Порочная слабость (СИ)

Я многозначительно улыбнулась. Леша появился вовремя, чтобы поддержать меня. Заметила, что тревожная складка между бровями разгладилась, а вокруг глаз вновь появились крохотные морщинки-смешинки. Значит, рабочий день на сегодня окончен.
Парни все же притащили Лесю в дом, та сопротивлялась, не хотела заканчивать игру. Но, увидев обожаемого папу, тут же притихла и вскарабкалась на его руки.
Леша принялся что-то шептать дочке на ушко. Та замерла, слушая каждое слово отца, кивала в знак согласия и крепко обнимала любимого папочку за шею.
Это была идиллия. Каждый раз, видя, как Леша говорит, играет или просто смотрит на дочь, я чувствовала его безграничную любовь к нашей крохе. И любовь эта была взаимной.
Чтобы чем-то занять руки, начала помогать бабе Нюре накрывать на стол. Вот-вот должны приехать гости из города. И этих гостей мы очень ждали. Разумеется, мы всегда были рады парням, но сегодня должна приехать моя мама, которая обожала внучку.
Первый месяц после приезда, мама прожила с нами. Но я видела, что деревня ее угнетает. На семейном совете было решено, что Нона откроет свою небольшую бухгалтерскую фирму. Леша помог, да и ребята, поселившиеся в городе, присматривали за ней.
Но сегодня мама приезжает не одна, а с кавалером. Леша, к моему огромному удивлению, был знаком с избранником мамы. Но мне его личность оставалась неизвестна. И, как назло, все парни хранили молчание. Почти каждую ночь я пытала Алексея, щекотала, умоляла, требовала, чтобы он открыл «страшный» секрет.
Но Леша молчал, ссылаясь на то, что Нона просила.
Грешным делом, я начала подозревать, что маминым избранником стал кто-то из парней. Но перебирая в памяти каждый приезд городских гостей, понимала, что никаких признаков симпатии между ребятами и мамой не заметила. И потом, все друзья Алексея были гораздо младше мамы. Выходит, это кто-то из посторонних.
Пока Леша секретничал с дочкой, а парни пошли отмываться после своих игр в детство, я расслышала собачий лай.
– Гости! – прокомментировала я, вытерла руки о передник и покатилась на улицу.
Любопытство грызло со страшной силой. Леша тут же возник за моей спиной, приобнял одной рукой, второй удерживая Лесю.
– Ты ведь помнишь Костика? – загадочно поинтересовался Леша.
Я удивленно смотрела, как из крутой тачки с тонированными стеклами вышел Константин, тот самый доктор Айболит, с которым я так и не познакомилась. Добрый и приветливый врач с широкой улыбкой. И сейчас это парень помогал маме выйти из машины, а потом и вовсе обнял ее за талию жестом, в котором не было сомнений: они вместе.
– Леша! Да он на пару лет старше меня! – зашептала я, пребывая в истинном потрясении от такой новости.
– Угу, на десять, – усмехнулся Леша.
– Да даже на десять! – не унималась я. – У них разница в возрасте! Нет, у меня мама, конечно же, красотка. И выглядит гораздо моложе, но…
– У нас с тобой тоже разница, Лина, – бросил Алексей, повернул голову и скользя по моему лицу задумчивым взглядом. – Меня ведь это не остановило. Да?
– Леша, тут другое! – возразила я.
– У них любовь, Лина, – невозмутимо пробормотал муж, крепче обнимая меня за талию. – Как и у нас. И плевать на разницу.
– Ты прав, – покорно вздохнула я, внимательно следя за напряженной улыбкой мамы. – Надеюсь, Айболит не забыл, что стрелять я умею.
– Ну что ты, разве такое забудешь?! – фыркнул Леша и, как только Нона приблизилась, тут же выпустил дочку.
Та уже увидела бабушку и мчалась к ней со всех своих шустрых ножек. Когда доктор оказался рядом, я поняла, почему мама влюбилась в этого человека, невзирая на возраст и свое печальное прошлое. Костик излучал такой мощный позитив, что перед ним сложно устоять.
Леша собственническим жестом крепче обнял меня, а я с трудом сдержала смех. Глупый! Опять ревнует без причины. И зря ревнует. Мне ведь никто не нужен, только он, мой любимый Зверь.
– Добро пожаловать в семью, доктор Айболит, – подмигнула я парню.
Я услышала, как мама выдохнула, увидела ее счастливую улыбку, и на душе стало совсем легко и свободно.
 
