Кризисный центр "Монстр" (СИ)

– Не продолжай, я тебя услышал! Давай договоримся так: мы отрабатываем всех своими методами, проверяем их алиби на время совершения убийств и прочее. Затем я прихожу к тебе с укороченным списком, ты по каждой кандидатке в маньячки говоришь либо «да», либо «нет», и мы первым делом работаем дальше с теми, которые «да». Денни, нашёл что интересное в древних учебниках по тёмной магии?
– Слово «учебник» вошло в человеческий обиход куда позже дат написания древних манускриптов ведьм, – буркнул Денни. – Я нашёл описания разных ритуальных жертвоприношений, но среди них нет таких, что в точности подходили бы под наши случаи. И сразу поясняю: ритуал не может быть сделан кое-как, «похожим образом», он обязан точь-в-точь следовать предписанию, без малейших разночтений, так что убийства не связаны с конкретным ритуалом. Во всяком случае, я пока такой в фолиантах не откопал, но ещё буду искать. Ты же подключал ведьм к расследованию, что они говорят?
– Глухо, ничего не нашли, – расстроено махнул рукой Шон, потянулся к сидящей на столе кошке, чтобы погладить, но Фенька агрессивно зашипела и замахнулась на него лапкой. – С чего вдруг? – удивился Шон, но руку тянуть перестал.
– Вышел из доверия, – усмехнулся Эрл, с видом превосходства подхватил Феньку на руки и начал почёсывать ей шейку под одобрительное кошачье урчание. – Ты её хозяйку вечером забрал, а потом так и не вернул, бедная кошка волновалась ночь напролёт. А я твой проступок исправил, её хозяйку домой доставил, причём в целости и сохранности, за что мне почёт и уважение.
– Странноватая кошечка, – пробормотал Денни, пристально рассматривая зажмурившуюся от удовольствия Феньку, не приближаясь к ней. – В отличие от коллег женского пола, ведьмаки не заводят фамильяров, но я навидался их за время обучения в ведьминской академии и мог бы поклясться, что кошка – фамильяр. Причём фамильяр не случайно прибившийся к дому, а родовой, потомственный – уж больно умная животинка для просто-то кошки! И поведение у неё диковинное, и всех Иных она сразу по биологическому виду распознаёт и шипит предостерегающе только на самых опасных посетителей центра, все об этом говорят. Обычные кошки так себя не ведут! Впрочем, кошка не странней её хозяйки...
– Опять двадцать пять! – воскликнул Шон. – Хозяйка-то чем опять не угодила? За что ты так её не любишь?
– А вы слепые, ничего не замечаете?! – разошёлся Денни. – Она слишком хорошая, слишком, так не бывает! Уж она и умная, и понимающая, и добрая аж до зубовного скрежета, а ещё смелая, ответственная, честная, за каждого клиента горой стоит и тайны его никому ни под каким давлением не открывает! Лаборантам университетским из собственных гонораров работу оплачивает, хоть Маргарет ей несколько раз говорила, что все накладные расходы по делам клиентов бухгалтерия ей оплатит. Знаете, что она сделала с деньгами, полученными от Марко? Всю сумму, до последнего цента, перевела сегодня в российский фонд детей-сирот – ангел небесный, да и только! Как она так быстро в коллектив влилась, а? Будто родилась среди Иных, и это настораживает. Помните, сколько сотрудников-людей сбежало от нас за последние годы? И это людей подготовленных, давно знающих о нас, о наших особенностях, а этой всё трын-трава: с вампирами дружит, ведьмам советы раздаёт, оборотням спокойно на дверь указывает, привидениям обещает некромантов в гости привести! За полтора месяца ни одного клиента не испугалась, никому не нагрубила, всем помогла – даже тем, кому сам мастер помочь не смог. Вы, конечно, можете верить в существование ангелов, но меня в эту веру обратить не удастся!
– Интересно, что ты сделаешь, когда убедишься, что Элен правда такая хорошая, как кажется, – хмыкнул Шон. – Извинишься?
Денни озадаченно умолк, почесал затылок и решительно выдал:
– Женюсь!
– Ого, какие заявочки! А ничего, что ты тут не один такой умный, а? – подбоченился Шон.
Ведьмак огрызнулся, между ними завязалась дружеская перепалка, которую оборвал ледяной голос Эрла:
 
