Девятнадцать сорок восемь том IV (СИ)

— Ну и почерк у тебя, — проворчал он, кое-как продираясь взглядом по строкам.
— Буквы — это отражение души! — заявил Кирилл и, заглянув в кастрюлю, где варилась капуста со свеклой. — Слушай, ты уверен в том, что делаешь?
— Да. Не хочу терять время, если подвернется шанс поступить в университет, — не отрываясь от лекции произнес Фирс.
— Я про еду. Что-то оно пока выглядит подозрительно. Кстати, что мы готовим?
— Борщ.
— Зеленый? Кислый? Столичный? — сразу спросил Вешкин, продолжая помешивать поджарку.
Брат поднял взгляд от тетради, хмуро взглянул на него и буркнул:
— Домашний.
— А… — смутился Кирилл. — А в чем его особенность? Он не красный?
— Красный, но делается так, как нравится повару. Личный рецепт каждой семьи, — нехотя буркнул Фирс, бегая взглядом по записям брата. Немного приноровившись к его «каллиграфии», он начал читать быстрее.
— То есть, если я буду готовить домашний борщ, то я смогу делать так, как мне вздумается? — уточнил Вешкин.
— Ну, да. Кто-то любит капусты побольше, кто-то свеклы, — вздохнул брат и поднял взгляд на задумчивого Кирилла. — У меня даже у мамы и папы разный борщ.
— Интересно, — расправил плечи Вешкин.
— И лысый череп блестит, словно сверхновая звезда, — начал читать Фирс кусок конспекта. — И нет покоя его, крючковатым пальцам… Ты во время лекции стихи пишешь что ли?
— Ну, так… навеяло, — смутился брат. — И рифма там не очень. Так, просто заметка.
Фирс отодвинул тетрадь от себя и на вытянутых руках взглянул на график, что был нарисован по середине страницы.
— Слушай, я ни на что не намекаю, но тебе не кажется, что функция на твоем графике… похожа на женщину… Раздвинувшую ноги…
— Не может быть, — фыркнул Вешкин, и подошел к фирсу. Заглянув в тетрадь, он удивленно хмыкнул и произнес: — А нет, действительно похоже…
— Кхэм, — кашлянул одаренный уборщик, забрал лопатку и вернул конспект брату. — Советую повторить то, что записал.
Сам же он подошел к сковороде, убедился, что поджарка уже дошла и засыпал в кастрюлю, где варились овощи, мясо и картофель.
— Нет, действительно похоже, — изумленно произнес Кирилл, разглядывая записи. — Видимо это нехватка общения с Мариной.
— Недели не прошло еще, — хмыкнул Фирс и залез в карман, доставая телефон, что издал мелодичный перезвон от сообщения.
Взглянув на экран, он обнаружил в мессенджере сообщение от Кэтрин.
«Привет! Смотри, папа все же вынудил меня посмотреть перспективных кандидатов на роль мужа»
Далее была фотография довольно пухлой папки.
«Ну, это было неизбежно. Ты зря избегала этого и создавала проблемы на пустом месте» — Быстро набрал Фирс ответное сообщение.
«Ну, думаю все было не зря. Смотри, какого красавца я нашла!»
Спустя пару секунд, на экране парня появилась фотография. Открыв ее на весь экран, он с удивлением обнаружил свою улыбающуюся физиономию и полное досье. Начиная от роста и веса, заканчивая половыми связями, которые отсутствовали.
«Это откуда? Это шутка?» — снова принялся набирать парень.
«Нет, это папа откуда-то нарыл.»
Фирс растерянно обернулся и посмотрел на Вешкина, что продолжал рассматривать свои записи. Затем взглянул на кастрюлю и слегка вздрогнул от очередного оповещения.
Опустив взгляд, он обнаружил очередную фотографию Кэтрин в нижнем белье в довольно откровенной позе.
— Кхэм… — кашлянул Фирс, не понимая, как на это реагировать.
«Каждую пятницу, как перспективному кандидату!» — последовал комментарий к фотографии.
Фирс нахмурился. Почему-то вспомнилась Жанна, где-то в груди кольнуло от образа Алисы.
— Что у них вообще происходит в голове? — пробормотал Фирс.
Он обернулся к брату, хотел было спросить совета, но обнаружил его с ручкой в руках, занимающимся прорисовкой мелких деталей в графике.
 
