Нескромное предложение

Синтия и не думала, что уже сегодня увидит капитана. Она даже к его имени еще не успела привыкнуть! А ведь она должна сказать этому мужчине то, что не говорила никому, даже своему мужу…
И уж конечно, не мужу, подумала Синтия. Ее папочка позаботился обо всем, когда она первый раз выходила замуж.
Вряд ли она сказала и дюжину слов виконту Лонсдейлу перед церемонией. Все, что ей было нужно, вспомнила она наставления отца, это быть красивой и послушной. Ее мать дополнила слишком упрощенный мужской совет более практической информацией, напугав Синтию до полусмерти.
  
Но все-таки это было к лучшему, думала она. Впрочем, как и предупреждала ее мать, зная, что Джеймс собирается делать, Синтия была не так шокирована, когда он это делал. И после первых страшных моментов Синтия получила удовольствие, видя, какое удивительное влияние оказывают на мужа эти ночные обладания ее телом. По крайней мере, в постели Джеймс никогда не говорил о ящуре, припомнила она.
– И что ответил капитан, папа? – спросила Синтия, решив выудить всю информацию из молчаливого родителя.
Маркиз Галифакс бросил на нее выразительный взгляд.
– Он посмотрел на меня, как на полоумного, конечно. Как любой нормальный человек в подобной ситуации. И поверь мне, девочка, я чувствовал себя полным кретином, приглашая мужчину на свидание к моей дочери. Мне было ужасно неловко. Твоя затея просто безумная.
– Неужели ты сказал ему обо мне? – испуганно воскликнула Синтия. – Ведь мы договорились, что остальное он узнает позже.
– Да, конечно, я ничего про это не говорил, – ворчливо ответил лорд Галифакс. – Я же не совсем еще чокнулся. У меня нет желания, чтобы про меня думали, будто я сбежал из Бедлама.
– Но что же он все-таки сказал, папа? – повторила она упрямо.
Лорд Галифакс пожевал несколько секунд, прежде чем ответить.
– Он хотел узнать, конечно, нет ли здесь какой ловушки. И я его не виню. Кажется, он был очень удивлен тем, что совершенно посторонний человек в курсе его личных дел. Представляю, что он подумал. Ужасно неловкая ситуация.
– Роберт сказал, что многие уже знают о долге капитана, поэтому тут не было никакого сюрприза. Но что же он еще сказал, папа?
– Он спросил, как я собираюсь ему помочь. Вполне естественный вопрос, по-моему.
Лорд Галифакс показал жестом, чтобы дворецкий положил ему еще ветчины.
Синтия нетерпеливо вздохнула.
– И что ты сказал, папочка? – ласково проговорила она. Маркиз сурово посмотрел на свою дочь.
– Я сказал ему, что меня не уполномочивали больше ни о чем говорить, – ответил он резко. – Ведь ты так хотела, Синтия?
Он снова помолчал, и черты его лица несколько смягчились, когда он увидел, как Синтия перепугалась.
– Если бы ты позволила мне самому уладить это дело, моя дорогая, – добавил он. – Разреши, я поговорю с капитаном и объясню ему все как мужчина мужчине. Как это и положено. Совершенно невозможно, чтобы леди вела себя столь нескромно. Такие вопросы решают джентльмены, Синтия. И я лучше знаю, что тебе надо. Ты только вспомни, как я уладил все с Лонсдейлом! Мы же почти ничего не знаем о капитане. Кроме его фамилии и того, что последние пять лет он был в армии. Мы же не хотим, чтобы он воспользовался тобой, не так ли?
Синтия улыбнулась и с любовью посмотрела на отца, оценив его беспокойство.
– Мне кажется, что это я хочу воспользоваться им, папа, – сказала она, не задумываясь.
– Ах! – воскликнул лорд Галифакс. – Ты совсем сошла с ума, девочка! Отдать человеку пятнадцать тысяч фунтов – это, по-твоему, воспользоваться им? Ну тогда я не знаю кто, тогда я просто китаец!
– Значит, я так полагаю, капитан придет к нам сегодня? – спросила она, чувствуя, как ее сердце забилось быстрее.
– Конечно, он придет, – раздраженно ответил маркиз. – Разве я не сказал тебе об этом? Только полный идиот может швыряться такими деньгами. А капитан явно не дурак.
– Как он выглядит, папа?
