Милая Шарлотта (СИ)

- Ларец с бумагами пропал, - как-то даже спокойно оповестил Госкар.
Однако по тому, как он в замешательстве потер лицо, можно было догадаться, что он не знал, что и думать.
Потом он повернул голову и, видимо, отметил, что перевязь со шпагой - с позолоченной рукояткой и ярким рубином на эфесе - висит на прежнем месте нетронутая. Значит, здесь побывали не мародеры, а кто-то, кто имел цель забрать именно бумаги. Жоржетта подозревала даже, что не просто бумаги, а конкретное завещание.
Но одно ее порадовало:
- Попробуйте мне объяснить теперь, для чего мсье де Руану понадобилось завещание? - с ядом в голосе спросила она. - Вы же не станете отрицать, что убийство и обыск вашей комнаты дело рук одного человека?
- Почему вы так решили? Может быть, как раз это сделали разнее люди, - не раздумывая, отозвался Госкар.
В этот момент Жоржетта, стоявшая на пороге комнаты, уловила краем глаза, что в коридоре - где-то сбоку мелькнула тень. А еще через мгновение она ясно услышала торопливые шаги на лестнице.
- Там кто-то есть! - воскликнула она.
Госкар и сам, видимо, услышал звуки и тотчас бросился к лестнице, выхватывая по пути шпагу.
Жоржетта направилась следом, но, передумав вдруг, вернулась, сняла со спинки стула шпагу - ту самую, с рубином - и тогда уже, подобрав свои ненавистные юбки, помчалась за ним.
Еще на лестнице она увидела, что на первом этаже действительно кто-то есть - да не просто случайный посетитель: мужчина был одет в черное, а лицо его скрывала черная же маска. Он уже выхватил шпагу и, пытаясь отбиться от нападающего на него Госкара, пробирался к окну.
Сообразив, что он хочет вылезти через него, а там, снаружи тотчас сядет на лошадь - и ищи ветра в поле - она немедленно побежала ему наперерез. Загородив собою окно, она встала лицом к человеку в черном и - уже в следующий момент он повернулся к ней со шпагой в руках. Жоржетта едва сдержала крик. Она отдавала себе отчет, что ничего не стоило ему сейчас проткнуть ее, или хоть ранить, чтобы попасть наружу - но он замешкался:
- Отойдите, мадам! - вскричал он.
- Нет! - как могла твердо произнесла Жоржетта, вглядываясь в прорези в маске и пытаясь узнать мужчину - безуспешно!
Вдобавок она вынула из ножен шпагу и вытянула руку с ней вперед. Рука очень некстати предательски дрожала. Слава богу, что Госкар времени зря не терял:
- Жоржетта, уйдите немедленно! - вскрикнул он, нанося сильный удар, от которого человек в маске едва сумел уклониться.
Незнакомцу снова пришлось отвернуться к Госкару, и они продолжили фехтовать.
Госкар отлично владел шпагой - техника его была на высшем уровне, но чувствовалось, что практики недостает. К тому же незнакомец был и выше и сильнее, да и фехтовал он безупречно - едва ли удастся обезоружить его. Но Госкар все делал правильно - пытался загнать его в угол между столом и глухой стеной без окон. Ему это почти удалось, но человек в маске в последний момент ловко запрыгнул на стол позади себя и - Жоржетта не успела и вскрикнуть - толкнул ногой в грудь Госкара, отчего тот резко полетел назад, пока голова его не ударилась об угол другого стола.
Жоржетта все же вскрикнула, увидев кровь на слипшихся волосах - Госкар безвольно, словно тряпичная кукла, лежал на полу и не шевелился.
Безумный страх, ярость и ненависть настолько обуяли ей, что, забыв обо всякой осторожности, она снова выставила шпагу перед убийцей, не позволяя ему подойти к окну:
- Только через мой труп! - прокричала она, крепче сжимая рукоятку.
- Мадам, я не дерусь с женщинами! Не вынуждайте меня!
- Если не хотите драться с женщиной, то сдайтесь и назовите ваше имя! - Опускать шпагу она и не думала.
- Извините, мадам, но я не могу, - Жоржетта увидела его усмешку.
Она умела обращаться со шпагой - отец смотрел на это ее увлечение сквозь пальцы, и даже сам тренировал ее когда-то. Но он так и остался единственным ее «соперником» - в хоть сколько-нибудь серьезных дуэлях Жоржетта, разумеется, не участвовала ни разу. А тут еще это проклятое платье, в котором и повернуться-то удавалось с трудом!
