Кризисный центр "Монстр" (СИ)
– Возможно. Я ж не приглядывался, я ж не знал, что буду полиции потом рассказывать, кого я тут поздним вечером видал. Мужик тело убитого с обрыва скинул, да?
– Не фантазируйте, а постарайтесь максимально подробно вспомнить то, что вы сами видели.
– Так я ж не приглядывался!
Шон тяжко вздохнул и повернулся к Эрлу. В ответ на немую просьбу тот подступил к свидетелю, в его чёрных глазах разгорелось золотое пламя, и мужчина заворожено застыл, не отводя взгляда от очей демона.
– Вы видели мужчину, стоящего у машины? – вкрадчиво заговорил Эрл.
– Да.
– Вам показалось, что на заднем сидении есть пассажир? Что навело вас на эту мысль? Давайте вместе вспомним, как она возникла...
Свидетель погрузился в воспоминания, успевшие уйти в глубины подсознательного, и сказал:
– Поза у него была характерная, как у человека, заглядывающего в салон, прежде чем хлопнуть дверцей: так что-то говорят пассажиру или проверяют, не защемят ли ему одежду. Если бы сзади никого не было, он бы стукнул дверцей, не пригибаясь перед этим.
– Самого пассажира не заметили? Возможно, видели его ногу, стоящую на песке обочины? Отсвет фар на очках в глубине салона? Точно ничего? Жаль.
Свидетель вышел из транса и потряс головой. Уважительно посмотрел на демона:
– Здорово работаете, доктор Хэлл! Как вам удалось так прояснить мои воспоминания?! Вот это профессионализм, вот это я понимаю! Если мне потребуется помощь психотерапевта, я обращусь только к вам.
– Искренне надеюсь, моя помощь вам никогда не потребуется, – вежливо улыбнулся Эрл, и свидетель засмеялся, согласно кивая:
– Верно, верно, к врачам вашего профиля лучше не попадать.
Свидетеля отпустили, и он укатил восвояси на своей машине. Шон протянул демону все свежие протоколы допросов, суммировав итоги вечернего обращения по телевидению к населению Лос-Анджелеса:
– Интересная для нас информация одна. На отрезке трассы между двумя камерами слежения два человека видели молодую девушку в коротком красном платье, но в сумерках и издалека лица её не рассмотрели. Тот водитель, что пролетел мимо девицы, рассказывает, что она отвернулась при приближении его машины, а тот, кто стал тормозить, чтобы подвезти незнакомку, рассказывает удивительные вещи. По его словам, как только он сбросил скорость, девушка в красном исчезла. Просто исчезла, как мираж, он даже испугался, что она соскользнула в пропасть с обочины, и вышел из машины поискать её. Кстати, видеорегистратор в его машине подтверждает эти показания: фигура на обочине действительно внезапно испаряется из кадра до того, как можно распознать лицо. Он сам несколько раз прокрутил видеозапись, пытаясь разобраться в загадке, а когда услышал обращение полиции – сразу сдал запись нам.
– На медленной прокрутке записи тоже не видно, как и куда уходит фигура в красном?
– Не видно, в том и дело! Такая огромная скорость, позволяющая исчезнуть из области съёмки между двумя последовательными кадрами видеозаписи, означает, что девица из Иных.
– И она ждала определённую машину, точно зная, что Рассел вечером поедет домой этой дорогой. Свидетели точно не смогут её опознать?
– Проверим, если будет кого им предъявить. И пробу лака с ногтей возьмём: Джейк провёл какой-то сверхточный спектральный анализ тонких срезов тканей краёв ран и отыскал-таки молекулы растворителя, используемого в создании лака для ногтей. Ребята уже составляют список косметических компаний, работающих именно с этим химическим соединением. Словом, твоя версия убийцы-женщины подтверждается всё больше.
– В наше время и мужчины красят ногти, но, конечно, реже женщин. А после убийства никого на дороге не видели?
– Многих видели, мои детективы отработали все донесения, но там всё чисто. Итак, версия, что второе убийство совершено осознанно и с подготовкой, подтверждается. За что она отомстила Расселу? Что у него общего с Бартом?
