Любимая адептка Его величества (СИ)

Но вместо этого я стоял в галерее современного искусства и разглядывал тот самый сказочный портрет.
Красивый, яркий, метафорический! Филиния Сонтор предстала на картине в образе «воплощённой магии» — она была отчасти женщиной, отчасти стихией. Вокруг её головы ярко мерцали семена дара, а у ног расстилался этакий золотой ковёр.
Ковёр был соткан из монет и артефактов. Критики утверждали, что он символизируем наносное и бренное, в отличие от семян.
— М-да, — глядя на картину, протянул я.
И впервые поинтересовался именем этого… учитывая последние события, это даже не художник, а какой-то писун маслом! Тиш Скромный. Ошибаюсь, или современники признавали за ним пророческий дар?
Картина была написана во времена молодости Филинии, и стала едва ли не последней за авторством Тиша. Сам Скромный давно умер, не оставив потомства и предварительно уничтожив все личные записи и даже черновики.
Теперь я стоял и гадал — предсказание или совпадение? А если предсказание, то что оно означает?
Ещё и тот случай в Хранилище… Ведь его так и не смогли объяснить.
Пока я разглядывал картину, служащие галереи держали этот зал закрытым для остальных посетителей. Но одного, особо настырного, пустили — это был Тонс.
— Ну как? — услышав шаги побратима и обернувшись, осведомился я. — Всё сделал?
— Разумеется, — ответил тот с лёгким поклоном.
Тоже остановился возле портрета, и я вдруг понял важное.
— Распорядись, чтобы это, — я кивнул на творение Тиша, — прямо сейчас сняли с экспозиции. Убрать портрет до моего личного распоряжения.
Побратим помедлил и кивнул.
Он ушёл и быстро вернулся обратно. Пока служители галереи бегали к главному и вызывали мага, ответственного за сеть безопасности, которую необходимо отключить, чтобы снять картину, Тонс сказал:
— Там твой секретарь стонет.
— Что случилось?
— Его завалили прошениями о встрече и письмами.
— Что в письмах? — уточнил я.
— Разное, но в основном это касается леди Маргариты Сонтор.
— А кто напрашивается на встречу?
Тонс принялся перечислять.
Он говорил, а я кривился всё больше. Герцогство Сонтор действительно очень большое, и там, в силу обстоятельств, кое-что уже распределено. Договорённости были предварительными и без гарантий, но теперь некоторые мои подданные занервничали. Кстати, правильно!
— Чего они хотят? — буркнул я. — Раз появилась наследница, то всё отменяется.
— Георг, это будет грызня, — отозвался побратим вполголоса. — И сильное недовольство тобой. Коалиция, сам знаешь.
— И что теперь? Что они предлагают?
— Пока ничего. Учитывая тот факт, что она прошла проверку на родство…
Я перебил.
— Единственный способ избавиться от леди Маргариты Сонтор — убить. Но есть два момента: во-первых, её охраняют артефакты, во-вторых, я категорически против. Убийство невинных женщин — это неправильно в принципе, а Маргарита…
— Ты уверен, что она невинна?
Врать побратиму я не стал и сделал неопределённый жест. Нет, не уверен. Но думаю, что скоро узнаю наверняка.
— Леди ничего не нарушала, — озвучил я. — Она наследница и, в потенциале, очень талантливая магесса.
— Её можно выдать замуж за правильного человека, — Тонс понизил голос до шёпота. — Решить проблему с герцогством таким способом.
— Нет, — не задумываясь, отрезал я.
Никаких принудительных свадеб! Никакой делёжки! Никаких попыток вернуть обстоятельства в прежнее русло. Я перечислил фамилии и добавил:
— Сам с ними встреться. Объясни доходчиво, что все планы отменяются, а того, кто посмеет сделать хоть что-то плохое девице Сонтор, я самолично придушу.
  
3
 
На долгую секунду во мне вспыхнула ярость, а по губам побратима вдруг скользнула лёгкая улыбка. Почти невесомая, но я заметил!
— Что? — рявкнул тихо.
Тонс сначала хотел отвертеться, но в итоге прозвучало:
— Говорят ты сегодня носил леди Маргариту на руках. С чего бы вдруг?
— Намекаешь на симпатию? — парировал я.
— Ни на что не намекаю, — по губам Тонса скользнула новая улыбка. — Просто спрашиваю.
 
