Кризисный центр "Монстр" (СИ)

– Я никогда не причиню тебе вреда, – заверила она.
– Знаю. Но в конечном итоге это ни на что не влияет: законы природы изменить невозможно.
В Элен зародилась праведная злость, даже слёзы высохли. Резко выпрямившись, она сказала:
– В прошлом веке на закрытых дверях магазинов и метро вешали таблички: «Выхода нет». Так вот, эти таблички давным-давно выбросили, заменив на другие: «Выход рядом».
– Помню. Я был одним из тех, кто настаивал на замене табличек.
Смотря в прекрасные и грустные полуночные глаза, Элен отчётливо поняла, что больше никто и никогда не убедит её в том, что он – не Мужчина её Мечты. Пусть он мечта недостижимая, но зато самая настоящая. Законы природы изменить невозможно? Это верно, но...
– Природа не дала людям крылья, чтобы летать, – они изобрели самолёты и ракеты, – заговорила она. – Природа не дала людям магию, чтобы согревать и освещать свои дома, – они изобрели паровое отопление и электричество. Природа не дала людям феноменальной регенерации, которая позволяет вампирам и демонам отращивать потерянные руки и ноги, – они изобрели бионические протезы. У живого, разумного существа выход есть всегда, он всегда где-то рядом, даю слово биофизика. Полчаса прошли, мне пора выходить.
  
Глава 31, о беседах по душам и самом опасном деле на свете
 
В баре Гидеона ничего не изменилось со времени её самого первого и памятного прихода сюда. Она вновь пришла в одиночестве (почти) и увидела вокруг хорошо одетых приветливых людей (почти людей). Тонкие нюансы различий, укладывающиеся в рамки «почти как в первый раз», состояли в том, что она теперь знала о баре и его посетителях куда больше, чем прежде, да и они о ней – тоже.
На сцене всё так же негромко, хриплым баритоном пела блюзы роскошная блондинка – и Элен дружески кивнула этой русалке, дочь которой в начале лета поступала к ним в центр на лечение от водобоязни и, к счастью, благополучно излечилась. Певица в ответ улыбнулась и с теплотой произнесла в микрофон в паузе между куплетами:
– Добро пожаловать, госпожа биофизик! Приятного вечера!
Самый дальний столик по-прежнему оккупировали игроки в покер. Главным распорядителем у них был молодой дракон, старательно работающий над проблемой повышенной вспыльчивости.
Перед сценой всё так же кружились в объятьях несколько парочек. Вампир Хью, страдающий от недостаточно устрашающей ауры, уверенно вёл в танце тоненькую юную ведьмочку, посматривающую на него с восторженным испугом, – надо будет сообщить шефу, что жизнь клиента потихоньку налаживается.
Еле заметное различие состояло и в том, что на неё саму смотрели теперь не просто с любопытством, но и с видимым уважением и даже с тенью опаски во взглядах. Здоровались все, даже те, с кем она не была лично знакома. Бессменный бармен расплылся в широкой улыбке и воскликнул, без всяких вопросов начиная смешивать её любимой коктейль:
– Привет! Слышала, что про одних женщин говорят: «потомственная ведьма», про других: «самоурождённая ведьма», а про третьих: «вылитая ведьма!»? Так вот, ответственно заявляю: третий вариант – точно не про тебя! В ковене что-то напутали.
– Не болтай, я-то сразу заподозрил, что Элен не случайно в первый раз в мой бар зашла: её привлекло название, на подсознательном уровне! – Для придания большего веса своим словам Гидеон поднял вверх указательный палец. – Рад, что ты наконец-то зашла поболтать со мной, хоть пари я уже проиграл. Присаживайся у стойки, подальше от моего балабола бармена, пока я этот ящик вина разберу.
«Поболтать я пришла с кем-то другим, но ты придумал отличное оправдание моему появлению в одиночестве», – подумала Элен. Ей не дали указаний, куда садиться в баре, так почему бы не у стойки? У Гидеона много дел, он не будет безотлучно рядом с ней околачиваться, а люди, подсаживающиеся за столик к одинокой девушке, сильнее бросаются в глаза, чем болтающие с ней у барной стойки. Если тот, кто назначил ей конспиративную встречу, не хочет привлекать лишних взглядов, то он вернее подойдёт, если она останется тут. Этот мужчина (или женщина) уже здесь? Он ей знаком или нет? Убийца ли он? Что хочет сказать?
 
