Обретая себя (СИ)

Его слова показались мне искренними. Честно говоря, я сам думал об этом. Потому что все, что произошло, заставляло меня ощущать вновь эту затягивающую воронку чувств. Так остро, будто кто-то полоснул по старому шраму. Не так как бесшабашно, как в юношестве. Когда я горел этой любовью и жил. Да, я был влюблен. И даже сейчас, спустя столько лет, будто что-то растревожило ту ноту, что играла тогда. С ее появлением все идет не так. Не поплану, не по линейке, вне стратегии и логики. Но при этом она заставляет меня быть живым, рвано дышать, удивляться, рисковать, сомневаться. За эти годы я перестал отчасти быть тем, кто я есть. На смену свободному, противоречивому парню пришел главнокомандующий, жесткий, надежный командир, ярл своих войнов. Я привык быть в схеме, в четко продуманном плане, в стратегии. Когда рука сжимает оружие с холодной головой. А сейчас все наоборот! Бездна! Хочется кинуться и поубивать их всех, кто хоть как-то на нее смотрит не так. С этой невозможной, невероятной женщиной я вновь в океане, когда не понятно, утонешь ты или выплывешь. Когда мужская логика и холодность сменяются чем-то, что заставляет горячее сердце биться яростнее. Да, я хочу, чтобы ее сердце билось рядом. Живое.
– Я услышал тебя, горец. Но я сам решу, как мне поступать.
***
Сложно сказать, сколько прошло времени, но по моим ощущениям не так уж и долго. От силы пару часов. Мы с Ливаной сидели, прижавшись друг к другу, словно нахохлившиеся воробьи на ветке, пытаясь не сильно околеть в этом «железном мешке».
— Знаешь, а тогда в племени, Рейдар сказал кое-что важное. — эртонка заговорила в то время, как я практически закумарила, пробираемая холодом до самых костей, а с другого концентрируясь на ощутимом тепле от ее присутствия рядом. Упоминание Фрейгъерда было сравнительно молнии, что попадает разрядом в самое сердце. Я тут же открыла глаза и вспомнила выражение его лица в последний миг еще до крушения. Мне сделалось маятно и больно. Физически больно. Надеюсь, они выжили. По крайней мере думать об обратном я категорически не хотела.
— Что же? — я хлюпнула носом. Насморк показался дико не уместным в текущей обстановке. Казалось, дикий адреналин должен давать невероятные силы, но даже у магов бывает такая напасть как сопли. Гуляние по сквознякам не способствует иммунитету, если это не регулярное закаливание. А я не любила мерзнуть ни в каком виде.
— Сказал, что не забыл и что ему жаль.
Я промолчала, не зная, как реагировать. Прокрутила в голове события минувших дней.
— Все так запуталось. — подтянула я повыше куртку и невольно выдохнула клуб пара. Глубоко и долго. Завитки были хорошо видны в воздухе, будто это смалий.
— Главное, вот здесь разобраться, — показала она на мое сердце, — А это лучше не слушать, иначе можно пропустить главное. — постучала она по своему виску и подмигнула. Похоже в ее вариации — тут даже думать не о чем. Однако было слишком много «но». Когда-то в юности я бы возможно так и поступила, отринула лишние мысли и погрузилась в чувства, ведь что может быть важнее их? Но в другой реальности, где я имела опыт и переживала его последствия, мне больше не представляется это возможным. Взять и забыть про все. Это просто невозможно. Вернее, вряд ли это возможно.
Тихие шаги и громкое звяканье ключей по решетки привлекли наше внимание, обрывая беседу.
— На выход. — сказал безликий наемник, что тыкал меня под лопатку острием.
Вывели нас вместе и отвели в зал с большим иллюминатором. И меня поразили сразу несколько вещей. Во-первых на горном перевале разместилась огромная армия с синими стягами и флагами Дэрнии, серыми шатрами, конницей, рядами виверн. Войны сияли доспехами в заходящем солнце, сверкали клинками, выстраивали ряды. Коричневые знамя гномов и черные орков расположились в самом конце дэрнийского войска. Господи помоги! С другой стороны стояли красные шатры россарийцев и бесчисленная армия с красными плащами и знаменами, дополняемая зелеными флагами эльфов. Внутри заворочалось плохое предчувствие. И сильное понимание того, что это безумие, которое должно быть остановлено. С другого бока возвышалась Гора с изломанным пиком и странными перечеркивающими друг друга линиями. Мириловые кандалы не позволяли почувствовать завибрировавшее пространство в полную силу, но даже просто смотря на предметы я видела, что с атмосферой что-то происходит. Дирижабль снижался на небольшое плато и чем ниже и ближе он садился, тем сильнее каждый из нас ощущал вибрацию.
 
— Черт, это штука что-то излучает. — прошептала Ливана, но смотрела она при этом на миллионную армию. Ее глаза бегали, точно она могла найти там ее рыжего здоровяка, что было исключением. Ведь он остался на корабле.
Зор так и не выпустил нас из стальной хватки, а когда открылся люк двери, то нас под победную улыбку Варгана Мора потащили наружу. Грубый тычок в спину и я падаю на снег. Слышу звук скользнувшего в руку оружия. Чужого. Оборачиваюсь.
