Унесённые не тем ветром (СИ)

Когда все закончено, мужчина, потеряв сознание, уже не сопротивляется. Меня трясет будто в лихорадке. Желудок готов вывернуть то немногое, что в нем было. Зажав рот, я выбегаю из помещения. Кровь, всюду кровь и стоны. Я больше не могу. Это выше моих сил.
Выбежав на улицу, вдыхаю жадно воздух, но и тут крики, и стоны с разных сторон. Паника и сутолока повсюду.
- Мелани! Мелани! – слышу я вдруг, но в такой суматохе даже не могу понять, кто зовет меня.
- Мелани! – кричит мужчина, пытаясь подогнать запряженную двуколку к крыльцу госпиталя. – Садитесь! Сегодня день не для прогулок! Вас затопчут!
- Ретт! Отвезите меня домой, - прошу я, узнав мужчину. Сейчас я готова на всё, лишь бы добраться домой и смыть с себя кровь и смерть.
- Паника - забавное зрелище, да? – насмешливо говорит капитан Батлер. – Это визитная карточка генерала Шермана, любимца янки.
- Черт! – не выдерживаю я. – Надо уезжать из Атланты.
- И бросите свой госпиталь? Я думал, вы решили спасти жизнь каждого из раненых, - фыркнул Ретт.
- Я больше не могу, Ретт, - вымученно говорю я. – Сегодня был последний день, когда я там была. Больше не могу смотреть, как умирают люди.
- Поехали со мной, Мелли, - предлагает мне мужчина. – Я увезу тебя из этого Ада. Мехико, Лондон, Париж. Выбирай любой город.
- Ах, Ретт, - печально отвечаю я. – Я бы бросила все к чертям, но не могу. Скарлетт беременна и плохо переносит дорогу. И потом война когда-нибудь закончится, а память у людей длинная.
- Плевать на них! Половина из них погибнет на руинах Атланты, а вторая умрет с голоду в последующее время, - зло отвечает мне джентльмен.
- Это не так, Ретт, - мягко говорю я. – Они переживут и Шермана, и голод, и позор поражения, а вот вы когда-нибудь будете улыбаться им, желая заслужить благосклонность этих матрон.
- Никогда! Будь я проклят, если буду это делать, - фыркает недовольно Батлер.
- Хотите пари? – вдруг спрашиваю я.
- На что вы спорите? – азартно спрашивает меня Ретт.
- На ночь любви, - усмехаюсь я, когда экипаж останавливается у дома тети Питти.
- Мелани, вы коварны! – весело отвечает мужчина. – Ради такого я способен на многое.
- Если вы выиграете и ближайшие несколько лет не попробуете восстановить свое реноме перед патронессами, я подарю вам себя от заката до рассвета, - прищурившись, говорю я, выбираясь из его коляски. - А если я выиграю…
- Не продолжайте. Ради такого я смогу прожить в бесчестье несколько лет, - перебивает меня довольный Ретт. И тихо добавляет. – Я выберу самую длинную ночь в году. Возможно полярную.
Поцокав языком, удаляюсь в дом тетушки, слыша за спиной довольный смех капитана Батлера.
Как только я подхожу к крыльцу, старый слуга тетушки Питтипет выносит огромный сундук. О, черт!!! Эта старушка решила сбежать! А ведь еще недавно кудахтала над Скарлетт и говорила, что присмотрит за несчастной. Вот же старая кошёлка!
Не успела я произнести про себя всё, что думаю о ней, как писклявая служанка Присси заверещала:
- Мисс Мелани, все люди бегут отсюда! Все разбегаются!
- Брысь в дом, - рявкаю я. – Не смей отходить от мисс Скарлетт.
- Какой кошмар! Все пушки бьют мне прямо в уши! – кудахчет старая предательница, бодро выбегая из дома. – Я теряю сознание при каждом залпе!
Тут как по команде прогремел очередной пушечный выстрел, и тетка, вздрогнув всем телом со своими девчачьими буклями, ошалело направляется к коляске.
- Дядя Питер, осторожнее с сундуком, - говорит она старому слуге.
Черт! Черт!
- Стойте, тетя Питти, мы едем с вами! – кричу я, словно опаздывающий на последний рейс пассажир.
- Я возможно трусиха, Боже прости меня, но янки уже в Джорджии! Как они сюда попали?! – причитает старушка.
- Мелани! – кричит доктор Мид, переходя дорогу к нам. – Мелани, куда вы?