– Ты скоро сама увидишь, моя дорогая, – он решил подразнить ее. – Но позволь мне предупредить тебя, Синтия, – добавил он серьезным тоном. – Этот мужчина не то, что твой Лонсдейл. Он офицер королевской армии и больше привык отдавать приказы, чем получать их, тем более от женщины.
– Я не собираюсь ничего приказывать капитану Шеффилду, папа, – кротко ответила Синтия.
Но предупреждение отца звучало у нее в ушах весь день. Время приближалось к четырем часам. И Синтия подумала, а сможет ли такой человек, как капитан Шеффилд, привыкший к суровым армейским будням, полюбить ничем не примечательное спокойное существование, которое она хотела ему предложить?
* * *
– Вполне возможно, что это одно из тех самых чудес, в которые ты уже не веришь, Брайан, – поддел капитан Чатам своего друга, когда они вместе ехали по городу. – Может быть, у тебя объявилась сказочная фея, хотя, признаюсь, мне трудно представить лорда Галифакса в этой роли.
Капитан Шеффилд криво усмехнулся.
– Не хочу тебя расстраивать, но я тоже не верю в сказочных фей.
Брайан волновался все сильнее по мере того, как их экипаж приближался к дому лорда Галифакса.
– Похоже, старик чего-то хочет от меня, но разрази меня гром, я понятию не имею, что именно.
– Говорят, что у Галифакса хорошие связи в правительстве, – заметил Чатам.
Он обогнал открытую карету, в которой ехали три юные красавицы и пышная матрона. Девушки все время хихикали. Оба джентльмена чуть приподняли свои шляпы, отчего красотки захихикали еще громче.
– Ну и что? – спросил Брайан, когда девичий смех затих позади.
– Я думал, что, может, Галифакс предложит тебе особое задание, или что-то в этом духе…
– Задание? – удивился Брайан. – Послать меня куда-нибудь шпионом, ты имеешь в виду?
Он был потрясен словами своего друга. Но, в общем, такая перспектива Брайану нравилась, потому что это означало возвращение на континент.
– Конечно, в таком случае я уеду из Лондона, – сказал Брайан. – Но непонятно, как я верну свой долг.
По-прежнему он терялся в догадках о причинах странного приглашения к лорду Галифаксу.
– Но ведь Галифакс сказал тебе, что уладит дело, если ты к нему придешь, правильно? – напомнил ему Дик Чатам. – У тебя разве есть еще какие-то долги?
– Конечно нет! – ответил Брайан. – Но я не верю в то, что ты там сказал про шпионов, Дик, – добавил он после некоторого молчания. – А что, собственно, еще мы знаем о Галифаксе?
И они снова, как и прошлым вечером, обсудили все детали неожиданного и таинственного приглашения в гости к Лорду Галифаксу. Но так и не нашли достаточно удовлетворительного объяснения этому факту.
– Моя мать сказала мне сегодня утром, что леди Элизабет, маркиза Галифакс, была признанной красавицей в свое время, – сказал Чатам. – Говорят, что герцог Эттлбридж и лорд Галифакс претендовали на ее руку, но Галифакс все-таки победил, и это оказался очень счастливый брак.
Эти слова встревожили капитана, и он с беспокойством посмотрел на Чатама.
– А что касается детей? У Галифакса, случайно, нет дочерей на выданьи? – спросил Брайан. – Может быть, одна с заячьей губой или косоглазая, которую Галифаксу надо пристроить в кругу своих великолепных друзей, да никак не удается?
Дик Чатам рассмеялся.
– Успокойся, приятель. Насколько я знаю, у Галифакса одна незамужняя дочка, которая еще ходит в школу, и есть еще старшая дочь, вдова виконта Лонсдейла, но она почти не бывает в свете. Что касается наследника, то виконт Хольт сейчас в Испании у Веллингтона. Отчаянный малый этот виконт, насколько я помню, и любит приударить за сеньоритами. Брайан сразу расслабился. Он и сам пользовался успехом у испанских сеньорит, а знание испанского языка давало ему решительное преимущество перед своими менее удачливыми друзьями.
  
– Кроме того, – проговорил Чатам, ухмыляясь, – если говорить о деле, дружище, то косоглазая жена самое страшное испытание ради того, чтобы избавиться от такого долга! Пятнадцать тысяч! Я бы такими деньгами не бросался. Особенно, если девчонка обеспечена, как леди Элизабет, судя по слухам, когда она привлекла внимание лорда Галифакса.