Большинство посетителей бара сидели группами или парами, тех, кто пришёл в одиночестве, было совсем мало: незнакомый мужчина, сидевший у окна боком к Элен; где-то виденный раньше парень, смотрящий бейсбол по телевизору; выглядящая лет на сорок ведьма, курящая трубку за угловым столиком. Эта ведьма была приятельницей Розы Моисеевны, и Элен доводилось мельком видеть её в центре. Интересно, неизвестный, кинувший флаер в почтовый ящик, каждый вечер сидит в баре, ожидая её прихода, или ему кто-то должен сообщить, что птичка залетела в клетку?
– Как самоощущение после установления видовой принадлежности? – отвлёк её от разглядывания людей Гидеон.
– Бабой Ягой себя не ощущаю. Иным больше не о ком посплетничать, да?
– До появления очередной сенсационной новости ты обречена оставаться номером один всех пересудов, – ухмыльнулся огромный лысый мулат. – Вот поймают «гостью со скальпелем» и о тебе забудут. В нынешнее время даже обнаружение динозавров в джунглях Амазонки ненадолго займёт внимание прессы и народа, так что весть о существовании тёмной ведьмы – это так, шумиха на неделю. Зачем тебе слащавый коктейль? Мне новое вино завезли – коллекционное! Снимем пробу?
– Давай, – рассеянно согласилась Элен, оглядываясь на ведьму: у той была возможность взять визитку со стола и быть в курсе всех событий в центре. Кроме того, подруга Розы Моисеевны уж точно не была последней и самой безобидной ведьмой ковена. Звякнули бокалы, и Элен заставила себя обернуться к Гидеону: – Ты обещал рассказать об окаменяющем взгляде василиска.
– С моим родом связано столько фантастических мифов, что голая правда обычно вызывает у людей разочарование, – предупредил Гидеон, протягивая ей бокал и негромко чокаясь. – Василиски, как и змеи-оборотни, как драконы, от рождения владеют даром гипноза, только в большей степени, чем другие рептилии. Грубо говоря, я могу глянуть так, что ты замрёшь на месте, не в силах двинуть ни рукой, ни ногой, и впадёшь в глубокий транс, похожий на обморок, только без падения на землю. Застынешь, как каменное изваяние, откуда и пошли легенды про окаменяющий взор. Ну вот, на твоём выразительном личике проступило разочарование, как я и говорил.
– Не принимай его на свой счёт: мне, как учёному, жаль, что не обнаружилось неизвестное науке биофизическое явление.
– И нет нужды придумывать растворитель для «живого камня»? – подмигнул Гидеон. – Боишься, к старости изучишь всех Иных и станет скучно жить?
– С Иными не заскучаешь, – пробормотала Элен, вновь оглядываясь на ведьму.
– Это не она, – так спокойно произнёс Гидеон, что Элен не сразу поняла, о чём он говорит. Василиск заметил её недоумение и тем же ровным тоном пояснил: – Не ведьма бросила рекламный буклет в твой ящик, это сделал я.
Ощущение, что ей вылили ведро ледяной воды на голову, на миг сменилось паникой, но прикосновение к груди кулона Эрла и тонкая пелена его заклинания помогли Элен выровнять дыхание.
«Если бы я дала себе труд поразмыслить логически, то сообразила бы, что свидание в баре в неопределённый день и время мог назначить только тот, чьё постоянное присутствие в этом баре ни в ком не вызовет подозрений», – обругала она себя и постаралась спросить нейтральным тоном:
– Заказывал флаеры тоже ты?
– Нет, но об этом тебе и так известно от полицейских, верно? Расслабь лицо и улыбнись, а то твои верные защитники испортят нам беседу по душам: мужчина, сидящий боком к нам, и парень у телевизора – ребята лейтенанта Эдвардса, помогающего капитану Муру в деле маньяка.
– Как ты познакомился с моей бабушкой? – Поиграв бордовой жидкостью в бокале, Элен сделала глоток. Если василиск что-то подмешал в вино – сработает заклинание Эрла.
– С той защитой, что дал тебе мастер, ты даже мой взгляд проигнорируешь, и смело можешь пить неразбавленный змеиный яд в любых количествах, – подтвердил Гидеон, заметив её колебания.