Рамиль (СИ)
- Вот ты...- у бати даже слов не находится выразить своё возмущение, что с ним бывает не часто.
И я, воспользовавшись его замешательством, быстро исчезаю. В голове дым.
Ну и к черту тебя, Алена, трись дальше со своим картавым.
Я повторяю себе эту фразу всю следующую неделю как мантру на завтрак, обед и ужин, добавляя к ней флегматичные размышления, а трахает ли её картавый прямо сейчас. А на восьмой день получаю от Лены СМС:
Рам, привет. Надо встретиться. Срочно.
***
Когда я захожу в "Рибай" на Казанской, Елена уже сидит на одном из темно-коричневых кожаных диванов. Вскидывает вверх руку, махнув и одарив меня напряженной улыбкой. Напряженной и деловой. Мда, на свидание не тянет. Теперь уж точно. Не то, чтобы я рассчитывал, но...Я просто представить не могу, зачем я ей понадобился. Если ей студия нужна, то она давно туда как к себе домой и без моего разрешения ходит, а так...Надеюсь, она не решила начать петь. Фирменное Акунинское завывание не смогу продать даже я...
- Привет, Лен,- сажусь напротив, цепко вбирая её образ.
Обычно мы целуемся как подружки в щёчку, но после того, как я её целовал в совсем другие места, подобный жест мне кажется откровенным издевательством. Алена похоже со мной согласна и слегка розовеет, произнося "здравствуй". Эта её суперспособность краснеть разными градациями... Это так...Кадык непроизвольно дергается, рамиль- младший пробуждается от спячки, а мне приходится расставить ноги пошире и усесться поудобней. Повисает неловкая пауза, потому что мы тупо пялимся друг на друга, и сейчас нам не мешает никакой бесячий Игорь. У Лены подрагивают подкрашенные ресницы, расширяются зрачки и чуть приоткрываются губы, делая нижнюю полнее, нежный румянец проступает на фарфоровой коже, и тонкая голубая венка на шее...бьётся. Алена, блин...
- Лен, - и молчу. Дебил. Добавь уже хоть что-то! Во рту собирается вязкая слюна, никак не связанная с нахождением в ресторане.
- Да,- эхом отзывается Акунина и вроде как тоже продолжать не планирует.
- Здравствуйте, вы уже выбрали?
Чёрт. Одновременно вздрагиваем и переводим взгляды на улыбающегося во все тридцать два официанта.
-Да, салат с печеной свеклой и имбирный чай, пожалуйста,- откашливается Елена Сергеевна, отводя от меня свои зеленые глаза.
- А как же любимые десять чашек кофе? - хмыкаю, открывая меню. Обстановка ощутимо разрядилась, и я могу нормально дышать, а не как только что пришедший к финишу марафонец. И даже подшучивать. Над ней.
- Мне двойной эспрессо и карпаччо, спасибо,- отдаю меню официанту. Парень тут же исчезает.
- Мне нельзя кофе, - каким-то слишком ровным голосом отвечает Лена и смотрит так внимательно, будто от моей реакции зависит, получит ли она Нобелевскую премию в следующем году,- Только одну в день. Её я уже выпила утром.
- Почему нельзя? - хмурюсь, не понимая.
Лена вздыхает, поджимает губы, а потом выдает.
- Потому что я беременна, Рамиль. Врач запретил.
Я моргаю. Ещё раз. Я просто бл..ть не знаю, как реагировать на такое.
- Правда? - хриплю самое идиотское, что можно было придумать.
- Правда,- Лена безжалостна и строга.
- Поздравляю,- мямлю я.
- Спасибо,- кивает Лена и явно чего-то от меня ждет.
Чего? Что она от меня-то хочет? Я же ей не подружка радоваться, что её оплодотворил левый мужик. Мне наоборот… Подождите...На лбу выступает испарина...Я???
Во рту пересыхает, конечности разбивает противной слабостью. Вслух спросить не удается, и я просто тычу в грудь себе указательным пальцем, изображая глухонемого.
- Я не знаю, Рамиль, - хрипло шепчет Лена,- Мы с Игорем...за два дня до тебя, и...
Она передергивает плечами, щеки вспыхивают алым. Подходит официант с напитками, давая мне возможность медленно подобрать отвисшую челюсть, а Лене принять более здоровый окрас. Она делает глоток, и , откашлявшись, возвращается к деловому тону.
-В общем, я хочу узнать, и...
- А после не было? - выпаливаю, не подумав. Боже, я идиот. Это всё, что меня волнует?
- Это всё, что тебя волнует? - фыркает Лена раздраженно.
Ну, блин, Акунина, прости.