У Шона затрезвонил телефон, и он отрывисто бросил «да», не глянув, кто звонит. При звуке голоса личной помощницы товарища он напрягся и бросил опасливый взгляд на демона, не сомневаясь, что тот слышит каждое слово, произнесённое его собеседницей. Как и то, что говорит он сам:
– Да, Элен, безумно рад, что сегодня вечером ты свободна. Приглашаю в «Ведьмин котёл», у Гидеона отменное красное вино. Договорились, заеду за тобой в восемь.
Убирая телефон в карман, Шон чувствовал, как по позвоночнику стекает противная струйка холодного пота. И даже праведная злость (Какого чёрта, Эрл сам говорил, что дама сердца инкуба должна быть женой другого мужчины!) не избавляла от иррационального страха.
– Другого бара, куда могли бы пойти двое человечков, в огромном Лос-Анджелесе нет? – леденящим душу голосом проскрежетал демон, складывая руки на мощной груди. – Скажи-ка, приятель, ты пригласил мою помощницу провести вместе вечер, чтобы честно приударить за ней или чтобы проверить, оправдается ли закономерность, что убийства происходят после того, как Элен заглянет в бар василиска?
– Почему бы не совместить приятное с полезным? – необдуманно брякнул Шон и его шею сдавили невидимые силки, оторвав от земли и основательно встряхнув.
– Потому что я не позволю морочить ей голову! – прорычал Эрл. – Ты собираешься ухаживать или раскрывать убийство?! Если она для тебя – объект уголовного расследования, так сразу ей и скажи, не прикидываясь очарованным кавалером.
– Ведёшь себя, как деспотичный папаша юной дочери, – прохрипел болтающийся между небом и землёй Шон. – Прекрати, на нас люди смотрят, а у тебя – закон секретности!
– Люди нас не видят, а Иные в твою защиту против своего мастера не выступят, они слишком умны для такого опрометчивого шага, – хмыкнул Эрл. – Ты всё понял относительно Элен?
– Да-да, ты из меня фарш сделаешь при жалобе, что я разбил её сердечко. Давай вернёмся к делу: что тебе сказал глава вампиров по поводу визиток?
Потоки магии рассеялись, немилосердно брякнув капитана полиции на каменистую землю. Эрл пригладил свои идеально уложенные волосы и ответил:
– Они лежат у него в кабинете в закрытом ящике стола, зачарованном на доступ только самого Марко. Конечно, любой ключ можно взломать, даже ключ магический, но снять засов главы вампирского клана, не оставив следов, прямо скажем – нетривиальная задача. Марко обещал вспомнить, кто наведывался к нему в последний месяц, и внимательно выслушал всё, что нам известно об убийце и убитых.
– Ага, твой голос помрачнел к концу фразы! – встрепенулся Шон, поднимаясь на ноги. – Что скрывает вампир?!
– Он постарался замаскировать свою реакцию на мой рассказ, но я заметил, как Марко вздрогнул при перечислении схожих черт двух жертв. Он занервничал, когда я упомянул, что оба бросили науку.
– А, дьявол!!! – подскочил Шон. – Точно! Барт начинал, как учёный-астрофизик, прежде чем податься в политику, а Рассел с отличием закончил физико-технический ВУЗ, и его тоже приглашали преподавать на кафедре. Остаётся вспомнить, что у Марко есть внучка, помешанная на точных науках, и представить себе, в какую ярость она может впасть, когда кто-то небрежно бросит: «Наука – фуфло, вот политика – другое дело». Представляешь, как горько ей слышать подобное от тех, кому природа дала способности, что пожалела отмерить ей, и тем более от тех, кто пренебрег столь щедрым даром? Она бредит математикой, совершенно не имея таланта к точным наукам, а кто-то одарён таким талантом сверх меры, но презрительно отрёкся от него – чем не повод для мести?
– Подозреваешь, Рассел умер с фразой: «Наука – это святое, я был неправ»?
– Почему нет? Всё сходится, всё, о чём ты говорил: и внезапная ярость первого убийства и продуманность второго. Я с самого начала подозревал, что убийца – вампир! И триггер: второе убийство произошло как раз после празднования защиты диссертации Элен Янген. Твоя помощница стала казаться Джули богиней, а Рассел – вероотступником, которого надо наказать в честь новоявленного божества!