— Итак, Таяна. Приступай. — раздался голос Мора и лезвие прижалось ближе к горлу подруги. Я сжала зубы, кулаки. Мерзавец! Но я понимала, зачем это все. Рычаг давления. Проблема была в том, что я не знала, что должна делать. Я кивнула и какое-то время просто ходила рядом со скалой, прислушивалась к ощущениям. Но метка была глуха.
— Нет ли хода внутрь? — спросила я, наблюдая, как Варгану накрыли походный столик с горячим чаем.
Он постучал серебряной ложкой по тоненькому фарфору и, отпив, с достаточной ленцой ответил.
— Это должна сказать мне ты. Иначе. — он посмотрел на Зора и тот ударил Ливану по затылку, хватая за волосы, нажимая на нож. Ее колени подогнулись, и я испытала острое, горячее желание убить гада!
— Я поняла! Поняла! — выставила я руки, смотря на подругу, которая с достоинством держалась, несмотря на унизительное обращение. Ее упрямое лицо в этот момент запечаталось в моей памяти навсегда.
— Но так уж и быть, я отвечу тебе. Нет, входа и выхода. Ничего. Даже туннеля.
В конечном итоге я просто села на снег, гремя мирилом. И поняла, что ничего не слышу и не чувствую. И это мешает.
— Нужно снять наручники.
— Что?
— Я ничего не ощущаю. Металл мешает. — огрызнулась я.
Мор со скепсисом посмотрел на меня. Но кивнул. Ему явно не нравилась эта затея.
— Если вздумаешь…
— Я поняла вас! Вы убьете меня, Ливану. Мне все ясно! — быстро проговорила ему, убеждая, что я не идиотка. Один из его людей направился ко мне. Четыре полукруга распались мертвым металлом, не имея больше силы и замкнутости. Первичное видение нахлынуло лавиной, при чем такой силы, что меня придавило к земле.
— Если решила сдохнуть, то вряд ли это поможет тебе и твоей подруге. — раздался его раздраженный голос.
Я бы ответила колкостью, что встретимся в бездне и посмотрим, но не смогла. Просто тяжело дышала, чувствуя поток, что проходил через меня, заставляя прижиматься к земле. Через пару минут я ощутила, что вся в снегу, включая лицо, по которому стекала вода. Отряхнула руки, промокнула лицо курткой и поняла, что даже ладони трясутся. Но я закрыла глаза, попыталась успокоиться, настроиться. Нужно обрести внутренние опоры. Отстраниться, уйти в покой. Я пространство. Я Дух. А это лишь сон. Что-то гортанно рычащее заворочалось внутри, а метку закололо. Послышался тихий смех. Но не снаружи. Внутри!
— Похоже слава о тебе явно преувеличена, — процедил он, теряя терпение, — Кончай ее, Зор! Она тратит мое время зря! — вырвал меня его голос из медитации. И наверное, это могло бы стать концом. Но в это время произошло стразу несколько действий. Крик армии огласил округу, рожковый вой разнесся тревожной птицей, заставляя предчувствовать нечто необратимо ужасное. Снег, что лежал поверх горы резко и аномально поехал вниз. Лавина понеслась с такой скоростью, что мы просто вскинули головы и раскрыли рты, понимая, что уйти практически не остается времени. Не теряя ни минуты, Мор кинулся в дирижабль, бросая свой фарфор. Зор кинул откинул Ливану на снег и я на чистой инерции вскочила, стремясь помочь подруге и спастись самой. Раз-два-три. Мы поднимаемся. Раз-два-три. Рывками бежим в сторону огромных валунов. Дирижабль закрыл дверь, спешно отрываясь от земли. Из-за горной гряды вылетели две дикие виверны. Мы пригнулись, желая избежать столкновения с опасными хищниками. Но проклятые твари решили просто схватить нас, подкинув, чтобы перехватить поперек туловища. Я выругнулась, Ливана неожиданно заулыбалась, и я было подумала, что она тронулась умом от удара наемника по голове. Но прищурившись на фоне красного заходящего солнца мне виделся мужчина. Рейдар! Нет! Мне просто чудиться! Более чем вероятно, я тоже приложилась о землю, что мне мерещиться бывший супруг верхом на виверне! Черт! Мой непроизвольный крик отразился от гор. Проклятая тварь перехватила меня поудобнее, либо наказала за звукоизвлечение, заставив выдохнуть весь воздух из груди. Я уставилась невольно вниз, а подо мной пронеслась белая смерть, дыша холодным дыханием! Лавина накрыла горы и часть шатров, что остались от войска дэрнийцев. Виверны сделали крюк и полетели обратно, стараясь уйти с поля зрения дирижабля и не влететь в поле, где скрестили клинки миллионные армии. Вместе с лавиной три войска сомкнули свои ряды и под громкий рожковый вой столкнулись волнами живых сердец и железа. Зазвенела сталь, запели мечи и алые брызги окропили землю, взывая к воле Богов, которые с небесной тверди взирали на смертных.