Танцующие наяды

– Нонна тоже красивая, – заметил следователь.
Куренков пожал плечами.
– Зоя красивее, – сказал Лаптев.
Наполеонов не разделял его точку зрения, но спорить не стал.
– Между прочим, – обронил Лаптев, – Нонка в него до сих пор влюблена. Но она, скорее всего, не убивала.
– Павел Гусинков ходил по казино вместе с вами? – спросил следователь.
– Нет, – покачал головой Лаптев. – Паша не ходил, особенно в последнее время.
  
– Что так? – спросил следователь.
– Золотого запаса у него нема, – хмыкнул Куренков.
– Точно, денег у него не было, – кивнул Лаптев.
– Куда же они подевались? – насмешливо спросил Наполеонов.
– Сам Пашка зарабатывал мало, а отец лишил его поддержки. Пашка ему: «Батька! Гроши давай! Гроши! А то у пана атамана нема золотого запасу».
– А отец в ответ? – усмехнулся следователь.
– Вы, товарищ следователь, классику жанра не знаете! Отец в ответ: «Гроши вы брать орлы!»
– И все же: по какой такой причине старший Гусинков отлучил сына от родительского кошелька? Только предупреждаю сразу, юные знатоки советской комедии, меня интересует ответ не батьки атамана Грициана Таврического, а отца Павла Гусинкова.
– Откуда нам знать его ответ! – заерзал на стуле Лаптев.
– У меня имеются смутные догадки, что ответ на мой вопрос вам все-таки известен, – небрежно проговорил следователь.
Парни снова переглянулись. Потом Борис Куренков сказал:
– Да ладно. Думаю, в этом нет секрета. Отец решил его перевоспитать, поэтому и ограничил в деньгах.
– То есть Павел Гусинков был в материально стесненном положении.
– Можно сказать и так, – заржали оба парня.
– А с мачехой он ладил?
– Чуть ли не гладил, – хмыкнул Куренков.
– Она ему нравилась?
– Ну и вопросы у вас, товарищ следователь, – расплылся в ухмылке Куренков.
– То есть они ссорились? – пытался прояснить ситуацию Наполеонов.
– Насчет ссор не знаем, – пожал плечами Лаптев.
– Знаем только, что она славная курочка, – хмыкнул Куренков.
– На что вы намекаете? – сделал стойку Наполеонов
– Курочки несут яйца, – обронил многозначительно один из парней.
– То есть он ее шантажировал? – попытался уточнить следователь.
– Кто его знает, – пожал плечами парень.
– Было за что? – не отставал Наполеонов.
– Если молодая женщина выходит замуж за старика, – многозначительно проговорил Куренков, – то рано или поздно найдется, скажем так, в чем упрекнуть молодую жену.
– Муж ее не такой уж и старый, – заметил молчавший до сих пор Ринат Ахметов.
– Это как сказать, – усмехнулся Куренков. – Слыхали небось, экология плохая, мужики пьют, курят, к сорока годам потенция у них на нуле.
– Профессор кислых щей нашелся, – сказал Ринат с презрением.
Оба парная громко засмеялись.
– Ринат, – проговорил задумчиво Наполеонов, – как ты думаешь, этим весельчакам смешинка в рот попала или они вообще по жизни такие веселые?
– В камере с них быстро веселость, как шкура со змеи, слезет, – мрачно ответил Ахметов.
– Вот только не надо нас стращать! Мы вам все по-честному рассказали. – Можно сказать, душу перед вами наизнанку вывернули, – вставил Лаптев. – А вы нас пытками запугиваете.
– Скажите мне, у мачехи Павла есть или был любовник?
– Понятия не имею, – в один голос, точно заранее сговорившись, ответили оба парня.
Наполеонов посмотрел на Бориса Куренкова. У того на лице ни один мускул не дрогнул. Следователь перевел взгляд на Ростислава Лаптева. Ангельское выражение лица парня вывело следователя из себя.
– И долго вы будете морочить мне голову? – рявкнул он.
– Ладно, ваша взяла! Пашка нанимал частного детектива, чтобы тот за мачехой следил. Больше мы ничего не знаем!
– А что детектива нанимал, откуда знаете? – тотчас вцепился бульдожьей хваткой следователь.
– Он у нас деньги занимал под это дело.
– Чем докажете?
– У меня Павкина расписка есть, – нехотя ответил Борис Куренков.
