Сорока на виселице

Навигатор выкинул на стол кости. Маркшейдер продолжил заполнять таблицу.
– Странный корабль, – сказал он, записывая результаты. – Никак не могу привыкнуть…
– Я тоже, – согласился навигатор. – Возможно, прототип. Я слышал, флот собираются обновить, так что, скорее всего, новый скаут, ходовые испытания…
– Возможно, и испытания… Ты раньше на чем ходил?
– На «Веспе». Двадцать рейдов, а ты?
  
– И я на «Веспе», – маркшейдер постучал ладонью по борту. – У меня тридцать три. Ладно, пусть будет «Аспен», посмотрим… Кидай.
Навигатор кинул кости в третий раз.
– Семь.
– Семь, все в порядке, бортовое время…
Маркшейдер записал в графу время. Дальше молчали. Маркшейдер не знал, о чем говорить с навигатором, закинул кости в стакан и, глядя на хронометр, постукивал стаканом о колено. Бряканье раздражало маркшейдера, но он молчал. Навигатор нервничал с первых дней, с начала рейда, когда, очнувшись от криосна, маркшейдер и навигатор обнаружили себя не на привычной «Веспе», а на «Аспене», как они предполагали, скауте новой серии, совершавшем к тому же свой первый рейд. Маркшейдер отнесся к этому философски, он уже попадал в похожие ситуации, навигатор, напротив, расстроился. Он четыре раза связывался с Лунной базой, требовал объяснений, ругался, что прервет рейд, что так нельзя – отправлять людей на незнакомом оборудовании, но в итоге смирился, правда, два дня, пока «Аспен» приближался к точке Римфатера, молчал. На третий день маркшейдер достал из сейфа в своей каюте лоцию, навигатор из своего сейфа принес стакан с костями, синхронизировав хронометр, лот и счетчик АЕ, маркшейдер и навигатор приступили к обязанностям по разметке пространства.
– Двадцать один сорок семь, – закончил маркшейдер. – Следующая точка через двадцать минут, контрольная.
– Принято.
Навигатор продолжал греметь костями. Маркшейдер ждал.
Это может быть проверка, думал он. Иногда Академия устраивает проверку, чтобы убедиться в надежности и квалификации экипажей, терпение – важное качество.
Контрольная точка, миссия фактически закончена. День на проверку бортовых систем, три дня на замедление замедления, маневр и начало пути обратно, к Земле, можно заняться своими делами, можно лечь в криокапсулу, скоро дом.
Через двадцать минут маркшейдер сверился с хронометром и сказал:
– Четыре восемьдесят восемь, контрольная точка.
Он заглянул в лоцию, нашел нужную графу, отчетливо прочитал:
– Четыре-семь-один.
Навигатор выкинул кости на стол.
– Четыре-семь-один.
Маркшейдер выдохнул с облегчением, записал показатели в книгу и объявил:
– Семнадцатый день, контрольная точка пройдена, подтвержденный радиус сферы четыре восемьдесят восемь астрономические единицы, что полностью соответствует расчетному значению.
– Подтверждаю, – сказал навигатор.
– Отбой, – маркшейдер захлопнул лоцию.
– Отбой, – навигатор перевернул стакан.
Маркшейдер покривился – оставлять перевернутый стакан не стоило, традиция, все навигаторы, с которыми он работал раньше, никогда не оставляли перевернутый стакан. Но навигатор покинул мостик. Маркшейдер тоже отправился в каюту. Он принял душ, поужинал, лег отдыхать, но уснуть не мог, даже после тридцати трех рейдов маркшейдер волновался при выходе корабля из сферы.
Считалось, что в первую ночь вне сферы приходят необычные, волшебные сны, но маркшейдер не мог уснуть, что-то не давало ему покоя, упущенное, просроченное, позабытое, маркшейдер старался думать о доме, думать об астероидах, вспоминать годы учебы, планировать…
Пожелание.
Маркшейдер поморщился – после прохождения контрольной точки принято оставлять пожелания следующей смене, несколько слов, он совершенно забыл про пожелание.
Маркшейдер выбрался из капсулы, оставил каюту и отправился на мостик.
Мостик лежал во тьме, экраны включены, небо беззвездно, «Аспен» шел через мрак, ноль часов тридцать восемь минут.