— Носил потому, что это было необходимо, — всё-таки объяснил я. — И понесу снова, если потребуется. И отчитываться перед теми, кто, развесив уши, слушает сплетни, не буду.
Пауза, и побратим резюмировал, метнув предварительный взгляд на картину:
— Нравится.
Глупый вывод. Но не вижу смысла что-либо отрицать.
— Ты сделал, что я просил? — повторил изначальный вопрос я. — Всё получилось?
— Да, ваше величество, — Тонс жеманно поклонился.
— И как?
— Мм-м… — отозвался он, сияя уже не сдержанной, а самой лучезарной улыбкой.
— Ладно, по дороге расскажешь, — я кивнул на выход и быстро зашагал к нему.
Навстречу как раз бежали хранитель галереи с сотрудниками и с дежурным магом. Дежурный маг охранную сеть, разумеется, не снимет, но тем не менее. Решат.
Вообще неважно. Главное, чтобы эту метафорическую Сонтор с «бренными» артефактами убрали. А то мало ли какой сплетней обернётся поистине шедевральное полотно.
Маргарита
Визитёром оказался Тонс — загадочная, как по мне, личность. Во время нашей первой встречи он вроде выполнял функцию телохранителя королевы, а потом Филиния сказала, что этот симпатичный брюнет с поломанным носом — близкий друг и побратим короля.
Увидав Тонса в гостиной фамильного особняка Сонторов, я всё-таки растерялась, но дальше — больше. Тонс протянул мне небольшую продолговатую коробочку со словами:
— Георг просил передать.
Что внутри? Там обнаружился браслет в виде тонкой цепочки и записка, в которой значились два слова «Шёпот Неуязвимости». Моё лицо после прочтения вытянулось. Филиния, заглянувшая через плечо, тоже не поняла.
Ну а Тонс…
— Этот браслет носится на щиколотке. Это для леди Маргариты, лично, без передачи другим лицам и без наследования. Юридически артефакт по-прежнему принадлежит роду Эстрил, и его необходимо вернуть, когда… придёт время.
Я немного запуталась, но после паузы до меня дошло. Не наследуется! То есть вернуть, когда скончаюсь?
Захотелось отдать браслет немедленно, припечатав Тонс недобрым словом, но что-то остановило. Ситуация была, с одной стороны, логичная, а с другой вопиющая. Разве приличные люди могут поступать подобным образом? Ведь точно нет!
— Вещь очень ценная, — добавил Тонс, — поэтому, если не возражаете…
С этими словами он достал из внутреннего кармана камзола уже составленную расписку на моё имя, где обозначался факт передачи и гарантия возврата артефакта.
Я поняла, что опять закипаю, однако взорваться себе не позволила. По кивку бабушки я вооружилась пером — тем, что высасывает кровь из пальца — и подписала.
— Было очень приятно повидаться с вами, леди Маргарита, — заявил Тонс.
Кивнул бабушке и добавил:
— Леди Филиния.
— Передайте его величеству Георгу нашу благодарность, — отчётливо скрипнув зубами, ответила герцогиня.
Тонс ушёл, а я аж подпрыгнула от возмущения. Я не претендовала на какие-либо подарки, и вот такая передача «под подпись» по-прежнему была логична, но блин! Меня действительно задело. Этой распиской Георг словно намекал, что я — я! — могу его обмануть.
— Вот ведь жлоб — не выдержала я. — Подарил, а чувствую себя как оплёванная.
— Всё не так уж плохо, — отозвалась Филиния. Но выглядела леди не многим возмущённее меня.
После этого мы отправились в библиотеку и заглянули в уже знакомую книгу. На странице с описанием «Дыхания Неуязвимости» пометок о том, что у браслета имеется пара не было.
Зато в следующем разделе — том, где перечислялись штуки, которые носят на ноге, — мы отыскали и изображение принесённой Тонсом цепочки, и ремарку, сделанную очень мелким почерком: «симбиотирует с Дыханием Неуязвимости».