– Электронная?
– Бумажная!
– Что же вы, Борис Сергеевич, с друга и расписку? Разве нельзя было на слово поверить? – усмехнулся Наполеонов.
Куренков хмыкнул и сказал:
– Мы с Пашкой были не друзья, а приятели. – И добавил: – А на вас вообще не угодишь!
– В смысле?
– То подавай вам доказательства, то за всеобщее доверие ратуете!
– У Пашки долгов как у собаки дворовой блох, – ляпнул Лаптев и почему-то тут же испуганно посмотрел на Куренкова.
– Договаривайте, Ростислав Иванович, – приободрил его Наполеонов.
– Тут и договаривать-то нечего.
– Вы сказали, что у Павла Гусинкова много долгов. Расскажите, кому он должен и сколько.
– Откуда мне знать, кому и сколько. Просто Пашка сам говорил, что он в долгах как в шелках, – огрызнулся Лаптев.
– Так и запишем, у Павла Гусинкова было много долгов. Кредиторы неизвестны. Кроме одного. – Следователь посмотрел на Куренкова.
– Нечего на меня смотреть! – разозлился тот.
– Контакты детектива!
– Какого детектива?
– Вот только придуриваться не надо! – рявкнул следователь. – Того, которого нанял Гусинков следить за своей мачехой.
– Откуда мне знать?! – заорал Куренков.
– Хорошо, – проговорил Наполеонов устало, – я вижу, что наш разговор пора заканчивать. – Следователь стал медленно подниматься со стула.
– Эй, начальник, ты чего задумал? – вскрикнул Лаптев и обратился к Куренкову: – Слушай, Борь, давай сдадим им эту ищейку! Нам-то что до него!
Куренков молчал.
– Сам подумай, – продолжил взывать к нему Лаптев, – все равно нам не удастся воспользоваться тем, что он нарыл! Упекут нас туда, куда Макар телят не гонял.
– Может, ты и прав, – ответил Куренков. – Ты, Ростя, всегда был слаб в коленках, – не удержался он от сарказма в адрес приятеля.
– Выкладывайте адрес детектива!
– Адрес мы не знаем.
– А что знаете?
– Номер телефона.
– И номер его тачки, – добавил Лаптев.
– Как номер тачки узнали?
– Подвезли Пашку к месту встречи с детективом. Тот на своей машине приехал. Мы и срисовали номер.
– Ай да молодцы, – похвалил Наполеонов.
Куренков назвал номер машины и номер телефона детектива.
– А фамилию, значит, не знаете?
– Не знаем, честное слово!
– Мы хотели пробить, – добавил Ростислав Лаптев, – но не успели.
– Хорошо, что не успели, – проворчал Наполеонов.
– Так вы замолвите за нас словечко?
– Посмотрим.
– Вы обещали! – закричал Лаптев.
– Обещанного три года ждут, – отрезал Наполеонов и нажал на кнопку. Задержанных увели.
Майор, занимающийся их делом, спросил Наполеонова:
– Ну что, капитан, помогли тебе мои подопечные?
– Чуток помогли, – не стал лгать Наполеонов. – Так что наше вам спасибо.
– Небось пообещал им золотые горы? – подмигнул майор.
– Ничего подобного, – отозвался Наполеонов.
– Знаю я нашего брата, сам такой же служивый, – вздохнул майор и добавил: – Чтобы ненароком не посадить кляксу на честь мундира, сделаю им небольшое послабление, сошлюсь на твое заступничество.
– Как хочешь, – отозвался Наполеонов. Ему на самом деле было все равно, какое мнение на его счет останется у мажоров.
– Сам подумай, – между тем заметил майор, – вера в то, что полиция держит данное слово, еще может не раз сработать на нас.
– Это ты точно подметил, майор, – согласился Наполеонов больше из вежливости.
Мысли следователя в это время витали далеко-далече. И думал он о том, как хорошо было бы оказаться сейчас в коттедже своей подруги.
«И что они там поделывают», – думал Наполеонов о всех троих – Мирославе, Доне и Морисе.
Детективы к этому времени не только полили свой благоухающий розарий, убрали гостиную ветками роз, но и набрали целую корзину спелой клубники. Дон тем временем сидел на скамье и обмахивался своим хвостом, как роскошным веером. На детективов он поглядывал с легкой теплой иронией, как смотрит любящая нянюшка на своих подопечных, думая при этом, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало.