Охотники красной луны (сборник)
Марш взял оружие и потянул рукоять меча.
– Смотрите, это не обычный меч.
– Ничего сверхъестественного в нем нет, - возразила Райэнна. - Даже не будучи специалистом в области оружия, я могу с уверенностью утверждать, что никак не меньше чем на четырех известных мне планетах применяются точно такие же мечи.
– А вот я утверждаю, что это совсем не так, - не согласился Марш, бережно вынимая из ножен клинок и держа его перед собой так, что вытянутая рука и меч превращались как бы в единое целое. Полюбовавшись сиянием стали, Дэйн опустил клинок и добавил: - Обратите внимание на изгиб лезвия! Фактически оно, как бы это сказать, лукообразное… Согласен, форма удобная, и многие во вселенной, вероятно, используют ее. Могу сказать, что такое оружие существует и на моей планете. Но вот то, как и из чего изготовлено лезвие, заслуживает особого внимания. Здесь использован ковкий податливый металл в сочетании со сталью великолепнейшей закалки. Видите извилистую линию, по которой металл как бы меняет цвет? У нас говорят про клинки - острый как бритва. Так вот, бритва - ничто по сравнению с этим лезвием. Мне случалось видеть, как человек, в совершенстве владевший оружием, разрубал шелк кимоно, не поцарапав кожи того, на ком оно было надето. Каждый народ полирует зеркало меча по-своему, и, зная эту технику, ошибиться невозможно. К тому же взгляните на эфес! Акулья шкура обернута шелковым шнуром совершенно особым образом. Меч сделан на Земле, - заключил Марш. - Совпадений я не допускаю. Но если требуется абсолютное доказательство… - Ловкими, но очень осторожными движениями Дэйн размотал шнур и снял покрытие, а затем повернул клинок таким образом, чтобы надпись на хвостовике меча была видна всем. - Это меч японского самурая, работы Матагучи тысяча пятьсот семьдесят второго года… Наверное, один из самых лучших. Мне попадались и другие мечи Матагучи, но ни один из них не мог бы сравниться с этим!
– Значит, меч привезен с твоей планеты? - спросила Даллит с искренним волнением.
– Именно так, - мрачно произнес Дэйн. - Четыреста лет назад. Самураи - дворяне, считавшиеся самыми яростными и искусными фехтовальщиками в мире. И кто-то… Нечто приземлялось на Земле, и один из самураев был привезен сюда в качестве священной дичи.
Марш с обожанием оглядел клинок, прежде чем установил на место покрытие рукояти. Райэнна потянулась к лезвию, но Дэйн поспешил отстранить руку женщины.
– Не прикасайся, если не хочешь потом поднимать свои пальцы с пола, - сказал он. - Говорю же, бритва рядом с таким лезвием все равно что безнадежно тупой нож рядом с бритвой. Клинок немного пострадал от того, что долго висел на стене при повышенной влажности. Как бы хорошо робот, или кто бы там ни было, ни заботился об оружии, по-настоящему это может делать лишь хозяин… - Марш аккуратно вернул меч в ножны. - Не завидую тому охотнику, - хотя не знаю, черт возьми, что они за звери, - которому довелось схватиться с самураем, вооруженным таким вот мечом… Воина могли убить - его конечно же скорее всего убили, - но жизнь свою он продал дорого…
– Может быть, он оказался одним из тех, кому удалось спастись? - предположила Райэнна. - А меч повесили здесь в честь его победы?
– Нет, если я что-нибудь понимаю в самураях, - тихо сказал Дэйн. - Живой он бы взял меч с собой, куда бы ни собирался отправиться потом. Меч самурая - его душа. Чтобы взять ее, пришлось бы его убить.
Марш постоял еще немного, держа в руке ножны. Меч Матагучи - на Земле он стал бы бесценным музейным экспонатом или лелеемой реликвией японской семьи - был длиннее и тяжелее любого из клинков, которые держал когда-либо в руках Дэйн. Ему уже долгие годы не доводилось упражняться в искусстве владения мечом в японском стиле. И вообще, ему следовало бы попробовать не меньше полудюжины клинков подобного типа, чтобы выбрать себе по руке.
Но Дэйн непонятно почему оказался зачарован образом безымянного японского фехтовальщика, жившего в шестнадцатом столетии, похищенного, как и сам Марш, и привезенного сюда, на край галактики, чтобы сразиться с невероятным, немыслимым противником.