 
Мужчина был выше ее чуть ли не на две головы, и делать скидку на ее слабый пол, похоже, не думал. Он, в ответ нацелив острие шпаги на нее, сделал легкий выпад - довольно аккуратный, желая больше напугать ее, а не нанести удар.
Жоржетта справилась, причем довольно легко, а мужчина, несколько удивившись, не прекращал, однако, улыбаться. Он сделал еще один выпад, который Жоржетта хоть и отбила, но уже с некоторым усилием: будь она хотя бы в своем костюме для тренировок, ей было бы проще, но платье и корсет сковывали движения и не позволяли дышать полной грудью. Было очевидно, что долго она не продержится.
- Госкар! - позвала Жоржетта, и в голосе ее слышалось отчаяние.
Соперник это уловил и теперь, поняв, что она боится, забавлялся с нею, как кот с мышкой, не переставая ухмыляться и отпускать шуточки.
Очередной выпад Жоржетты стал и вовсе позорным: она, обезумев от ярости, буквально набросилась на незнакомца со шпагой, но наступила на подол собственной юбки, споткнулась и упала на колени.
- Ах, простите меня, мадам, позвольте помочь вам… - Человек в маске тут же склонился с элегантностью, подавая ей руку.
Но Жоржетта в этот момент бросила взгляд на Госкара - тот был жив, пришел в себя и даже пытался уже подняться на ноги.
Видимо, радость придала ей сил, и Жоржетта смело перевела взгляд на человека в маске. Отец часто говорил во время занятий, что соперника нельзя ненавидеть: ненависть отнимает силы и рассеивает внимание, а главное делает тебя смешным в глазах противника.
Так что Жоржетта вдруг улыбнулась и, опираясь на предложенную руку, поднялась на ноги.
- Благодарю, сударь, - весьма любезно ответила она и вновь занесла шпагу. - Атакуйте, ваша очередь!
- Моя, но с удовольствием уступлю ход вам, - забавлялся незнакомец.
- Сударь, сейчас не время и не место, не находите? Нападайте же!
Она не переставала улыбаться.
Когда человек в маске все же пожал плечами и сделал новый выпад, она, вместо того, чтобы безуспешно пытаться отбиться, резко отклонилась вправо, почти автоматически исполнила обманный трюк, и - острием шпаги царапнула его живот.
По-видимому, довольно сильно, так как он охнул и схватился за рану.
- Ах, простите, сударь! - делано испугалась Жоржетта.
Тем временем Госкар пришел в себя настолько, что подобрал свою шпагу и атаковал со спины. Жоржетта, не опуская шпаги, снова попятилась к окну: чувствовала она себя уверенной, как никогда.
Шутки, однако, кончились. Госкар, разозленный и собственным поражением, и тем, видимо, что мерзавец посмел поднять руку на его женщину, дрался ожесточенно: он несколько раз уже успел кольнуть соперника в плечо, ранить его щеку - Жоржетте даже показалось, что еще немного, и ему удалось бы шпагой сорвать маску с его лица.
Незнакомец, не смотря на раны, сдаваться не собирался: что было сил он прорывался к окну, и Жоржетта даже предполагала, что окажись он снова с ней лицом к лицу - больше манерничать не станет, а лишь грубой оплеухой отшвырнет ее от окна, как котенка.
Решившись на отчаянный шаг, она, держа в вытянутой руке шпагу, подобралась к человеку в маске со спины, подцепила острием повязку на голове и - дернула.
Черная ткань отлетела в сторону, а мужчина, никак этого не ожидавший, растерялся. Тут-то Госкар резким движением выбил шпагу из его рук, а самого его толкнул спиной на стол - тот тоже ударился головой и, потеряв ориентацию, не мог даже встать…
- Госкар! - первым делом Жоржетта бросилась к нему, страшными глазами глядя на залитые кровью волосы: - Вам очень больно? Я так боялась потерять вас, так боялась!
Он только глубоко дышал, глядя на шпагу, сжатую в руке Жоржетты - даже не стал ничего спрашивать. Она как будто в страхе выпустила оружие из рук и, глядя честными глазами, заверила:
- Обещаю, что ничего более шокирующего вы обо мне не узнаете!