Демоны ледяных гор-Тайны рода. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Мне этот эффект нравился. Хотелось его продлить и закрепить. Вообще это очень приятно — чувствовать себя сильным, подвижным и здоровым!
Не сказать, что я до этого чувствовал себя развалиной. Всё-таки у меня было тело подростка. Но было тело нетренированного подростка, а сейчас как у человека, который не пренебрегает спортзалом или хотя бы ежедневными пробежками.
Не знаю, на каком этапе я заметил, что в стенах пещеры, по которой я шёл, в некоторых местах блестят искорки. Подумалось: может тут минералы какие-нибудь есть или драгоценные камни. Не магические кристаллы, а обыкновенные.
А потом я услышал топот и гул голосов, и увидел отблески пламени. Приближалась армия защитников, про которую говорил медведь.
Чтобы меня ненароком не пришибли, я решил подать голос.
— Добрыня Всеславович! — закричал я. — Я здесь!
В ответ голоса загомонили, и до меня донеслось:
— Барин! Живой!
Раздался топот и вскоре рядом со мной были мужики с факелами. С ними мы уже спокойно вышли из пещеры наружу.
По дороге меня расспрашивали, как мне удалось спастись от зверя, на что я ответил, что просто ушёл и всё. 
Кто-то из мужиков порывался пойти и избить зверя, но я категорически запретил это делать. Более того, приказал, чтобы ежедневно в пещере вечером оставляли мясо косули или на крайний случай тушки двух-трёх зайцев. Сказал, что если зверя кормить, то кристаллов будет больше.
Мужики, конечно, мне не поверили. Пришлось приказать. И тут уже без вариантов.
Добрыня Всеславович был категорически недоволен, особенно, когда я запретил любые карательные походы в пещеру. Он пытался протестовать, но ему пришлось смириться и подчиниться. Потому что я пригрозил, что найду другого управляющего.
Мо Сянь с волками ждал меня у входа. Даже когда мужики пошли спасать меня или точнее, пошли доставать истерзанное демоническим зверем моё тело, он не пошёл с ними и волков не пустил, хоть Добрыня Всеславович и просил его об этом. У Мо Сяня на все доводы управляющего был один ответ:
— Молодой господин приказал ждать его снаружи.
Едва Мо Сянь увидел меня, как бессильно опустился на землю. Казалось, он все силы израсходовал на то, чтобы выполнить мой приказ, и когда увидел, что я в безопасности, то силы покинули его.
Умка тут же кинулся ко мне, стараясь облизать мне лицо, руки и вообще свалить меня, прижать к земле и больше никуда не отпускать.
Шилань и Глафира, к счастью, в этой вакханалии участия не принимали. Иначе мне было бы совсем тяжко — с тремя демоническими волками, полными молодого задора и щенячьей радости я бы не выдержал.
Пробыл я в пещере довольно-таки долго. К тому моменту, как мы вышли наружу, на улице уже свечерело.
Какое-то время мы все стояли на улице, отойдя к конторе, но потом Егор Казимирович мне тихонько намекнул, что может пора бы уже домой ехать. А то, мол, зверь по ночам вылазит и нападает.
Но я сказал ему и всем:
— Сегодня зверь не нападёт, можете спать спокойны.
— Он что, сам сказал? — спросил кто-то из мужиков.
— Представь себе, сам! — усмехнулся я.
По перешёптываниям я понял, что мужики считают, будто барин поехал кукухой от ужасной встречи с проклятием рудника. Я б на их месте, возможно, так же подумал бы. Но в данном случае пришлось довольно жёстко оборвать и поставить мужиков на место, чтобы они не забывали, кто тут хозяин.
Пока я строил мужиков, Егор Казимирович приготовил карету.
Но я предложил ему и Добрыне Всеславовичу сначала пройти в контору и обсудить ремонт оборудования. Ведь мы же сюда за этим приехали! И странно было бы, если бы уехали без обсуждений. К тому же у меня были кое-какие задумки.
Понятно, что теперь ремонт был не так уж и актуален. Если скоро кристаллов не будет, то зачем тратиться на новое оборудование? Но блестящие искорки в стенах не давали мне покоя. И я попросил Добрыню Всеславовича проверить, есть ли в этих местах какие-нибудь другие полезные ископаемые.
