Демоны ледяных гор-Тайны рода. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

И снова Прасковья словно поняла о чём я думаю, потому что сказала:
— Потом, когда вы пробудили силу, и она стала расти, мы поняли, что натворили. Мы подвергли Матрёну опасности, — Прасковья вздохнула. — Сами знаете, как к бастардам относятся… Вот и решили замуж её выдать, чтобы никто не узнал, что ребёнок ваш.
Я вспомнил мужиков на заводе, как они перемывали Матрёне кости и усмехнулся — как же не знали? Да об этом любой догадался бы.
— Мы просто хотели, чтобы род Корневых жил! — закончила свой рассказ Прасковья.
Её слова прозвучали так искренне, что я даже растерялся немного — вот как на них злиться после этого?
— Почему вы не пришли и прямо не сказали мне? — спросил я.
— Подумали, что вы молодой ещё, не поймёте о чём просим. Или обидитесь. Вот только родителей похоронили, а тут мы с таким предложением.
Представил, как приходит ко мне делегация слуг и говорят: «Владимир Дмитриевич, нужно, чтобы в случае вашей гибели род Корневых не погиб, заделайте, пожалуйста, Матрёне ребёночка» И понял, что послал бы их куда подальше.
— Что касается Полины и Марты, — продолжала между тем Прасковья. — Вы получили благословение рода. Теперь все подходящие для продолжения рода девушки будут влюбляться в вас и очень хотеть за вас замуж. Но благословение рода повлияло и на вас. Вы не только привлекательны для девушек, но и благословение будет вынуждать вас ставить выше всех дел дела продолжения рода.
Я сразу же вспомнил, с какой лёгкостью сегодня оправдал поездку на каток. Вместо того, чтобы взять лошадь и после установления барьера отправиться к деду Радиму и тренироваться. Я ведь знаю, что в академии будет совсем не просто.
— И что мне теперь делать? — спросил я. — Как мне справиться с этим самым благословением, которое скорее как проклятие работает.
— Не говорите так! — воскликнула Прасковья. 
— Ну да, — усмехнулся я. — Не буду.
Потому что если такое благословение, то каким будет проклятие?
— По поводу того, что делать, — задумчиво произнесла Прасковья. — Могу поделиться, как я справлялась с благословением моего рода, когда мужа убили…
Я вспомнил грустную историю кухарки, про то, как на их род напали и как она попала в рабство, откуда её и выкупил отец настоящего Володи Корнева. И кивнул, мол, слушаю внимательно.
— Контроль основывается на трёх этапах, — начала делиться знаниями Прасковья. — На первом этапе важно сосредоточение. Это глубокое погружение в себя. В этот момент нельзя отвлекаться. Погрузившись и сосредоточившись, вы можете рассмотреть свою ци, изучить её течение, структуру, цвет, объём. Можно даже попробовать почувствовать вкус и запах. И вообще все ощущения. Чем лучше прочувствуете, тем проще вам потом будет работать с ци.
Это было чем-то похоже на мою обычную медитацию, хотя имелись отличия. Я, например, не подключал все органы чувств и структуру своей ци не изучал. Только цвет и течение. И то на цвет обратил внимание, потому что у меня три разных ци.
Мне стало интересно, и я продолжил слушать с ещё большим вниманием.
— Потом вам, Владимир Дмитриевич, нужно будет взять контроль над вашей ци. Когда вы изучите структуру, вы сможете вычленять разные элементы и воздействовать на них. Задача — научиться контролировать. Чем больше элементов вы научитесь контролировать, тем лучше сможете управлять благословением рода. На самом деле это очень большая сила. По-разному воздействуя на благословение рода вы сможете получать разное действие. Например, вот эти эклеры — это одна из способностей, которую я получила, когда научилась контролировать благословение своего рода.
— Интересно! — не выдержал я. — Выходит, пирожные — это своего рода проявление вашей ци?
— Не совсем, — ответила кухарка. — Потом как-нибудь покажу. А пока не будем отвлекаться.
Я кивнул, и Прасковья продолжила:
— Все структурные элементы на самом деле двигаются вразнобой, вы это увидите. Ваша задача упорядочить и выровнять их. Тогда будет очень легко контролировать благословение рода. И направлять, менять так, как вам будет нужно. Вы сможете управлять не только своим влечением, но и влечением девушек, попавших под воздействие вашей ауры.
 
