Осколки любви (СИ)

Да и я не хотела просить его решать мои вопросы. В конце концов, я была уверена, что комиссия со всем разберётся и признает обвинения Леора необоснованными.
— И это всё? — спросил Дрейкмор, внимательно смотря на меня.
— А что ещё? — не поняла я.
— Я не только предложил тебе работу.
— К сожалению, я пока не ищу отношений, — миролюбиво ответила я. Внутри всё замерло, я думала, что Дрейкмор взорвётся. Но он лишь странно усмехнулся, и его настроение, кажется, улучшилось. Он снова занялся ужином.
  
Я посмотрела на него с опаской, но поняла, что, вероятно, придумываю лишнее.
— Что с лицензией? — вдруг спросил он, покатывая янтарную жидкость в бокале.
К этому времени я тоже закончила ужин и подняла свой бокал.
— Небольшие неприятности, не более того.
— Хорошо, — дракон не стал добиваться ответа, и я была ему благодарна. — Тогда решим так. На днях тебе привезут договор, и ты его подпишешь. К работе сможешь приступить позже в любое удобное время.
Я кивнула.
Потом мы встали и, как пара, на которую обращали взгляды, покинули ресторацию.
В мобиле нас от водителя отделяла лишь чёрная перегородка, а взгляд дракона стал слишком красноречивым.
Я сидела напротив него. Стало жарко. Хотела бы я знать, какие мысли бродят в его голове. Я отвернулась к окну, потому что выдержать его взгляд было трудно.
Огни ночного города мелькали, но я всё равно не могла сосредоточиться. Внутри я всем своим существом чувствовала присутствие дракона.
Я снова посмотрела на Дрейкмора.
Он вальяжно сидел на сидении, не сводя с меня глаз. Теперь мне была понятна его реакция на меня. Возможно, он что-то ощущал, улавливал отголоски связи, но вряд ли больше.
Иначе бы… я уже давно оказалась бы заперта в его «пещере» под семью замками, без права выхода на свободу.
К сожалению, эта обратная связь истинных с драконом — жуткая и выматывающая обоих. В последнее время она встречается слишком редко, и Райдан, скорее всего, даже не вспомнит о ней и не задумается.
Но кто знает, возможно, ему просто интересна я как женщина, а не потому, что он чувствует отголоски той самой связи.
И лучше уж пусть будет так, чем если он осознает реальность и дракон потеряет голову.
Но готова ли я к этому?
То, что Райдан опасен, совершенно точно. Не только как мужчина, но и как дракон.
Мы остановились около моего подъезда.
— Благодарю за вечер. И за возможность присутствовать на операции, — произнесла я и потянулась к ручке двери.
Только мою руку резко перехватили, а другая его рука оказалась в моих волосах. Он сжал их в кулак и притянул меня к себе. Я практически упала в его объятия.
А там он набросился на мои губы. Он пил моё дыхание, и не ответить ему было просто невозможно. Тем более что он не спрашивал, он просто брал.
Я собрала все силы, уперлась руками в его грудь, но я видела как удлинились его клыки.
— Иди, — низко прорычал он. — Иначе не отпущу.
Я так быстро выбралась из мобиля, что казалось, за мной гнались все демоны бездны. Сердце колотилось в груд. Ноги подкашивались.
Пережить истинность, когда он просто рядом — это одно. Но когда он катастрофически близко — это практически невыносимо.
Он не должен знать, что имеет надо мной такую власть.
Я остановилась перед подъездом. Обернулась. Дрейкмор стоял около мобиля, широко расставив ноги и засунув руки в карманы. Похоже, он даже не моргал.
Я была благодарна ему, что он позволил уйти. Он не давил, что совсем не свойственно его виду.
У драконов всё слишком. Собственнический инстинкт — один из самых разрушительных.
И ведь я даже не заметила, как Грэм пошёл за мной. Потому вздрогнула от его голоса, когда он попросил меня всё же зайти в подъезд.
Телохранитель шёл позади, хотя это было явно перебором. Уж до квартиры я была в состоянии дойти.
Открыла дверь своим ключом, и только когда закрыла её, Грэм ушёл вниз. Я сняла обувь, положила ключи на комод и включила свет на кухне. Подошла к окну. Дрейкмор в той же позе стоял у мобиля. Только теперь смотрел прямо на меня.
По телу прошёлся озноб.
Но я отогнала его. То, что он в таком состоянии отпустил меня, о многом говорило — как и то, что он полностью контролирует своего дракона и его инстинкты.
Я сделала шаг назад от окна и прикрыла шторы.
Попила воды. А когда снова подошла к окну, мобиля уже не было.
День был слишком насыщенным. А я потратила слишком много магии. Еда компенсировала часть затрат, но лучше всего помог бы сон.
Поэтому я приняла ванну и сразу легла спать.
Проснулась я на удивление почти в полдень. Никогда так долго не спала.
Видимо, сил потратила гораздо больше, чем думала. А рядом с истинным чувствовала себя лучше, нежели без него.
Интересное наблюдение.
Только вот… работы у меня так и не было. Зато появился шанс поучаствовать в интересном проекте. Поэтому я с нетерпением ждала новый рабочий договор.
Успела сходить на рынок. Потом решила посидеть в парке, и, прикрыв глаза, наслаждалась солнцем и током магии.
Для меня жизнь только в четырёх стенах была смерти подобна.
Полностью отдохнувшая и восстановившая душевное равновесие, я вернулась в квартиру. Приготовила себе чашечку кофе, погладила один лепесток своих любимых цветов, когда раздался звонок в дверь.
Я распахнула её.
Нахмурилась, потому что мужчина в форме явно не походил на доставщика документов.
— Вы Лираэль Фэйрвуд?
— Да. А с кем имею честь говорить?
— Я офицер Эстин Форд, и мне нужно взять у вас показания.
— Показания? — ошарашенно переспросила я.
— Да. По делу о хищении лекарственных средств в госпитале, где вы работали.
  