— Зачем вам это? — искренне удивился управляющий завода.
Пришлось открыть перед ним все карты. Добрыня Всеславович знал про медведя, поэтому с ним я разговаривал прямым текстом.
 
Егор Казимирович недоверчиво смотрел то на меня, то на Добрыню Всеславовича. Но надо отдать должное, он быстрее принял новость, чем управляющий заводом.
И сказал:
— Владимир Дмитриевич, давайте поступим следующим образом. Добрыня Всеславович тут исследует всё на предмет полезных руд или драгоценных камней. И заодно посмотрит, можно ли под их добычу переоборудовать завод. А я в свою очередь изучу рынок, посмотрю, какие у нас есть возможности, особенно если учесть, что у нас будет стартовый капитал.
На том и порешили.
Когда мы наконец-то сели в карету, Егор Каземирович с облегчением выдохнул.
Волки унеслись в лес, едва ворота открылись. Точнее, убежали только два волка — Глафиру Стёпка удержал, обняв её за шею.
Он вообще ходил немного ошалевший от того, что щенок так быстро превратился во взрослую волчицу.
Я пытался ему объяснить, что наши духовные звери хоть и выглядят крупно, а на самом деле ещё щенки, но Стёпка был уверен, что его Глафира точно уже взрослая, только очень молодая волчица.
Я с ним спорить не стал. В конце концов — «очень молодая» не равно ли «щенок»?
Когда мы отъехали от завода, Мо Сянь спросил:
— Молодой господин, как вы поладили с высокоуровневым демоническим зверем?
— У нас с ним оказался один враг, — ответил я китайцу.
— Так это что, правда, что ли, что магические кристаллы появляются из крови зверя? — спросил Егор Казимирович.
И когда я ответил, что да, он надолго задумался.
Лошадки равномерно цокали копытами, карета поскрипывала колёсами, мелькали ели, светила ущербная луна.
Я если честно, ждал появления каких-нибудь тварей — настолько уже привык, что обязательно какая-нибудь дрянь случается — то волколаки с лютыми мертвецами, то слуги Мораны, то призраки, то ещё хрен знает кто. Поэтому просто ехал, слушал и ждал нападения.
Но никто на нас не нападал, поэтому я потихоньку начал задрёмывать. Тем более, что Мо Сянь пребывал в задумчивости.
И снилось мне, как высокоуровневый демонический медведь учит меня бою на мечах с завязанными глазами. Меч в его руках как тонкая хворостинка. А в моих… в моих как палка, к которой я совершенно не привык.
Медведь стоит на задних лапах и, отставив свободную лапу в сторону для сохранения баланса, другой, в которой держит когтями меч делает выпад в мою сторону и говорит:
— Когда будешь вытачивать из камня артефакт, используй меридианы, и тогда удар мечом будет точным, быстрым и сильным! Это очень поможет твоей культивации!
А я не знаю, как использовать меридианы. Зато отчётливо чувствую, как кто-то преодолел защитный барьер. И это точно не мы — мы ещё до него просто не доехали.
Именно это чувство выдернуло меня из сна, и я крикнул управляющему:
— Давайте-ка побыстрее! Что-то домой хочется сильно.
Говорить о том, что я почувствовал, что барьер преодолён, я не стал. В конце концов, я ещё не выяснил, кто там натоптал тропинку.
Эх, научиться бы ещё видеть в каком именно месте преодолели барьер! И в какую именно сторону — в усадьбу или из неё…
Уговаривать Егора Каземировича было не нужно. Ему и самому хотелось домой.
Поэтому остальное расстояние мы проехали с ветерком.
Когда золотистые мотыльки взметнулись вверх, я почувствовал некоторое облегчение — наконец-то дома, можно теперь и расслабиться.
— Насыщенная поездка получилась! — произнёс я, потягиваясь, когда карета остановилась у крыльца.
И в этот момент увидел, что чуть в стороне стоит чужая карета.
Чужая! Блин! К нам кто-то приехал? Или как?
— О! У нас гости! — воскликнул Егор Каземирович, спрыгивая с козел на землю.
Мне даже показалось, что он рад возможности говорить на другие темы, лишь бы не обсуждать поездку. Даже не думал, что моего управляющего так сильно зацепит ситуация с кровью высокоуровневого демонического зверя, как источника магических кристаллов.