90-е: Шоу должно продолжаться 14 (СИ)

— Пожалуй, — осторожно согласился я, заглядывая в квартиру. Там было подозрительно тихо. — А где все?
— Так ты будешь чай? — невозмутимо переспросила Кристина. — Я шарлотку испекла, если что.
Я зашел, скинул кроссовки. Отметил отсутствие горы обуви. И вообще был какой-то идеальный порядок, даже пол свежевымытый. На кухне за столом чинно сидел один Сэнсей очень домашнего вида, с волосами, стянутыми в хвост на затылке и без очков. На блюдце перед ним лежал аппетитный кусок шарлотки.
  
— Так, подождите, — замер я. — Мне кажется, я что-то пропустил. Вчера после концерта я видел, как Саня повел в этом направлении четырнадцать человек, навьюченных рюкзаками, как в полярную экспедицию. Куда вы их дели? Порезали на кусочки и закатали под асфальт? Или погрузили в мешки и отправили сплавляться по Киневе?
— Не смотри на меня, — покачал головой Сэнсей, — Это все заслуга Кристины.
— Кристина? — я сел на табуретку и уставился на девушку Астарота. — Так что произошло?
— Ну… Мне пришлось применить немного бытовой магии, — скромно потупилась Кристина, хотя на губах ее играла самодовольная улыбка. — Чай. Шарлотка. Ты же не торопишься, я надеюсь?
— Ну минут сорок у меня есть, — заверил я, глянув на часы. — На шарлотку точно хватит.
— Ну ладно, ладно, не надо на меня так смотреть, — засмеялась Кристина. — Все с твоими полярниками в порядке. Они в общежитии радиозавода.
— И как же они туда попали? — спросил я, когда Кристина снова замолчала, выдерживая драматическую паузу.
— Ну я же раньше ушла вчера, — сказала Кристина. — Хотелось выспаться и все такое. А тут заявляется этот табор. Шум до потолка, грохот и вот это все. В общем, я выхожу, вижу это все, и со мной случается форменная истерика. Я думала, что Сашу просто загрызу в тот момент.
— Да? А мне ты показалась очень даже хладнокровной и спокойной, — хмыкнул Сэнсей.
— Просто я хорошо воспитана, — хихикнула Кристина. — В общем, когда я поняла, что они это серьезно, то в ужас пришла. Блин, Вова, прикинь, они тут взялись спальники раскладывать и тушенку открывать! И кастрюлю большую требовать, чтобы какое-то хрючево свое варить. Ужас же! Выспалась, называется…
Кристина подняла глаза к потолку.
— В общем, я вызвала Сашу в спальню на поговорить, — продолжила она. — А он, такой… Ну, ты понимаешь, да? «Ребята только приехали, прямо с поезда на концерт. Не на улице же их было оставлять…»
— Извини, я реально не успел вмешаться, — усмехнулся я, надкусывая шарлотку. — Ммм, вкусно!
— Я тогда говорю: «Саша, ты не обидешься, если я позвоню Дмитрию Александровичу?» — продолжила Кристина.
— Кащееву? — спросил я.
— Ну да, — кивнула Кристина. — Саша бесится, когда я своих друзей на помощь привлекаю, но тут он даже возразить не решился. Видел, что я в бешенстве просто.
Слова «в бешенстве» Кристина произнесла с таким наслаждением, будто каждую букву смаковала. А насчет Дмитрия Александровича, которого она решила привлечь на помощь, Саню тоже можно было бы понять, если бы он напрягся. Так-то это один из кристининых бывших. Видный общественный деятель Новокиневска и области, она его втихую к нам на «Генератор» в качестве рекламодателя привлекла, Ирина как-то хвасталась.
— В общем, я позвонила, — Кристина села за стол и аристократично так взяла свою чашку с чаем. — Объяснила ситуацию. Он проникся и согласился помочь.
— Несмотря на поздний звонок? — иронично приподнял бровь я.
— Ничего, он мне должен, — капризно дернула плечом Кристина. — В общем, я вышла тогда в гостиную, объяснила ребятам, что тут они ночевать не останутся, так что пусть собирают манатки. Возник небольшой… гм… спор…
— Да уж… — фыркнул Сэнсей.
— Ну а что я могла сделать? — пожала плечами Кристина. — Иначе эти полярники вообще меня не слышали… На самом деле, хорошо, что Борис вмешался. Прямо вот спасибо ему, просто святой человек. Просто прекрасно, что мы его тогда нашли. Вова, он реально обалденный! Мне сначала не понравилось, что он с нами поселился, но сейчас я уже даже не представляю, как мы без него обходились. В общем, он вмешался, все успокоились и собрали вещи. Дождались Шемяку, и он увез их в общежитие всех.