– Думаю, что я уже выбрал, - сказал землянин. - Может быть, это добрый знак.
Повернувшись к Клифф-Клаймеру, он спросил:
– А каким оружием ты воспользуешься?
Марш уже стал привыкать к тому, как кривится в презрительной усмешке верхняя губа мехара.
– Оружием? Мне нужно только вот это, - произнес человек-лев, выпуская из огромных лап длинные, изогнутые, острые как бритва когти, блестевшие, точно… да нет, так оно и было, когти мехара действительно покрывал металл.
«Точно зуб под коронкой, - подумал Дэйн. - Только куда опаснее».
– Я готов схватиться с любым вооруженным существом, причем оно окажется подо мной раньше, чем успеет моргнуть глазом.
Дэйн удивленно поднял бровь:
– Ну, парень, да у тебя, похоже, и боевой клич уже готов? Вот только объясни, зачем же вы тогда пользовались на корабле ружьями с нервно-паралитическими зарядами?
– Они нам нужны для того, чтобы пасти стада, - ответил мехар с презрением. - Я принадлежу к военному клану и пролил кровь врагов в сотнях дуэлей. Это… - Клифф-Клаймер фыркнул и кивнул в направлении оружия, висевшего по стенам, - для тех, кого судьба обделила природным оружием. Наши когти и зубы не сразу превратились в то, что они из себя представляют теперь… Да и ваши - тоже! А ведь вы сами сделали выбор, начав пользоваться искусственным оружием, и понимаете, чем вам теперь приходится платить за это.
Дэйн пожал плечами:
– Каждому свое… в том числе и оружие.
– Если вспомнить историю, - поспешила Райэнна, которая никогда не упускала возможности съязвить, - обезьяноподобные никогда не обладали таким уж мощным природным оружием. Нам пришлось пошевелить мозгами, чтобы найти способы защиты.
– Ну, такова ваша версия, - невозмутимо ответил Клифф-Клаймер. Определенно, его трудно было переубедить.
– Ладно, допустим, что это меня не касается, - совершенно серьезно произнес Дэйн. - Но представь себе, что на тебя пойдет охотник с длинным копьем или тому подобным оружием?
Мехар немного подумал, а потом сказал:
– Я положусь на их честь и любовь к состязаниям.
– Блажен, кто верует, - пробурчал Дэйн.
Тем временем Аратак, упорно изучавший длинный ряд оружия, явно выглядел совершенно неудовлетворенным.
– Мы народ мирный, - сказал он. - Я в оружии ничего не понимаю. Нож хорош, чтобы овощи почистить или рыбу разделать. Должен я подумать обо всем этом… - Ящер посмотрел вдаль, туда, откуда незнакомцы, смутно напоминавшие мехаров, только что ушли, оставив свое оружие. - Может, избрать самую тяжелую дубину, какую я только смогу поднять? Если учесть мой собственный вес, то я смогу проломить голову любому, кто нападет на меня. Если же у меня это не получится, что ж… выходит, таков Божественный промысел Всевышнего Яйца. И я должен окончить свои дни, найдя лютую смерть в чужой стране… Впрочем, так я скорее присоединюсь к его бесконечной мудрости. Думаю, мне и пытаться не стоит освоить хоть какое-нибудь из этих неведомых мне орудий.
Дэйн подумал, что Аратак, пожалуй, прав. Представив себе вид ящера, у которого в лапах самая тяжелая дубина, которую тот смог бы поднять, Марш решил, что если Аратак попадет между глаз хотя бы и риноцерусу, то сумеет раскроить ему череп. Трудно было вообще представить себе создание, которое Аратаку не удалось бы убить.
Бережно прижав к груди меч самурая, Дэйн обратился к женщинам.
– Мне все это кажется каким-то нереальным, - сказал он. - Фехтование там, где я живу, - спорт или игра, никто не полагается на меч, если ему приходится бороться за свою жизнь.
– Я помню, ты рассказывал, что на твоей планете было много войн, - проговорила Райэнна.
– И сейчас воюют все кому не лень, но обычно стараются применять для этого бомбы, снаряды, на худой конец автоматы. Даже и штыки-то из моды вышли. Полиция пользуется револьверами чаще, чем дубинками. - Марш огорченно вздохнул и нахмурился. - В фехтовании я разбираюсь куда лучше любого среднего землянина, не державшего в руках ничего страшнее и убийственнее, чем «Wall street journel»[2].