Враг врагов (СИ)
Стасика замутило. Ему пришлось приложить титанические усилия, чтобы не опорочить образ великого властелина потоком хлынувшей изо рта рвоты.
— Никто никуда не поскачет! — заявил Гамал. — И никакого удара по Ангдэзии в обход войска тоже не будет. Чем нам бить-то? Мы останемся здесь и будем держать оборону. Это самый лучший вариант.
Но по лицу Гамала было видно, что он придерживается иного мнения. Старик, похоже, не верил в успех. И Стасик его не осуждал. Потому что он и сам погряз в таком же пессимизме. Им не выстоять даже против одной армии. А когда сюда нагрянут два огромных войска, в числе которых будет полно и паладинов, и черных рыцарей, и магов с колдунами, они просто сравняют старую крепость с землей, и никакое укрепление ее древних стен их не остановит.
Из всего этого кошмара Стасик видел только один выход — немедленный побег. Куда-нибудь далеко-далеко, на безлюдный тропический остров. Там, в окружении океана, он сможет почувствовать себя в безопасности. Будет лежать на песочке, кушать фрукты и наслаждаться покоем. И ни Ангдэзия, ни Кранг-дан его там не найдут и не достанут. Да и искать не будут. Что им, заняться больше нечем.
— О побеге думаешь? — спросила Синара, без труда сумевшая прочесть нехитрые мысли Стасика.
Тот виновато пожал плечами. О чем еще ему было думать? Не о том же, как дать бой двум огромным армиям. Он, слава богу, еще в своем уме. И отлично представляет, какой из него стратег, тактик и воин. А даже и будь он искусным полководцем, при таком численном перевесе противника надеяться не на что. Вот и остается только одно — немедленное бегство.
— Понимаю, — сказала Синара, и ободряюще похлопала его ладонью по плечу. — Мечтаешь о тихом и безопасном уголке?
Стасик кивнул головой.
— О тропическом острове?
Стасик согласно шмыгнул носом.
— Мечтаешь, как будешь лежать на песочке и кушать бананы?
— Это было бы чудесно, — признался Стасик.
— Покой, безмятежность, никаких врагов вокруг, — убаюкивала его Синара.
— Господи! Как мне этого не хватает! — простонал Стасик.
— Да, понимаю тебя.
— Давайте все поедем на остров, — взмолился Стасик. — Лаура, ты же сможешь нас перенести?
— Какой еще остров? — поморщилась волшебница. — Грядет битва. Грядет возмездие. Я буду искать его на поле боя. Он поплатится за свою подлость. Я….
Взгляд Лауры затуманился бешенством. Она сжала кулаки и оскалила зубы, напомнив в этот миг какое-то дикое животное. Стасик невольно попятился от милой девушки, лишний раз задавшись вопросом — чем же так сумел Колька разозлить свою бывшую подругу? Школьный садист был тем еще негодяем, и тому же Стасику он сделал много-много зла. Но в случае с Лаурой все было куда серьезнее. Стоило той вспомнить своего Коленьку, как волшебницу начинало трясти.
— Знаете, на острове тоже хорошо, — робко подсказал Стасик. — Мы могли бы перегруппироваться, придумать план. Просто отдохнуть. Ну, там. На острове.
— Стасик, Стасик, — Синара приобняла его за плечи и похлопала ладонью по груди. — Милый Стасик. Ты совсем забыл о главном.
— О чем? — пискнул Стасик. — О чем я забыл?
— О том, что за тобой идет нечто. И от него не спрятаться ни на каком острове.
У Стасика едва не подкосились ноги. Он ведь и вправду забыл об этой потусторонней твари. Она полностью вылетела у него из головы. А ведь о ней-то ему и следовало беспокоиться больше прочего.
Стало ясно, что остров не вариант. Стасик представил себе, как лежит на пляже, кушает банан, весь такой безмятежный и счастливый, и вдруг на его тушку падает черная тень. Он приоткрывает глаза и видит над собой… ну, вот его.
— Господи, да за что мне все это? — воскликнул Стасик в отчаянии.
Света стала утешать его и врать, что все будет хорошо. Остальные, оставив властелина наедине с его чувствами, отошли в сторонку и продолжили совещание.
— Синара, ты давно живешь на этой земле, — сказала ей Лаура. — Как насчет здешних тварей? Можно ли найти с ними общий язык? Я понимаю, что это звери, но и зверей можно подчинить.