– Хватит!!! Денни, мне не понравилось твое уклончивое замечание, что убийства не связаны с конкретным ритуалом – поясни, с чего потребовалось такое уточнение.
– Жертвоприношение и человеческая кровь требуются в тёмной магии для ритуалов общего плана: вступления в ковен новых членов, инициации тёмных ведьм и так далее, когда не имеет значения, как именно убита жертва.
– Об инициации ведьмы как раз и толковали охотники Глосса, – подобрался Шон. – Давай-ка поподробнее об этом.
– В этом вопросе у обычных и тёмных ведьм больших расхождений в учении нет: смысл ритуала в том, чтобы пробудить в адептке сильные чувства. В нашем ковене их обычно отправляют на трудное задание, в ходе которого им гарантированно придётся защищать свою жизнь (гарантию обеспечивает сама верховная ведьма). У тёмных, судя по всему, практиковались зверские убийства близких и родных будущей тёмной ведьмы.
– Так с этого и надо было начинать! – завопил Шон. – Наверняка родителей Элен убили ради того, чтобы её инициировать!
– Пятилетнюю девочку? Это невозможно никоим образом, до наступления четырнадцати лет инициацию не провести, это бы противоречило всем законам природы, слово учёного ведьмака. Я потому и не озвучивал такую версию, что она абсолютно безграмотна: всем, кто хоть краем касался дела ведьмачества, известно о возрастном ограничении.
Шон разочарованно ругнулся, а Эрл негромко произнёс:
– Элен действительно была пятилетней малышкой, а вот её бабушке было сорок семь лет.
  
Глава 23, о новых версиях и спонтанных экспериментах
 
В кабинете долго висело молчание, нарушаемое лишь мерным урчанием довольной Феньки, подставляющей бока под ласково почёсывающие её длинные пальцы. Первым очнулся Шон:
– Хотели инициировать бабушку? Почему не мать?
– Предположу, что в бабушке кто-то разглядел более сильный дар, а инициированная ведьма живёт, как все Иные, несколько веков, так что лишние два десятка лет роли не играют, – подключился к обсуждению Денни, звонко хлопнувший себя ладонью по лбу.
– Так, версия отличная, – забегал по кабинету Шон. – С бабушкой фокус не удался, теперь они подбираются к Элен?
– Наоборот: с бабушкой фокус великолепно удался и теперь она подбирается к внучке: ищет себе помощницу и преемницу, – поправил Денни. – Кроме того, становится ясно, отчего анализы не выявили кровную связь Элен с ведьмами: она родилась до того, как её бабушка прошла инициацию. Однако с нашим биофизиком всё сложнее, чем было с её бабушкой, поскольку у неё не осталось близких родственников, связанных с ней тёплыми чувствами, так что реализуется наблюдаемый нами вариант. Совершается ряд убийств, подводящий следствие к мысли о тёмном ритуале и его связи с Элен. Она пугается, чувствует свою вину перед жертвами, находится на грани нервного расстройства – и вскоре зверски убьют кого-то из её друзей. Всё, дело в шляпе, родится новая ведьма.
– Так-так... а первое убийство сознательно замаскировали под случайное?
– Тут тебе виднее, ты у нас капитан полиции, – пожал плечами Денни. – Я бы рассмотрел и другую версию, в которую прекрасно вписывается и первое непреднамеренное убийство и всё остальное.
– Выкладывай, не тяни василиска за хвост, – нетерпеливо поторопил ведьмака Шон, а Эрл холодно смотрел на него немигающим взором. Под этим взглядом Денни мужественно расправил плечи и сказал:
– А была ли у бабушки внучка? Вернее, как долго прожила эта внучка в Америке? Может, настоящую Элен Янген давно подменила ушлая ведьма, сделавшая небольшую пластическую операцию лица? И теперь она вышла на охоту, прикрываясь ангельским образом преданной помощницы мастера, и из первого ряда следит за потугами следствия её отыскать?
– Подменное лицо не защитило бы докторскую диссертацию, – насмешливо возразил Эрл.
– Прошло пять лет, – развёл руками Денни.