Правда, ненадолго. Поясницу прострелила острая боль, и я поняла, что в городской роддом мы уже не успеем.
– Ой, мамочки! – выдохнула я.
Лешка побледнел, Славик чертыхнулся, баба Нюра поспешила в дом, чтобы организовать подходящее место. А неунывающий врач окинул мой огромный живот изучающим взглядом и изрек:
– Так и знал, что первым у нас родится внук, а потом уже сын!
– Костя! Ну опять ты со своими шуточками! – всплеснула руками мама.
– А что такого, солнце? Не плакать же, – хохотнул Айболит, – Может быть, я всю жизнь мечтал принять роды у жены Зверя. Сбылась мечта, так сказать!
– Лековицкий, мать твою! – прорычал Леша.
– Спокойно! – выдохнула я. – Все под контролем, да?
Айболит торопливо и уверенно закивал. Но на моего обезумевшего мужа это ни капли не повлияло.
– Вертолет успеет прилететь, – решил мой Зверь.
– Леша, не переживай! Вторые роды, будет легче, – уговаривала я мужа.
– Советую накатить по маленькой, – вмешался Славик, а потом задумчиво, глядя на Лешу: – Или по большой.
Я, не обращая внимания на суету и бурную деятельность, вдруг возникшую вокруг меня, крепко обняла мужа, спряталась на его плече от всего мира, глубоко вдохнула пьянящий и любимый аромат.
– Все будет хорошо! – пообещала я.
Леша шумно и судорожно выдохнул. Я понимала, что следующие несколько часов превратятся для моего любимого в мучения. Но ничего не могла изменить.
– Я люблю тебя, – услышала я хриплый шепот и готова была разрыдаться от счастья.
Я всегда чувствовала любовь мужа ко мне, к нашей дочери. Но он редко произносил эти заветные три слова. А сейчас вот сам, первым, прошептал. И я в который раз поверила, что все будет отлично. К тому же, Леша обещал мне сына. А он всегда держит свои обещания.
  
Эпилог
 
– Злая? – тихий шепот и выразительная мимика не оставляли сомнений: дочь намерена настаивать на своем.
– Скажем так, немного не в духе, – хмыкнул я, переводя взгляд с дочери на жену.
Лина, полностью игнорируя появление Алексии на кухне, продолжала методично вымешивать тесто в миске.
– И нечего там шептаться! – сурово изрекла моя строптивая женщина. – Я не изменю своего решения!
– Ну, мам! – захныкала Леся и тут же перевела взгляд на меня. – Ну, пап! Сделай что-нибудь!
– Например? – поинтересовался я.
– Папа занят! – отрезала Лина, удостоив меня взглядом полным истинного возмущения и плохо скрытой угрозы. – У папы неотложные дела! Да, папа?
– Так точно, – невозмутимо кивнул я и приступил к выполнению неотложного дела.
Дочь топнула ногой, выражая всю степень своего негодования, чем вызвала разъяренный взгляд матери.
– Присоединяйся, Алексия! – скомандовала Лина.
По лицу дочери я видел, что она вот-вот взорвется. И тогда в нашем доме разразится настоящая катастрофа. Лина не уступит дочери. А дочь из вредности не станет прислушиваться к разумным доводам старших.
Леся взглянула на меня. Молча выдвинул стул рядом, предлагая присесть.
Видел борьбу на лице девчонки. Еще бы! В шестнадцать лет все видится в черно-белых тонах. И любой запрет может обернуться трагедией для ребенка.
За столом повисло напряжение, которое, кажется, ножом можно было резать.
Лина молчала, методично раскатывала тесто, вырезала стаканом ровные кружки и аккуратно перекладывала их на стол передо мной. В мои обязанности входила лепка. Еще лет двадцать назад я бы двинул по морде любому, кто предположил бы то, что я буду лепить пельмени. Я? Да хрен там!
Но жизнь может удивлять. И вот, по прошествии пятнадцати лет с момента моей «смерти», я живу в уютной глуши вместе с женой и двумя детьми. А еще с удовольствием леплю пельмени.
Признаться, это занятие помогает прочистить мозг и расслабиться. И судя по огромной миске с тестом, приготовленным Линой, расслабляться мы будем примерно до поздней ночи.