"Фантастика 2025-54". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Макс чувствовал слабость, в ушах отдаленным эхом звучало:
– Эй-а-а, за Рамира!
Роки зарычал громче. Макс, пытаясь успокоить его, погладил теплую спинку. Прикосновение к псу немного привело его в себя. Роки проговорил между рычанием:
– Выйди на балкон. Борись!
Макс оглянулся: то, что он сначала принял за большое, во всю стену, окно, было балконной дверью. Он встал с кровати, толкнул дверь и вышел на широкий балкон. Солнце уже село, и вокруг замка сгущались сумерки. Пахло свежестью, воздух был прохладным и бодрящим. Подняв голову к небу, Макс попытался сосредоточиться на своих ощущениях и избавиться от чужого присутствия в своем сознании. Он глубоко вдохнул, закрыл глаза и широко раскинул руки. Тотчас же потоки энергии извне проникли в его тело, омывая и очищая, придавая сил для борьбы. Чужие голоса, звучавшие в голове, становились все тише, слабость проходила, уступая место беспричинной радости, ощущению слияния с природой. Макс радостно улыбнулся и открыл глаза, пропуская через себя эти потоки, чувствуя их слияние со своей энергией. Вдруг что-то произошло в его сознании, он как будто услышал внутри себя крик боли и ярости, и все прошло. Ощущение единения с окружающим миром исчезло, но прекратилось и головокружение, исчезли голоса, выкрикивающие непонятный клич.
Он вернулся в комнату. Роки, внимательно принюхавшись, успокоился и прекратил рычать. Макс почувствовал сонливость и улегся на кровать. Пес пристроился в ногах, еще раз внимательно взглянул на хозяина, и мирно захрапел.
Макс закрыл глаза и задремал, постепенно погружаясь в глубокий спокойный сон. Вдруг он ощутил тяжесть в груди и удушье. Тут же в ногах завозился, порыкивая, Роки. Не открывая глаз, Макс спокойно провел рукой по груди и, ощутив что-то мягкое и лохматое, спихнул его с себя.
– Чего толкаешься? - раздался с пола обиженный голос.
– А что у вас за дурацкая манера общения? - сонно пробормотал Макс.
Не зажигая свечи, он нащупал на прикроватном столике вазу с фруктами, ухватил большое яблоко и протянул его в ту сторону, откуда шел голос.
– На, как там тебя, Петшик, что ли? И иди уже отсюда, дай поспать.
– Спрашивай! - буркнул Домовой с набитым ртом.
– Не буду, и так знаю, что ты мне ничего хорошего не напророчишь.
– Ну и ладно, я сам скажу, - Петшик, видимо, из чувства противоречия, провыл:
– К добру-у-у! - и исчез.
Макс усмехнулся в темноте, повернулся на бок и крепко уснул.
Глава 36.
Теперь вся жизнь Рамира была подчинена одному стремлению: выполнив необходимую работу по дому, получив от Зуливана новый урок, он с нетерпением ждал, когда старый волшебник уснет, а затем пробирался в библиотеку, где его ждали книги по черной магии. Рамир читал их, отрываясь только для того, чтобы выписать на пергаментный лист какие-нибудь особенно важные формулы. За это время он узнал, как навести на человека смертельную порчу, как приготовить любовное зелье, выпивший которое потеряет покой и сон, и станет покорным рабом того, кто это зелье ему подмешает; узнал имена демонов низшего уровня и способы их вызова, рецепты страшных ядов, от которых нет противоядия, и рецепты болезнетворных зелий, заклинания, произнеся которые, можно превратить толпу в покорное стадо, повинующееся чужой воле. Как вырастить в пробирке гомункулуса - уродливое существо, подобное человеку, как наслать мор на домашний скот, как оживить мертвого на одну ночь - все это, и многое другое, нашел Рамир в книгах. Он выучил наизусть множество заклинаний и проклятий, переписал формулы ядов и зелий, и мечтал лишь об одном: попробовать их на практике. Под утро, когда его глаза закрывались от усталости, он прятал книги и свои записи, и спускался вниз, чтобы отдохнуть пару часов до того, как проснется Зуливан.
