Кризисный центр "Монстр" (СИ)
На складе физической лаборатории, где хранилась масса всего, что когда-либо могло понадобиться молодым экспериментаторам, Элен позвонила по номеру, указанному в письме с видеозаписью пролёта через ритуальный огненный круг:
– Сообщите мне размеры кольца. Да, того самого. Так же напишите массу вашего сына и размеры обхватов его шеи, талии, основания хвоста в драконьей ипостаси. Желательно изобразить его тело в масштабе с пояснением, в каком именно месте сняты указанные размеры, я пока недостаточно хорошо изучила драконий скелет. «Зачем» – это вопрос, требующий слишком длинного ответа. Жду информацию.
Группа телохранителей следовала за ней, сверля её спину горящими любопытством глазами, но благоразумно молчала и не забывала освобождать путь проходящим мимо сотрудникам университета, чтобы те не натыкались на «пустое место». Представителям ИГР редко доводилось бывать в научных лабораториях, и они с детским восторгом разглядывали тихо гудящие и сверкающие датчиками приборы.
– Сколько же нужно знать, чтобы получить звание доктора наук?! – поражённо спросил вампир, когда они вышли из здания.
О, кажется, степень уважения к ней в группе Иных сильно возросла после «экскурсии»!
– Много, но жизнь длинная, даже у людей, – пожала плечами Элен и почувствовала, как внезапно напряглись её телохранители, уставившись куда-то вбок.
Со стороны парковки в их сторону двигались двое полицейских, которых она узнала: парни из отряда Шона, не так давно арестовавшие Джули. По спине Элен пробежал холодок, когда парочка копов из Иных при виде неё мрачно нахмурилась, и роковой рыжеволосый красавец, разыгрывавший в допросной «доброго полицейского», сказал:
– Просим вас следовать за нами.
– Э-эээ... вам не следует зачитать мне мои права? – попробовала пошутить Элен, но неудачно: копы нахмурились ещё сильнее и красавчик прорычал:
– Кто вас выпустил гулять без охраны, когда такая чертовщина творится?!
Элен невольно оглянулась на группу сопровождения: она-то её видела всегда. Вампир хмыкнул, воздух вокруг него всколыхнулся прозрачным маревом и детективы повеселели, разглядев телохранителей.
– Другое дело, – одобрительно сказали они, – но ещё лучше было бы сидеть в кризисном центре, тогда и нам не пришлось бы колесить по городу.
– Я не могу сидеть, у меня работа. Куда мне надо проследовать?
– В центральное управление, шеф Торнтон хочет вас видеть: надо опознать одного человека по фотографии. Можете ехать за нами на своей машине.
Шагая на парковку, Элен слышала, как копы здороваются с её телохранителями и негромко расспрашивают их о новостях. Беседа за её спиной быстро свернула на рассказ о том, что Иным довелось только что увидеть.
– Я теперь понял, почему главе клана было так трудно найти добровольца для неё, – делился впечатлениями вампир. – Даже в роли телохранителя я чувствовал себя жутковато в этих лабораториях, а уж в качестве подопытного...
– Опыты на вампирах?! – поперхнулись копы, и Элен не выдержала, резко затормозив и обернувшись:
– Господи, я просто взяла у парня несколько анализов, сделала магнитно-резонансную томографию головного мозга, УЗИ внутренних органов и рентгеновский снимок скелета. – Все дружно отступали от неё на шаг при каждом новом слове, и она сердито воскликнула: – Никто не пострадал!!!
Её машина пикнула и мигнула фарами, снявшись с сигнализации при нервном нажатии на кнопку брелка.
– Конечно, конечно, – закивали копы, и рыжий поспешил обогнать её и открыть перед ней дверцу: – Садитесь, пожалуйста.
Какие все стали вежливые вдруг! Цирк, да и только! Они же живут в современном мире и, хоть и не ходят по врачам, но всяко в курсе основных достижений медицины. Что там говорил Шон про инициацию в ведьму? Её могут спровоцировать сильные негативные чувства? Детективам специально даны указания злить её такими фразочками и опасливыми взглядами?!
