатель и дал по газам. Машина сорвалась с места, грохнула днищем о дорогу, когда слетела с пологого спуска Кулымовой стоянки. Потом мы понеслись по проезжей части.
— Оружие есть? — Спросил я у бандита-водителя.
Обернувшись, Бубен показал мне ПМ.
— Дай сюда! Ты за рулем!
Он торопливо передал мне пистолет. И мы погнали изо всех сил. Бубен промчался на красный, я услышал, как в спину нам сигналят недовольные водители.
— Витя… — Выдохнул Кулым. — Ты… Ты должен…
— Мы едем в больницу. Скоро будем там, тут недалеко. Ты выкарабкаешься, Кулым.
— Ты должен… Защитить Марину… — Простонал старик и потерял сознание.
— Он все? — Обернулся Шелестов.
— Без сознания, — сказал я. — Но еще живой. Надо поторопиться.
Мерс выбрался на улицу Советской Армии, быстро промчал перекресток Кирова и погнал дальше, к Ефремова. Там нужно было свернуть направо, к Ефремовскому мосту. А перед ним помчать налево, по Энгельса, прямиком к больнице.
Когда Бубен пролетел поворот по Ефремова, мне показалось, что он поехал другой дорогой: до конца города по Советской Армии. Что, добравшись до кинотеатра Родина, свернет направо. Этот путь был плюс-минус таким же по протяженности. Однако, когда он не свернул и, а поехал дальше, к Туапсинскому вокзалу. Я выхватил пистолет.
— Куда ты едешь? — Направил я ствол ему в голову.
— Не кипятись, Летов, я еду в больницу…
— Не вешай мне лапшу, му#ак. Куда ты едешь? Сворачивай!
Когда бубен не ответил, я нажал на спуск. Пистолет вхолостую щелкнул у меня в руках.
— В следующий раз проверяй ствол… — Бубен было обернулся, показав мне свою ехидную рожу.
Договорить он не успел, потому что сразу схлопотал от меня в лицо.
— Что ты творишь⁈ — Заорал Шелестов, когда водителя кинуло к двери, а машину стало водить из стороны в сторону.
Я же тем временем полез вперед. Схватился за руль, отталкивая Бубна.
— Андрюша! — Крикнул Бубен. — Давай, Андрюша!
— Пошел на хер из машины, — Крикнул я, когда мерс выскочил на дорожное кольцо, развернувшееся перед вокзалом.
— Андрюша! Давай!
— Чего⁈
— А! Сука! — Заорал Бубен и резко затормозил.
Меня бросило вперед. Тяжелая торпеда мерседеса ударила меня в темя. Свет мгновенно погас, когда я завалился между сидениями.