Такое напряжение не могло не отразиться на юноше: Рамир похудел, стал нервным и пугливым, и все время пребывал в состоянии, похожем на полусон. Но он не оставлял своих занятий, отыскивая в библиотеке все новые и новые фолианты, и осваивая знания, содержащиеся в них, с неистовым упорством. Старый Зуливан не замечал перемены, произошедшей в его ученике, он весь был погружен в свои опыты и изыскания. Иногда к нему приходили за помощью жители города, и волшебник не отказывал им: лечил больных, снимал порчу, составлял лекарственные порошки и настойки, беря за это совсем небольшую плату.
Однажды утром в дверь постучали. Зуливан открыл и впустил в дом пожилого худощавого человека. Рамир, который в этот момент мыл в лаборатории пробирки, поднял голову и узнал в вошедшем Лауса - угольщика, который не раз издевался над ним, прогоняя его от угольной ямы. Угольщик просил Зуливана дать ему лекарство от кашля, который мучил его по ночам.
– Сегодня я сделаю для тебя лекарство, но оно должно настояться. Приходи за ним завтра утром, - сказал волшебник.
Днем Рамир помог Зуливану смешать настойку для угольщика и поставил ее около теплой печи, чтобы она созрела. Ночью же, когда Учитель уснул, юноша пробрался в лабораторию, взял склянку с лекарством и добавил в нее щепоть серого порошка. Взболтав пузырек, он поставил его на место и шепотом прочел короткое заклинание на странном гортанном языке.
Утром пришел Лаус, заплатил Зуливану серебряную монету и забрал свою склянку. Ровно через неделю угольщик умер, задохнувшись во сне от кашля. Узнав об этом, Рамир ликовал: он наконец-то применил полученные знания, а заодно и расправился со своим давним обидчиком.
Скоро по городу прокатилась волна смертей: внезапно в судорогах скончался стражник, который семь лет назад поймал Рамира на воровстве и жестоко избил его, затем сошел с ума и повесился продавец фруктов, который один раз пнул Рамира за то, что тот подобрал упавшее с лотка яблоко. У женщины, которая когда-то жила по соседству с семьей Рамира и не раз гнала его от своего дома, погибла в ужасном пожаре вся семья. Сама хозяйка страшно обгорела и умерла только через сутки, в жутких мучениях. Она успела рассказать, что огонь вспыхнул вечером прямо на кровати, где спали ее дети. Пламя будто взялось ниоткуда, и потушить его было невозможно: от воды оно только еще сильнее разгоралось.
Зуливан удивлялся этим странным происшествиям, но никак не связывал их со своим учеником. Волшебник заподозрил, что в городе появился неизвестный черный маг, но все попытки Зуливана обнаружить его заканчивались ничем. Между тем несчастья в городе продолжались.
Однажды вечером, когда Зуливан уже собирался ложиться спать, а Рамир предвкушал встречу со своими книгами, раздался громкий требовательный стук в дверь. В дом вошел бургомистр в сопровождении трех стражников. Волшебник, удивленный столь необычным визитом, склонился в почтительном поклоне. Бургомистр опасливо оглядел жилье мага, прокашлялся и сказал:
– Чародей Зуливан, мы пришли, чтобы спросить тебя: признаешься ли ты в содеянном тобою злом колдовстве?
– Я не сделал ничего дурного, главная моя цель - помогать людям, - растерянно ответил старик.
– За последние полгода все горожане, которые обращались к тебе за помощью, умерли. Жители Лиллигейта требуют, чтобы тебя судили как злого колдуна и сожгли на Главной площади.
Зуливан потрясенно молчал, не зная, что сказать в свое оправдание. Бургомистр же продолжил:
– Я знаю тебя много лет, Зуливан. Когда я был ребенком, ты вылечил меня от сглаза, ты много раз помогал моей семье. А когда я женился и у меня родились дети, именно ты спас мою дочь от лихорадки. Я умею быть благодарным, Зуливан, и поэтому пришел предупредить тебя. Не знаю, что именно происходит, но эти смерти связаны с тобой. К тому же, около твоего дома стало опасно ходить: горожане рассказывают, что вечером и ночью на них нападали непонятные существа, похожие на летучих мышей, которые пытались загрызть несчастных.
– Что же мне делать? - Зуливан обессиленно присел на скамью, ноги отказывались держать его.
– Ты должен уехать из Лиллигейта прямо сейчас, иначе завтра мне придется арестовать и судить тебя. Или же горожане сами разгромят твой дом, пойми, люди очень испуганы.