Сопровождать её по полицейскому участку телохранители не стали, со спокойной совестью передоверив её копам и отправившись в столовую. На раздаче, по рассказам Шона, стояли демоны и подбирали правильное меню для всех, выдавая даже вампирам кровь в стаканах под видом томатного сока. Элен не успела посетовать, что её оставили без ужина: в кабинете Рика Торнтона её ждала тарелка сэндвичей и кружка горячего кофе.
– Вот это значит «добрый полицейский»! – поблагодарила Элен шефа полиции. – Кого я должна опознать?
– Сейчас принесут отпечатанные фотографии, дюжину штук, – посмотри, не покажется ли кто-то знакомым.
Кивнув, Элен попросила, пока не забыла:
– Можно выдать мне официальное разрешение на проведение исследований физиологии Иных? Конечно, с другой формулировкой, подходящей для коллектива учёных университета, что-нибудь вроде: «Всё, что делает предъявитель сего, делается с моего ведома, с разрешения властей штата и исключительно для блага государства»?
Расхохотавшись, Рик понимающе подмигнул и пообещал сделать всё от него зависящее. В ожидании фотографий Элен ужинала в кабинете, смотря на деловитую суету вокруг сквозь прозрачную стеклянную дверь, чуть прикрытую сверху свёрнутыми жалюзи. Вечером в полицейском отделении, специализирующемся на делах Иных, было так же многолюдно, как ночью и утром, а днём ей не доводилось тут бывать. Детективы сновали туда-сюда, заглядывая к своему шефу по рабочим вопросам, и когда они открывали дверь, в кабинет врывались звуки общего зала. Неподалёку вампир уверял копов, что не превысил разрешённой дозы, питаясь от донора, а с другой стороны доносились вопли ведьмы, допрашиваемой по делу незаконной торговли приворотными зельями. Удивительно, но здесь, в окружении существ других рас, Элен чувствовала себя привычно и уютно, как дома.
Когда она расправилась с последним сэндвичем, прежний рыжий красавчик принёс стопку фотографий молодых женщин и вместе с напарником расположился за столом. Она внимательно рассмотрела каждый снимок, не находя ни одного мало-мальски знакомого лица, дошла наконец до последнего фото и поняла, что ради этого снимка всё и было затеяно. Сбившееся дыхание Рика подтвердило догадку, как и сгустившееся в кабинете напряжение.
С фотографии на Элен смотрела женщина, очень похожая на неё саму, а ещё больше – на её детские воспоминания о матери.
...
В кабинете директора кризисного центра.
– Нашлись свидетели, видевшие, как в машину последней жертвы садилась женщина-блондинка на трассе, ведущей в сторону его дома: два студента-орнитолога рассматривали в бинокли птиц в горах и случайно заметили девушку, голосующую на пустынной дороге. Ещё подумали, насколько небезопасно ей ловить попутку поздним вечером! Лицо девушки толком не рассмотрели, слишком далеко находились, но машину жертвы они опознали, да и время совпадает, – рассказывал Шон результаты первого дня расследования третьего серийного убийства. – В остальном пока без сдвигов, ещё ждём заключения судмедэксперта. По визиткам что?
– Главы родов отнеслись к их хранению ответственней, чем я полагал: в открытом доступе их никто не держал. Те Иные, которым эти визитки выдавались, все являлись ко мне на приём и есть в отданных вам списках. Так что наиболее вероятен вариант, что визитку незаметно взяли со стола в приёмной. Бармена о визитке спрашивали?
– Он твердит, что никаких визиток не брал, и Стив с напарником подтверждают правдивость его слов. Вести допрос людей проще, чем Иных: никакие детекторы лжи не нужны, достаточно демонов позвать. Значит, сосредотачиваемся на списках, отбираем из них женщин, способных отрастить длинные когти или виртуозно обращающихся с холодным оружием. Проверяем всех, а не только блондинок: женщины меняют цвет волос так же быстро, как цвет губ. К тебе, Эрл, такая просьба: вспомни дела своих клиенток и поразмысли, кто из них мог бы впасть в неконтролируемую ярость при неосторожно обронённом слове. У тебя же на лечении находятся такие?
– Само собой, вспыльчивость и неумение сдержать себя – частые проблемы у представителей ИГР. Однако «страдать от приступов злости» и «убить в приступе злости» – это сильно разные вещи, и профессиональная этика...