- Подальше из города, - я упрямо поджимаю губы. Знаю, какую тираду он мне приготовил. – Я больше не могу смотреть на смерть и реки крови. Вы не сможете меня убедить вернуться в госпиталь.
- Скарлетт не сможет поехать с вами, - говорит старик. – Тряска ей противопоказана. Она потеряет ребенка. Вы этого хотите? Оставить её одну в этом хаосе? Вы должны остаться.
 
- Без присмотра, доктор Мид? – осуждающе произнесла тетя Питти. – Это не прилично. Нас осудят!
- Какие еще приличия? Это война, а не пикник! – возмутился мистер Мид.
Тетка подпрыгнула от такого тона и слов, словно мы были на светском рауте. Даже не спросив меня, старушка уселась в коляску.
- Мелани, я уверен, ваше милосердие не позволит вам бросить Скарлетт на произвол судьбы.
- Я не умею принимать роды, - в смятении говорю я, приводя последние аргументы.
- А я знаю, - запищала маленькая Присси. – Я столько знаю, столько сама умею.
- Заткнись и не ври! – рявкнула я от души. Так хотелось всегда это сделать! Посмотрев на доктора Мида, я выдохнула, перед тем как пояснить. – Не верьте ей, она бесполезна как топор при родах.
- Мелани, когда придет срок рожать, вызовите меня, я сразу же примчусь к вам.
- Это тоже ложь, доктор Мид, - устало шепчу я. – Вы будете по колено в крови раненных, когда придет срок.
- Всё будет хорошо, Мелани, крепитесь, - поджав губы, успокаивает меня пожилой джентльмен.
- Я так устала, - шепчу в смятении.
Тяжело вздыхаю - я не знаю что делать. С одной стороны я хочу всеми силами убраться из города, а с другой, Скарлетт ведь осталась с Мелани в фильме. Не бросила её.
- Вы примете верное решение, как всегда, Мелани.
- Мелани, если ты едешь, поторопись, – пищит старая предательница из коляски.
Понятно, что если да, то мне нет времени, даже собраться. Я должна прямо сейчас прыгать в экипаж. Пока я терзалась сомнениями спасать себя или свое благородство, старый доктор решил поторопить меня с ответом:
- Что же вы будете делать, мисс Гамильтон?
Настоящая мисс Гамильтон никогда бы не бросила подругу в беде, да и Скарлетт тоже, хоть и сожалела об этом позже.
- Я остаюсь, доктор Мид, - обреченно произнесла я.
- Счастливого пути, Мелани остается, - ответил за меня пожилой доктор и быстро ушел по своим делам.
Тетка только этого и ждала, чтобы укатить прочь. Увидев отъезжающий экипаж, я хотела материться такими словами, которые Юг еще не слышал, потому что их еще не изобрели.
А дальше началась осада города. Больше месяца пушки непрерывно палили по городу. Жить было невозможно, спать было невозможно. Этот грохот сводил с ума своим постоянством. Потом настала тишина. Город замер в ожидании. Я сходила с ума уже от тихого ужаса, который невольно охватил меня, Скарлетт так же не находила себе место от беспокойства.
- Надо ехать в «Двенадцать дубов», - взволнованно говорила подруга. – Я просто в бешенстве, что мы не смогли уехать вовремя с тетей Питти.
- Ты бы потеряла ребенка, - мрачно говорю я.
- Черт! Эшли мне этого не простил бы! – заламывает руки моя подруга, расхаживая из стороны в сторону. – А теперь город будто вымер! Нам даже до окраины не добраться пешком!
- Тебе скоро рожать, Скарлетт. Успокойся, - советую я. – Даже если мы найдем транспорт, ты хочешь рожать на дороге?
Последние три дня с провиантом совсем худо. Я голодна как собака, но все последние запасы мы распределили так, что бы можно было протянуть еще немного. К тому же среди нас есть беременная женщина, которая продолжала тратить энергию на беспокойную ходьбу по комнате.
- Будь все проклято! Я просто не могу поверить, что мы тут заперты, словно курицы в духовке!
Разволновавшись еще больше, Скарлетт потирает свой большой живот. С Рождества прошло почти девять месяцев. Она вот-вот родит, а я понятия не имею что надо делать. Мы обсудили все с подругой и были наготове, но теория не то, что практика. Миссис Уилкс вспомнила все, что знала о родах, которые часто принимала её мама и рассказывала ей.
- Скарлетт, прекрати накручивать себя, - говорю я, изображая изо всех сил спокойствие, которого давно не было.