— Ну, да… нашел у кого спросить… — буркнул он, обернувшись к кастрюле.
  
Глава 9
 
Фирс оглядел отмытый коридор, удовлетворенно кивнул и стукнул шваброй по полу, отчего тряпки вздрогнули и довольно шустро поползли к ведру.
— Так… — произнес он, подхватил ведра и направился в сторону технической комнаты. Там, сполоснув тряпки, он спокойно набрал чистую воду и направился на другой этаж.
Парень вышел к коридору, прошелся по нему и поставил ведра, однако тут его взгляд скосился на лестницу, что вела в библиотеку. Пару минут подумав, он убрал ведра к стене, чтобы они никому не мешались, пристроил рядом швабру и спустился по лестнице.
Внизу он замер, в очередной раз застыв от вида огромных залов и множества книг.
— Сколько же их тут? — произнес он, пытаясь рассмотреть крайний стеллаж в далеке.
— Вечер добрый, молодой человек, — проскрипела старушка, с парой увесистых томиков в руках.
— Добрый, — кивнул Фирс.
— Увы, библиотека на сегодня уже закрыта. Молодым дарованиям, не прошедшим экзамена на адепта запрещается появляться тут после девяти вечера.
— Нет, я… Я уборщик. Занимаюсь мойкой полов в этом корпусе.
— Вот как… — внимательно осмотрела она. — А с Верой Павловной что случилось?
— Понятия не имею, но мне уже самому интересно что это за Вера Павловна, — хмыкнул Фирс. — Она настолько знаменита?
— Нет, но когда человек работает пятьдесят лет на этой должности, невольно удивляешься, когда тот пропадает, — призналась старушка. — Да, характер у нее с возрастом начал портиться, но тем не менее. Эту бодрую старушенцию мы знали как облупленную.
— Простите, я не представился. Меня зовут Фирс. А вас?
— Элеонора Карловна, — кивнула в ответ та. — Хранитель библиотеки.
— Очень приятно, Элеонора Карловна, — кивнул парень. — Я тут… убираюсь. В общем, хотел узнать, не нужна ли вам помощь?
— Помощь? — удивилась библиотекарь. — Увы, молодой человек, но нет. Здесь построена специальная вентиляция, что прижимает потоком воздуха пыль к полу. Рунные насечки под вашими ногами так же удаляют грязь с обуви и отправляют ее в специальный контейнер, который опустошает человек отвечающий за уборку прилегающей к корпусу территории.
— То есть у вас никто не убирается?
— Выходит, что так, — кивнула старушка.
— Жаль, — вздохнул Фирс, сунув руки в карманы.
— Отчего же? Вам же меньше работы.
— Ну, я… тут столько книг, а я очень люблю читать, — признался Фирс.
— Увы, но это не бульварные романы, — покачала головой Элеонора Карловна. — Это книги по развитию, укреплению и, что самое главное, непосредственному применению магии. Тут очень много формул, графиков и нудных объяснений. Хотя, есть и довольно интересные экземпляры. Вы слышали про Хатаусова?
— Эм-м-м… нет.
— Бывалый моряк и маг. Очень много времени провел в море. А там, знаете ли, проще общаться ненормативной лексикой.
— Ну, да. Я слышал, что моряки очень много матеряться.
— Ну, вот у нас есть томик основ магии, где он излагает все… В морском стиле, — хохотнула старушка. — Представляете? Ничего сокровенного в книге нет, однако та экспрессия и огонек, с которым он подает материал, делают эту книгу по настоящему уникальной.
— Я бы с удовольствием почитал, — осторожно произнес Фирс.
— Увы, но литература в этой библиотеке только для учеников. Вы должны понимать, что чтение подобной литературы без дара не имеет никакого смысла.
— Но у меня есть дар, — произнес Фирс и силой приподнял томик из рук старушки, покрутил его в воздухе, а затем положил обратно.
— Похвально, но вы не являетесь учеником, — не так уверенно возразила она. — Да и зачем вам это?
— Ну, я… я пытался поступить трижды, — признался Фирс. — Последний раз я не выдержал и решил, что все равно буду тут. Хотя бы в роли уборщика.