Глава 21
 
«Работала? Вроде бы я до сих пор там работаю, просто у меня отозвали лицензию».
Но об этом я не сказала ни слова, так же как и не поправила офицера. Плохое предчувствие расцвело пышным цветком.
Пришлось впустить офицера в квартиру. Мы разместились за столом. Я убрала свой кофе в раковину и села напротив высокого, жилистого мужчины. Он был темноволосым и совершенно непримечательной внешности. Могу предположить, что его драконья кровь весьма разбавлена.
— Итак, — мужчина протянул мне лист, написанный от руки, и сложил свои руки в замок. — Скажите, вам знакомы препараты из списка?
Я взяла лист и прочла.
— Да, — честно призналась.
— А для чего они могут быть использованы вам известно?
— Конечно. Но у нас строгая отчётность по ним, так что я не понимаю, о каком хищении может идти речь.
— Разумеется, — кивнул головой офицер. — Посмотрите внимательно. Работали ли вы в эти дни в госпитале?
— Да.
— Видели ли вы что-то подозрительное в эти дни со стороны коллег?
— Нет. У меня всегда много работы.
— Хорошо. Пока достаточно. Завтра жду вас на допросе.
— На каком допросе? По какому поводу? — спросила я, следя за тем, как мужчина убирал листы в кожаный портфель. — Я ведь уже всё рассказала.
— Мы сами разберёмся, что вы сказали, а о чём умолчали. В ваших же интересах явиться.
В этот день я так и не дождалась документов на новую работу. Но подозревала, что либо мы разминулись с доставщиком, либо договор ещё не готов. Либо Дрейкмор слишком занят, тем более я же ему сказала, что пока сразу же не смогу приступить к работе. Хотя очень хотелось.
Сказать, что я была потрясена сложившейся ситуацией — это ничего не сказать.
Утром я собралась, облачилась в деловой костюм и пошла в участок, куда меня «любезно» пригласили.
Я вошла в полицейский участок. Воздух был пропитан запахом пыли и старых бумаг. Едва назвав своё имя, я заметила, как дежурный за столом быстро взглянул на меня и без лишних слов встал, жестом предлагая следовать за ним.
  
Мы шли по узкому коридору. Внутреннее напряжение нарастало с каждым шагом.
Наконец мы остановились у двери, и, открыв её, дежурный пригласил меня в душный, тесный кабинет.