Старушка-молодушка и новогоднее чудо(вище) (СИ)

Удаляясь от замка, я постоянно озиралась в поисках вчерашнего знакомца. Дракон то ли улетел куда-то по своим драконьим делам, то ли прятался от меня, стыдясь своего недавнего поведения. 
Поляна закончилась. По бокам выросли пушистые елки и заснеженные сосны-гиганты — из-за длинных прямых стволов их еще называли корабельными. Стало темнее: густые ветви заслонили свет. Вскоре впереди я увидела поваленное дерево, а на нем мешки с моей одеждой. 
Фух, все целое. Зверье не растаскало. 
Обрадованная, я поспешила к своим баулам, но тут из лесной чащи прямо мне навстречу вышел черный косматый волк и оскалил пасть. 
Волк был огромный — не спутаешь с большой собакой. На его могучих угольных боках и вокруг длинной морды белел снежный пух.  Зверь смотрел на меня, расставив лапы и угрожающе пригнув голову к земле. Его нос собрался гармошкой, клыки были обнажены. В тишине леса раздавалось низкое, басовитое рычание. 
Время остановилось. В желудке будто вырос ледяной камень размером с футбольный мяч. Я знала, что бежать нельзя, иначе волк тут же набросится. Но господи, как же тяжело было стоять на месте и не шевелиться! Колени дрожали. Сердце грохотало так, что в груди было больно. Я лихорадочно вспоминала, как правильно вести себя при встрече с опасным хищником. 
Не смотреть в глаза. Не дергаться. Не поворачиваться к зверю спиной. 
Сытый волк, если не почует угрозы, пройдет мимо. 
Но голодный… 
Я застыла. Вросла ногами в снег. Медленно опустила голову и следила за волком краем глаза. 
Не паниковать. Главное, не паниковать. 
Взглядом я незаметно обшаривала пространство вокруг себя. Вон дерево. На него можно залезть. Но добегу ли? Вон в метре от меня на снегу чернеет кривая палка. Если хищник решит напасть, можно попытаться отбиться или напугать его. 
В голову против воли лезли всякие ужасы: как волк кидается, как я не могу себя защитить, как жуткие зубастые челюсти смыкаются на моей ноге… 
Снова и снова я видела перед собой эти картины. 
Косматый не уходил. Смотрел прямо на меня своими круглыми желтыми глазами и скалился все сильнее. 
И вдруг шагнул вперед. Под черной когтистой лапой скрипнул снег. 
Тут на меня что-то нашло. Я закричала на волка что есть мочи, запрыгала на месте и затопала, принялась размахивать руками, пытаясь выглядеть большой и страшной. 
«Смотри! Смотри! Со мной лучше не связываться. Я не легкая добыча. Иди-ка ты отсюда подобру-поздорову». 
Это был мой единственный шанс спастись. Спугнуть зверя. Ни убежать, ни залезть на дерево я бы не успела. Не в этом длинном платье. Не когда между мной и зубастой машиной смерти три жалких метра. Волк прыгнет — и поминай как звали. 
Меня колотило. В крови бушевал адреналин. Чем сильнее я боялась, тем громче кричала и яростнее трясла кулаками в воздухе. 
И это помогло. 
Внезапно волк попятился и заскулил, прижав уши к голове. Это воодушевило, придало смелости. 
— Пшел прочь! — двинулась я на дикое животное. — Кыш! Брысь! — замахала я на него, чувствуя торжество победы. 
Получилось! Он уходит! Молодец, Мария Львовна! Не растерялась. Даже волка смогла обратить в бегство. 
Зверь боязливо отступал, согнув лапы и поджав хвост. Не сразу я поняла, что смотрит он не на меня, а куда-то вверх, на кроны деревьев. Невольно я проследила за его взглядом — и едва не села на снег. 
Из-за корабельных сосен выглядывала белая чешуйчатая морда. 
Так вот кого на самом деле испугался блохастый! 
Из-за своих исполинских размеров дракон не мог зайти в лес, не завалив при этом парочку деревьев, оттого остался на поляне и просто вытянул подальше свою длинную шипастую шею. Его змеиные глаза под выпуклыми надбровными дугами внимательно следили за волком. 
Ящер оскалился — и хищник трусливым зайцем сиганул в чащу, только его и видели. 
