Сердце генерала и вкус счастья (СИ)

Дети Агаты поникли, прижались друг к другу и опустили взгляды в пол.
Напугала детей, гусыня! Мысленно отругала себя.
– Конечно, можно! Предлагаю взять с запасом и убрать в подвал на мороз, – подойдя, села рядом с детьми на пол. – Выбирайте любое. Вы говорите, а я буду складывать в корзину.
Дети переглянулись, оживились, на их лицах появились несмелые улыбки.
Чазер к двум эскимо выпросил кило сливочного мороженого в коробке и большой торт. Брок, Гэлл и Эштон были поскромнее, они взяли пломбир, сливочное мороженое, несколько сорбетов, а я уже добавила несколько стаканчиков для себя и Агаты. Подумав, взяла ещё один торт. Зная нашего магического всегда голодного обжору, побоялась, что всем не хватит.
  
– Одно разорение – эти походы по магазинам, – произнесла чуть позже, когда оплачивала покупки, к ним прибавились различные крупы, сливочное масло, маргарин и сто килограммов свежей щуки. (Такое ощущение, что книга с рецептами как-то связана с телефонами, именно сегодня она предложила приготовить щуку фаршированную).
– Это же замечательно, – со мной в комнате был Чазер.
– Чаз, как думаешь, у Дилана получится?.. – закусив верхнюю губу, поморщилась.
– Ты про кровавую Чёрную слезу спрашиваешь или про расторжение помолвки? – он взял из моих рук телефон и спрятал под подушку.
– Про всё.
– Ой, Виви, не знаю. Но думаю, что получится, он очень серьёзный молодой человек, со стержнем. В таком возрасте до генерала дослужился. И ты знаешь, что я думаю?..
– Что? – я чуть придвинулась к Чазу, словно желая услышать какую-то тайну.
– Мне кажется, что не просто так в нашем городе живут теневики, уверен, что их прислал король. Просто так никто в пещеру к древнему уснувшему дракону не полезет. Что им от него нужно? Спал сотни лет… Хотя без сильной магии его не разбудить. Такой никто не обладает.
– Может, они хотят украсть у дракона сокровища? – предположила я.
– Какие сокровища? Ха, тоже скажешь, он же не девица… Точно! – хранитель в удивлении уставился на меня. – Если дракона убить, то вся накопленная веками магия и знания перейдут к тому, кто его убил или нанёс последний удар. В старых родовых книгах упоминается, что сильные воины, которые могли эту магию удержать и не умереть вслед за драконом, обращались в нового дракона. Представляешь?!
– Ничего себе, – подумав, охнула. – Не хочешь ли ты сказать, что Дилан решил стать драконом?
– Нет, Дилан подневольный человек, службу несёт, бери выше.
– Король? – зачем-то посмотрев на дверь, спросила, понизив голос до шёпота.
– Или кто-то из приближённых министров. Чужими руками загребает жар. Теневики разбудят дракона, сильно ранят, и вот тогда на сцене появится главный герой – победитель дракона. Но всё это, Виви, лишь наши домыслы, Дилан ничего не расскажет. Давай спать, вставать рано.
– Ты прав, спокойной ночи, – зевнув, скинула тапочки и забралась в мягкую постель.
***
– Господин Эдвард, к вам мужчина пришёл, – в дверь кабинета хозяина дома постучала служанка. – Говорит, что вы ему поручение давали, он пришёл отчитаться.
– Проводи сюда! – крикнул Эверхруст, убирая бумаги в стол.
Не прошло и минуты, как в кабинет вошёл запыхавшийся мужчина.
– Говори, – Эдвард, прищурив глаза, посмотрел на наёмника, по лбу которого катились две капли пота.
– Не понимаю, как это произошло, господин Эверхруст. Весь день караулил служителя, как вы и приказали, в храме молился, всё было хорошо, он часто сновал туда-сюда, два раза мы встретились взглядами. А вечером за ним приехали, я подслушал разговор, к роженице повезли, после родов плоха она была…
– Ближе к делу! – Эдвард, приподнявшись, прикрикнул.
– Куда уж ближе, в дом-то он зашёл, а потом и не вышел, – рассказчик запустил пятерню в волосы.
– Как это не вышел? Что ты несёшь? – Эдвард начинал злиться.
– Два часа ждал, а потом тихонько постучал в двери, служанка открыла, я прикинулся кучером, что приехал за храмовником. Она удивлённо посмотрела на меня и сказала, что тот ещё час назад уехал, правда, вышел почему-то через запасной выход и вторую калитку.  Я в храм – нет, не возвращался.
– Куда он мог деться? Заплачу двойную цену, если найдёте его быстро. Нет, не так! Он взял аванс у меня за работу, так вот весь этот аванс будет ваш, – Эдвард назвал сумму, глаза наёмника округлились, он поклонился и заверил, что доставит храмовника живым и целым.
– Главное живым, целым не обязательно, – отмахнулся Эдвард. – Проведёт церемонию, а там уж… – что будет дальше, Эверхруст не уточнил. – И лучше с пустыми руками тебе не возвращаться, – донеслось вслед уходящему мужчине.
– Не подведу, – заверил тот, закрывая дверь.
И только когда стихли шаги, Эдвард дал волю злобе, под потолок взвились тёмные клубы дыма, а из ближайшего кресла донёсся раздражённый голос:
– Что за люди, уже и храмовники начинают обманывать. Хорошего отношения не ценят, деньги взял – и бежать. А с чего это он побежал? Не понимаю, ты ему не угрожал.
– Думаешь, мы первые, с кем он такое проворачивает? Точно кто-то из обиженных родителей или брошенных женихов-невест нашёл. Поймаем, тогда спросим. Всё самому приходится делать. Пока его ищут, наведаюсь ещё раз к Вивианне, возможно, она сменила гнев на милость. А если нет, то завтра же выплачу её долги и выкуплю землю с таверной.
– Может, тебе сначала выкупить, а потом преподнести как свадебный подарок? – предложил Господин Хран.
– Дорого выходит, у меня сейчас не так много наличных, – Эдвард постучал ногтём по столу.
– Не дороже денег. Не жмись, всё вернётся втройне, – в полуприказном тоне произнёс храннесс. – Побольше нежных слов, важных обещаний, девицы такое любят. Заговаривай, уговаривай, умоляй. А не захочет, выкупишь таверну и подожжёшь, сама к тебе прибежит, помня твои обещания, – Господин Хран засмеялся с нездоровым блеском в глазах.
  