Лоция лежала на столе, серебряный стакан стоял рядом. Книга была открыта на странице с координатами контрольной точки, маркшейдер взял самописец и придумал послание из семи слов, перевернул страницу.
Страница была заполнена. Координаты, приблизительное время, значения. Значения. На странице были отмечены восемь точек, снабженных координатами, временем и значениями костей, маркшейдер зевнул и снова перевернул страницу. Следующая страница оказалась тоже заполнена, более того, пролистав лоцию до конца, маркшейдер обнаружил сорок семь страниц координат и значений.
Лоция оказалась заполнена до конца, маркшейдер не мог понять почему, соображалось плохо, почему…
Маркшейдер сверился с бортовым хронометром, ноль часов пятьдесят семь минут.
Маркшейдер поднял стакан с костями.
Кости – обязанность навигатора, лоция – маркшейдера, в соответствии с правилами один человек не может кидать кости и записывать результаты. Но навигатор спал. Маркшейдер встряхнул стакан, выкинул на стол золотые кубики, выкинул три раза, шесть-одиннадцать-четыре.
Маркшейдер отыскал в лоции соответствующую графу. Час три минуты. Шесть-одиннадцать-четыре.
Совпадение.
Маркшейдер запустил тест бортового оборудования и проверил три точки. Сфера. Ее пространство должно было закончиться четыре часа назад, но оно продолжалось.
Компьютер закончил проверку, вывел результаты на экран. Рейд проходил в штатном режиме, торможение еще не началось, корабль уходил к границам системы, все показатели оставались в пределах нормы.
Маркшейдер разбудил навигатора, они проверили еще три точки. Совпадения.
– «Аспен» прошел границу сферы три часа назад, – уточнил навигатор. – Мы преодолели горизонт… почему тогда продолжаются совпадения?
– Незначительные расхождения возможны… Но не на три часа.
– Откуда здесь вообще эти данные? – навигатор постучал пальцем по лоции.
Маркшейдер задумался.
– Данные до контрольной точки – рассчитанное будущее, откуда тогда появились данные после контрольной точки…
Навигатор бессмысленно листал лоцию.
– Что все это может означать? – настороженно спросил маркшейдер. – Предположения?
– Есть несколько возможностей, – навигатор изучал книгу. – Мощность вычислительных систем спонтанно возросла, и горизонт отодвинулся… Но это… не объясняет, почему лоция распечатана заранее. Откуда тогда данные? И почему они совпадают… с эмпирикой?
Навигатор вглядывался в страницы.
– Либо данные в таблицах… искажены, – закончил навигатор. – Либо…
Маркшейдер взял стакан, выкинул кости. Один-девять-девять. Сверился с лоцией. Один-девять-девять.
Сфера длилась.
– Что значит «искажены»? – спросил маркшейдер, тупо глядя в стакан, кости лежали тройками вверх.
– Возможно, радиус сферы больше, чем… официально озвучивается, – негромко произнес навигатор.
Маркшейдер пролистал лоцию до конца.
– Ты хочешь сказать, что сфера… Сфера гораздо больше, чем…
Подобрать слова не получалось.
– Чем нам представлялось, – подсказал навигатор.
– Но почему тогда…
Маркшейдер замолчал, не решившись задать вопрос.
– Ни одна система не застрахована от нештатных ситуаций, – сказал навигатор. – Если предположить, что действительно произошла ошибка, некий сбой… Мы должны были проснуться на борту «Веспы», но криокапсулы перепутали и отправили сюда… А поскольку в разметке сферы участвуют сотни кораблей, никто этого не заметил… Не заметил, и вот мы на борту «Аспена» выясняем, что сфера простирается несколько дальше… Это эксперимент… Мы участвуем в эксперименте.
Это было бы самым безобидным объяснением, подумал маркшейдер. Все иное…
– Все? – спросила Мария. – Больше ничего?
  
Мария принялась разглядывать переплет, хотя я не очень понимал, что именно в нем изучать, но Мария смотрела на просвет, дышала на страницы, терла их пальцем, нюхала. Страницы разные, шрифт, бумага, верстка.
– Я ничего не поняла… о чем это? Какая сфера? Какой маркшейдер? Ты что-нибудь понимаешь?