Взгляд необычных голубых глаз с узкими зрачками остановился на мне. Я задержала дыхание. Оскал дракона стал шире, в разрезе пасти сверкнули треугольные зубы, и я с изумлением поняла, что ящер не угрожает мне, а неуклюже пытается улыбнуться. 
 
Ну надо же! 
Снежное чудовище хотело проявить дружелюбие. 
Я решила тоже быть приветливой и улыбнулась ему в ответ. 
— Поможешь донести сумки до замка? — кивнула я на мешки с платьями. 
Дракон завозился. Большой и неуклюжий, он нечаянно задел рогами сосну, и вниз с зеленых веток полетел снег. И снова мой спаситель попытался ко мне приблизиться, но где-то рядом с ним затрещало и наклонилось дерево. Тогда этот горе-джентльмен издал звук, похожий на вздох. Его длинная морда исчезла за густыми кронами. 
Похоже, на помощь рассчитывать не стоило. 
Навьючившись, аки ослик, я медленно побрела к замку по собственным следам, оставленным в снегу. Так было проще идти. По уже протоптанной тропинке. 
Согнувшись под тяжестью своей ноши, я вышла из чащи на поляну и ахнула: дракон не улетел, он терпеливо ждал меня у границы леса — там, где никакие деревья не мешали ему свободно развернуться. 
При виде меня ящер вытянулся во весь рост, и я поняла, что он гораздо больше, чем показался мне при первой встрече, когда лежал застывшим снеговиком рядом с домом. Это были не две Марии Львовны, выполняющие акробатический трюк, а все четыре. 
Я опустила мешки на снег. Дракон взглянул на них. Затем на меня. И снова на мешки. И вдруг сгреб меня со всеми вещами своей крупной холодной лапой. Совершенно неожиданно я оказалась в воздухе, в нескольких метрах от земли, в клетке из драконьих когтей.
Ящер поднес меня к своей морде, и его зубастая пасть в очередной раз изогнулась в жутковатой пародии на улыбку. Почему-то в этой клыкастой улыбке мне почудилась неуверенность. Выражение драконьей морды стало… робким, смущенным. 
— Стыдишься, что подглядывал? — догадалась я. 
Дракон не ответил. За его спиной распустились крылья — гигантские опахала из снега и льда. 
Когтистые пальцы сомкнулись над моей головой острым куполом. Я была вынуждена усесться на снежную ладонь в обнимку со своими мешками — так мало стало места. 
Где-то высоко, за пределами видимости, раздался долгий свистящий звук. Не сразу я поняла, что это дракон взмахнул крыльями. Толчок. Меня шатнуло из стороны в сторону — исполинский ящер оторвался от земли. 
Свободной лапой дракон прикрыл ту, в которой держал меня, чтобы случайно в полете я не выскользнула из его пальцев и не разбилась. 
От этой неожиданной заботы защемило в груди. Даже и не помню, чтобы прежде кто-то был ко мне настолько внимателен.  Это я обычно думала обо всех — ухаживала и за мужем, и за детьми, и за внуками. А за мной — никто. Будто я лошадь с железными жилами, а не человек. 
А тут неразумный зверь, ящер, а вон какой предусмотрительный. Боится, как бы я не упала и не расшиблась насмерть. Закрыл меня со всех сторон и от опасности, и от ветра. 
Внезапная мысль растрогала. Ощутив влагу на глазах, я сама себе удивилась. 
Ну ты даешь, Мария Львовна! Ну-ка быстро утерла слезы. Что за глупости, в самом деле! Нашла повод распустить нюни. 
В коконе из драконьих лап я ничего не видела, даже света. Зато в полной мере насладилась воздушной болтанкой. Так меня не трясло даже в самолете во время турбулентности. Благо, от леса до замка было рукой подать и долетели мы быстро. 
— Ты понимаешь человеческую речь? Понимаешь, что я говорю? — спросила я, когда хвостатая громадина очень осторожно, на удивление бережно опустила меня на снег. 
В ответ зверь что-то неразборчиво прорычал на своем драконьем языке. 
— А дышать огнем умеешь? 
Гордо выпятив могучую грудь, ящер выпустил в небо струю синего пламени. От его дыхания треугольная крыша одной из башенок замка покрылась ледяной коркой и стала похожа на огромную сосульку. 
Дракон скосил на меня голубой глаз, будто ждал восторгов и похвалы. 
Трюк получился зрелищный, и я искренне захлопала в ладоши. 
— Вот это да! Настоящее чудо!