Прасковья замолчала.
Подождав немного, я спросил:
— Ты же говорила, что всего три этапа. А рассказала только о двух.
— Ну, третий — это, собственно, сам контроль и изменение, — улыбнулась Прасковья.
А я серьёзно задумался. Всё-таки я очень мало знаю об этом мире. Может, поэтому у меня и не получается как следует контролировать ситуацию? Вот я и не могу сосредоточиться на одной проблеме.
Но, с другой стороны, мне на самом деле нужно и развивать свою культивацию, и учиться единоборствам, и устанавливать социальные связи, и строить завод. А теперь ещё нужно будет разобраться с благословением рода.
И, пожалуй, с благословения рода я и начну. Сдаётся мне, что именно тут заключена основная проблема в моей культивации.
  
Глава 37
 
Выслушав Прасковью, я всё-таки взял эклер и съел его, запивая остатками чая. И поневоле прислушался к ощущениям. Но мне просто стало спокойнее. И не понятно, это из-за эклеров или из-за разговора с кухаркой.
Но как бы там ни было, первым делом нужно взять под контроль родовую магию. А потом уже разбираться со всем остальным. Я хочу, чтобы девушки влюблялись в меня, потому что я классный парень, а не потому, что вмешивается магия. Магия — это читерство. А оно хорошо лишь при ни к чему не обязывающих отношениях и при лёгком флирте.
И всё бы ничего, только в моём случае последствия могут быть совсем не лёгкими.
Допив чай, я отдал стакан Прасковье и спросил:
— Где Матрёна?
— Пожалуйста, не ругайте её! — тут же взмолилась Прасковья.
— И не думал, — ответил я. — В конце концов, она тут сторона пострадавшая.
— У себя она, шьёт, — ответила Прасковья.
— В смысле шьёт? — удивился я.
— Ваши рубахи и камзолы перешивает, — ответила Прасковья.
Я кивнул и поднялся. Перешивает, значит. 
Вспомнилось, как она принесла мне одежду на мой день рождения. Когда я считал, что придётся в балахоне быть целый день. И как потом перебирала мои вещи.
Значит, она их не просто перебирала, а смотрела, что перешить можно.
Я вздохнул. Постоял немного и вышел из кухни.
Но отправился я не к Матрёне, а на улицу. Потому что Данила с Глебом пока ещё не вернулись. И первым делом нужно было поговорить с ними. Не хотелось бы из-за родовой магии терять друзей. Хотя, понятия не имею, как объяснить Даниле, что я к Марте не клеился, не переходил дорогу другу. Ну или перешёл, но не по своей воле.
Нашёл я парней на тренировочной площадке. Они стояли и смотрели на купол, который раскрылся после того, как я кинул заряженный красной ци кристалл. Он всё ещё держался, хотя прошло уже несколько часов. И сейчас уже разливались сумерки.
Про купол я отметил мимоходом и направился прямиком к друзьям.
Парни негромко о чём-то разговаривали, но увидев меня замолчали, и мне от этого стало не очень хорошо.
Я подошёл и, останавливаясь рядом, сказал:
— Привет!
— Привет, — ответил Глеб.
А Данила промолчал.
— Ты злишься на меня? — спросил я у Данилы.
Он некоторое время молчал, а потом сказал:
— Я видел, как она смотрела на тебя.
— Я просто хотел помочь ей. Ей скоро возвращаться в академию, — ответил я. — Что, по-твоему, я должен был оставить всё как есть? Так-то ведь она из-за меня пострадала.
— Почему бы не свозить её снова к тому же лекарю, к которому возил? — с вызовом спросил Данила. — Ты же не лекарь! А взялся лечить!
Я в первый момент растерялся, парни же не знали, что я и в первый раз приложил руку к исцелению Марты. И раскрыть им, что за «лекарь» помог нам, я не мог. Тайна медведя должна остаться тайной. Нужно было как-то объяснить произошедшее, но так, чтобы парни поняли и поверили. И при этом не соврать. Потому что врать друзьям — это последнее дело.