— Вместе с Астаротом? — уточнил я.
— Что? — встрепенулась Кристина. — Нет, конечно. Саша остался дома, они сейчас уже репетируют. Им же сегодня в первый раз на стадионе выступать…
— Надо же, а я тоже думал от вас Шемяке позвонить, чтобы он этих «прихлопов» в «химики» отвез, — сказал я.
— Вот видишь, умные мысли приходят в головы одновременно, — сказала Кристина.
— Вообще-то говорят, что у дураков мысли сходятся, — вставил Сэнсей.
— Даже у дураков иногда бывают умные мысли, — пожала плечами Кристина. — Вова, а ты же на машине? Ты сейчас куда, в «Буревестник»? Может, меня подвезешь?
— Вообще-то не собирался, но ради тебя могу и крюк сделать, — усмехнулся я. — Ты ведь, получается, мою же работу сделала. Да еще и в стрессовых обстоятельствах.
— Вот и отлично, — кивнула Кристина. — Хочешь еще шарлотки?
* * *
На двери «Генератора» висела грозная картонная табличка «ТИХО! ИДЕТ СЪЕМКА!» Но из-за двери при этом доносился бодрый ржач на несколько разнополых голосов, а потом еще и грохот. И снова ржач. Так что я, не задумываясь, открыл дверь и просочился внутрь.
Да уж, картина маслом. Стас стоял перед своей камерой на треноге и смеялся, согнувшись пополам. Ирина спрятала лицо в ладонях, плечи ее сотрясались тоже явно не от слез. На фоне темного задника сидели на полу несколько наших актеров рекламы, разодетые и разукрашенные под некую рок-группу. На фронтмена, который в миру длинные волосы не носил, напялили обтрепанный парик. А чтобы он хоть как-то держался, поперек лба перехватили его цветастой тесьмой.
— Эээ… Доброе утречко? — осторожно сказал я.
— Велиал, как хорошо, что ты пришел! — тут же вскочила Ирина. — Нам срочно нужен солист! Так, Слава, иди отсюда, глаза бы мои тебя не видели!
— А что я сделал-то? Нормально же получилось! — начал отпираться актер в парике.
— Задницу в камеру было показывать не по сценарию! — отрезала Ирина.
— Ты же сама сказала, что мы панки! — начал отмазываться Слава. — Я вошел в роль. Все, как нас учили!
— Слава, мы снимаем рекламный ролик для хозяйственного магазина, понимаешь? — терпеливо сказала Ирина. Но потом не выдержала, фыркнула и снова засмеялась. — Блин, Володя, это какой-то трындец! С этим вашим фестивалем все тут с ума посходили…
— У нас вроде нет среди спонсоров фестиваля хозяйственного магазина, — задумчиво проговорил я.
— Да это не спонсоры фестиваля, — махнула рукой Ирина. — Это просто рекламный ролик. Прикинь, приходит вчера прямо сюда Астахов. Открывает дверь пинком и заявляет, что ему срочно нужна реклама его «тысячи сволочей», чтобы рок-группа бесновалась, обязательно. Потому что рок сейчас — это модно, а он, понимаешь, пропустил момент и теперь локти кусает. А на ГТРК и «Киневе» его с этим отбрили, сказали, мол, что только через месяц реклама. Ну я ему и говорю: «Мужик, ты в своем уме вообще?» А он мне, две пачки аругментов на стол. В баксах, представляешь? Я как-то сразу засомневалась. Типа, а может все-таки сможем как-то выкружить… И тут он третью пачку добавляет.
— Надо же, я как-то не думал, что хозмаг — это такое прибыльное дело, — усмехнулся я. — Чем-то не тем мы с вами тут занимаемся, да?
— Блин, вот я же говорю, что нормально все с задницей… — солист псевдо-рок-группы подошел к зеркалу и принялся разглядывать себя со спины. — Там же унитазы и туалетная бумага, логично, что должна быть жопа, ну?
  
— Завянь, Слава, — отмахнулась Ирина. — Ну, я думаю, ты уже понял, чем дело закончилось, да?
— Вы снимаете рекламный ролик, — усмехнулся я.
— МЫ снимаем рекламный ролик, — сказала Ирина, ухватила меня за руку и вытащила на середину. — Так, волосы нужно распустить… А еще! Так, Слава, снимай свою кожаную жилетку! А ты рубашку. У тебя все нормально с бицепсами, так что на голое тело нормально будет. Эх, жаль татуировок нет… Так, погоди! Ты же с Кристиной пришел? Точно! Эй, кто там у двери! Позовите Кристину сюда!