- Это НЕ ТВОЁ ДЕЛО, Рам, - поджимает губы Алена,- Но нет. Мы не то, чтобы помирились... Просто все эти разговоры про "дай мне шанс" и бла- бла- бла...Ну, знаешь же, как бывает...
Она делает неопределенный взмах изящной рукой.
- Игорь извинился и вообще...Наговорил там,- продолжает Ленка задумчиво, смотря куда-то мимо меня.
- Ладно, я понял,- перебиваю её, боясь, что она начнет пересказывать мне сопливые картавые оправдашки.
- Что улыбаешься? - с подозрением щурится Елена Сергеевна.
- Ничего,- качаю головой, и ухмыляюсь шире. Я пытаюсь перестать...Но не могу бл..ть. Картавый то на голодном пайке, оказывается. О, дааа!
- Ты тут не причем, не свети своей самодовольной рожей,- шипит Елена Сергеевна,- Просто у нас такой период в отношениях и...
- Я понял- понял,- киваю и честно стараюсь стереть улыбку с лица. Не могу. Не выдерживаю,- Что, не хочется с другим после папки?
Это вообще просто выражение такое, но...Теперь ехидством зацвела уже Алена.
- Пффф...Ну, насчет папки это ты прям в десяточку, Керефов,- щебечет ласково она.
Я мрачнею. Забыл. Мозг вообще как-то отказывается впитывать эту информацию. Я просто не знаю. Что делать, что говорить...Наверно, я должен, да...Но что? Я жду хоть какую-то подсказку от Лены. Вместо этого она тяжело вздыхает.
- В общем так,- говорит таким тоном, будто мы на деловых переговорах смету утверждаем. Сцепляет руки в замок и чуть подается ко мне через стол,- Я должна знать точно, чей это ребенок, прежде чем сообщать новость Игорю. Поэтому прошу тебя сделать тест на отцовство, чтобы без сомнений уже. Ты согласен?
Из этой речи я понимаю, что картавый ещё не в курсе, и мне выпала честь охренеть первым.
- Почему с меня начала? Игорек там вроде мечтал размножиться, - интересуюсь, постукивая ножом по столу.
- Потому что не хочу без надобности посвящать его в то...- опять краснеет,- что было. Я же не могу сказать, я беременна, но не факт, что от тебя.
- Ну да, ты же ему изменила, да, Аленушка? - тяну, чувствуя подкатывающую волнами злость. Это, значит, я ей сейчас должен о нежных чувствах картавого заботиться помогать. Так что ли? А о моих кто подумает?
- Формально, нет, мы же...расстались...тогда...- Лена отводит смущенно глаза.
Её что? Ещё и совесть мучает? Злость ощущается сильнее, металлическим вкусом перекатываясь на языке. Не понимаю, почему, но меня все это дико бесит! То, что она жалеет похоже, что так вышло, жалеет этого убогого Игорька, и себя, блин, наверно тоже жалеет, что связалась со мной...Бесит, Лена!
- Рамиль, пожалуйста,- Алена медленно поднимает на меня свои ведьмовские глаза, и у меня в груди болезненно щемит,- Это полчаса займёт всего...Просто сдадим завтра кровь и всё, ладно?
Я медленно киваю, хмурясь, и она шепчет одними губами "спасибо". Настроение опускается до минусовых отметок. Потому что...Потому...Лена, судя по всему, кроме анализов от меня ничего и не ждет. Не то, чтобы мне было, что ей предложить, но ведь она и не пытается спрашивать. Я для неё вообще чем-то от безликого стаканчика с донорской спермой отличаюсь?
- А дальше что? - хриплю глухо. Хочу допытаться, правильно ли я всё понял.
- Нууу,- Лена нервно заправляет за ухо мягкую светлую прядку и с преувеличенным вниманием рассматривает белую чашку чая в руках.
- Если это Игорь, то скажу ему,- и кидает на меня быстрый напряженный взгляд.
- А если нет? - подгоняю, наклоняясь к ней через стол.
Лена поджимает губы, смотря мне прямо в глаза, и тихо, но твердо заявляет.
-Аборт я делать не буду.
У меня даже дыхание спирает. Могла бы просто по яйцам врезать, че уж. Ты за кого меня вообще держишь, Елена Сергеевна? От кипучего возмущения только ноздри раздуваются. Охренеть- не встать. Одно дело, когда тебе батя в шутку дает оплеуху и басит, что ты «не дорос». Другое, когда женщина, которая тебе нравится...сильно бл..ть нравится, хлопая невинно глазами, заявляет, что ты настолько бездарь, что сейчас начнешь умолять об аборте, ещё и зная, что для неё это вообще больная тема, дети эти. Я... Я просто...Лена, блин! Кулаки сжимаются сами собой. Аленка пугливо косится на мои руки и начинает лопотать, делая только хуже.