— Это непростая задача, — покачала головой мертвая принцесса. — Здешние обитатели издавна пьют ядовитую жидкость из черных луж. Она наделила их высокой устойчивостью к магии. К тому же они терпеть не могут света. Чем темнее ночь, тем больше шансов призвать их на битву. Хотя контролировать этих существ невозможно. Разве что натравить на наших врагов, а самим отсидеться в крепости. Впрочем, я сомневаюсь, что это получится. Да и сил потребуется очень много. У меня таких и близко нет. У тебя тоже.
Лаура медленно повернула голову и посмотрела на Свету, которая тщетно пыталась успокоить рыдающего Стасика.
— А как насчет нее? — спросила волшебница.
— Демон, значит… — задумчиво протянула Синара. — Она сильна, это факт. Но она как ребенок — ничего не умеет. А на ее обучение у нас нет времени.
Тут в разговор вклинилась Риана:
— Можно мне сказать? Можно? Я знаю, что может помочь. Единство. Вы ведь знаете, что это такое. Я только читала о нем, но сама не умею. Но вот Лаура….
Она вопросительно взглянула на волшебницу. Та, нахмурившись, проронила:
— Единство, говоришь. Ну, я имею о нем представление, и, наверное, сумела бы создать руну, вот только….
Она покосилась на Свету, а затем на Синару.
— Сумела бы, будь мы все людьми. Но одна из нас мертвец, а вторая вообще какой-то демон. И очень сильный демон. Это может плохо кончиться.
— Оно, вроде, и так кончится плохо, — напомнила Риана. — Когда сюда пожалуют обе армии, они нас просто перебьют. И никакие припасенные трюки их не остановят.
Лаура, помрачнев, вынуждена была признать правоту Рианы. Ведьма говорила дело — им не выстоять. Но применить Единство в компании демона и нежити… Лауру передернуло. Об этом даже подумать было страшно. Вся эта процедура могла завершиться очень плохо. Прямо очень-очень. Слить воедино силы человека, нежити и демона это как взять одну взрывчатку, добавить вторую и бросить все это в костер. Придется применить все свои знания и умения, чтобы удержать под контролем подобную мощь. А удерживать придется ей. Света ничего не смыслит в магии, а Синара вообще странная.
— Мне нужно это обдумать, — сказала Лаура. — Возможно, мы и попытаемся. В иной ситуации я не стала бы прибегать к подобному методу, но обстановка вынуждает идти на крайние меры.
Она подошла к рыдающему Стасику и строго потребовала:
— Эй, повелитель соплей и слез! Прекращай позориться. Если тебя в подобном виде узрят твои новые подданные, они могут заподозрить, что им подсунули липового властелина. Они народ простой, и едва ли поймут твою сложную импульсивную натуру. Вытри нос и надень свой наряд. Властелин должен выглядеть подобающе.
— Вот-вот, — поддакнул Гамал. — Ты уже большой. Стыдно вести себя как дитя.
— Могли бы поддержать и утешить! — обиделся на них Стасик. — От вас доброго слова не дождешься.
Лаура хищно оскалилась и сообщила:
— Скоро сюда пожалует войско добра и света. Ты услышишь от этих добряков много теплых словечек. Так много и таких теплых, что задымишься и обуглишься.
— Перестань пугать Стасика! — потребовала Света. — Ничего не случится. Мы выстоим. Никто не обидит Стасика.
Хотелось бы и Стасику в это верить, очень хотелось. Но желающих обидеть его выстроилась целая очередь. Их было слишком много. Кому-то одному, да удастся. А в худшем случае сразу всем. Притом он не знал, кого ему бояться больше — добряков, злодеев или монстра с того света. Все его враги выглядели одинаково кошмарно.
Тут к нему подошла Злюка, строго взглянула на Стасика и потребовала:
— Соберись с духом, Свинорыл. Ведь именно в столь роковые моменты выковывается слава истинного вождя. Отринь страх и стисни булки. Грядет великая битва. С нее начнется покорение сего мира и превращение оного в выжженную пустыню. У тебя впереди много славных дел, Свинорыл — стольких нужно убить, столько пожечь и порушить. Не смей раскисать раньше срока! Кто еще сумеет превратить этот мир в филиал преисподней? Кто, если не ты?