Глава 39
 
— Господин Эверхруст, помилуйте! Как такое возможно?! Это же подлог! — мужчина среднего роста и с бледным лицом отталкивал от себя деньги.
— Господин Крок, вам ли говорить такие слова? Сделайте то, о чём я вас прошу. Никто не будет разбираться с датами платежей какой-то беднячки. Вы приходите в таверну, говорите госпоже Вивианне, что срок платежа истёк сегодня. А я, будучи там, как благородный мужчина и её бывший муж, тут же оплачиваю требуемую сумму. Вы кланяетесь, передаете мне бумаги и уходите, хочу заметить, с приличной суммой денег в кармане.
— Господин Эверхруст, последнее время теневики суют свой нос во все городские дела. Поэтому опасно проворачивать подлог, — мужчина нервно сжимал пальцы.
— Господин Крок, тогда мне придётся вам напомнить, где вы бываете каждую пятницу, а иногда и субботу, — цвет лица служащего сравнялся с белым листом бумаги. — Мне вот интересно, откуда вы берёте такие суммы на карточную игру и женщин?
— Помилуйте, господин Эверхруст.
Крок, держась одной рукой за стол, попытался встать на колени, но строгий окрик его остановил:
— Стоять! Ваши уловки, мольбы и слёзы тут не помогут. Не стоит делать работу за служанку, вытирая пол своими штанами. К трём часам по полудню, чтобы были в таверне с бумагами. Я как раз пообедаю и попытаюсь завести светскую беседу с женой, а тут и вы. И ещё, Крок, будьте понаглее. Не нужно бледнеть и блеять. Всё же вы представитель управы. И деньги уберите подальше от посторонних глаз. А то не ровен час кто-нибудь из сослуживцев заметит, — протянул Эдвард.
— Я сделаю всё, как вы говорите, господин Эверхруст, — заверил служащий, одной рукой пряча деньги в стол, а другой — дотрагиваясь до графина с водой.
  
— Так бы и сразу, — довольный собой Эдвард хлопнул дверью.
— Чтоб тебе сквозь землю провалиться, Эверхруст, — тихо бросил вдогонку господин Крок и тут громко вскрикнул, потирая лоб.
Его словно кто-то ударил невидимым кулаком по лбу. Под пальцами увеличилась шишка, а под потолок улетел чёрный дымок.