Апостол Кармы (СИ)
— Не то слово.
А теперь вопрос второй: знают ли сами работники о том, что им причитается надбавка? Ведь если всё происходит добровольно, и людям таким образом предлагается подзаработать на свой страх и риск — это одно. Можно включить режим человечности и всепонимания. А вот если разница оседает в кармане вышестоящего ублюдка…
— Альберт Маркович Дандевиль, — Брюллов подсветил фотографию начальника ЖКХ на пробковой доске. — Вот он.
— Какая противная рожа…
— Идут вроде! — крикнула Варвара, всё так же выглядывая из окна.
И впрямь. Наш старший, — и покамест единственный, — оперативник героически вышел в бурю, схватил первого попавшегося паренька-уборщика и уже тащил его за собой по мосту.
— Пойду встречу, — сказал я, взял свечу и спустился на первый этаж.
Ещё пара минут и дверь открылась.
— На каком основании вы меня задерживаете⁈
— Да никто тебя не задерживает, — сквозь зубы процедил мокрый Саныч. — Просто поговорить хотим.
— Я требую, чтобы при разговоре присутствовал мой адвокат!
— А он у тебя есть?
— Нет, но…
— Но вот и не нужен он тебе, значит.
— А я знаю, что вы задумали! Знаю, да-да-да! Я подданый Российской Империи! Официально! Мне бояться нечего! Все документы в полном порядке, просто они сейчас дома! Вы ещё прощения просить будете! — загорелый от природы парнишка задержался в дверях, снял с себя тюбетейку и выжал её за порог. — Что⁈ — парень поймал на себе мой взгляд. — Что вас так удивляет⁈
— Да ничего, по правде говоря.
— Хозя-я-я-яин, — парень нахлобучил тюбетейку обратно и изобразил акцент. — Работа, дэнги, плов кющать. Так я, по-вашему, должен разговаривать⁈
— Отнюдь.
— Я русский язык в школе учил, как основной! Понятно⁈
— Понятно, — кивнул я. — А ещё мне очень нравится ваш боевой настрой. Пойдёмте. Выясним, не обманывает ли вас работодатель…
Паренька звали Джон. Ну… на самом деле Бободжон, да и не такой уж он «паренёк» оказался, просто выглядел очень молодо. И прежде, чем перейти к главному, мы узнали о нём самое основное.
Итак: работа в коммунальных службах была для Джона не главным источником дохода. С сентября по июнь он трудился физруком в местной школе, а вот летом выкручивался как мог. Вёл кружок по борьбе, иногда курьерил, а иногда выходил с метлой на улицы.
— И ничего постыдного я в этом не вижу!
— Да успокойся ты уже, — попросил я. — Мы на твоей стороне. Ксюш, объясни пожалуйста.
И Ксюша объяснила. И чем дольше она объясняла, тем шире становились глаза Бободжона. Да, требовать адвоката — это одно. Это мы все в фильмах видели. А вот на то, чтобы всерьёз разобраться в собственных правах, когда у тебя три работы и четыре ребёнка… на это крайне трудно найти и время, и силы.
— … именно поэтому мы с тобой и хотели поговорить, — сказал я.
— Ага, — кивнула Ксения Константиновна. — Скажите, Джон, вас часто вызывают работать в непогоду?
— Часто, — а парень аж кулаки сжал. — Я бы даже сказал «всегда».
— А зарплату за подобные выходы индексируют?
— Пятьсот рублей сверху накидывают.
— То есть не в полтора раза?
— Не в полтора…
Ну вот и всё. Альберт Маркович официально мразь. Можно ехать, да брать. Помнится, у меня на повестке дня стоит господин Терентьев, что норовит ударить ниже пояса, но… раз уж подвернулся Дандевиль, пусть будет Дандевиль. Для затравки.
— А не хотел бы ты дать показания?
— О да-а-а-а, — протянул Джон. — Ещё как хотел бы.
— Отлично. Михал Михалыч?
— Да, Ваше Сиятельство?
— Нам бы на арест выехать. Желательно толпой, чтобы у господина Дандевиля не возникло мыслей сопротивляться, и не пришлось решать вопрос «силовыми методами». Справишься тут один?
— Ох, — усы тайника поникли, как моржовые бивни. — Совсем один? Может, Её Благородие Варвара Викторовна останется и поможет мне?
Недавней ссоры и оскорбления Семёновского полка как не бывало. Панкратов может и не простил, а вот его либидо оказалось очень отходчивым.
— Хорошая мысль, — подыграл я. — Варвара Викторовна, останьтесь.
— Эй! Я вам тут не нанималась!
— Вроде бы нанимались, — напомнил я. — Официальное трудоустройство в отдел под патронажем Его Величества всё ещё интересует? — и крыть тут нечем. — Так… Виталя!
— Да?
— Подгони машину ко входу…
* * *— Ну же! — Альберт Маркович сжал зубы.
Пускай у него в доме электричество не вырубило, он всё равно сидел в темноте. В спущенных по колено штанах и с кружкой давным-давно остывшего чая под рукой. В лицо светил монитор. По окну стучал дождь, в барабане стиральной машины тухло мокрое бельё, а на кухне в раковине откисала примерно вся посуда, что только есть в доме.
Дандевиль был занят. Играл.
— Ну же, ну же, ну же…
Покерный турнир на выбывание был в самом разгаре. И пускай Альберт Маркович всю дорогу потихонечку сливался, сейчас у него появился настоящий шанс удвоиться, — а там, глядишь, и в лидеры выйти. В руку начальнику ЖКХ зашли два туза. Самая сильная из возможных комбинаций.
«Прочь эмоции!» — решил для себя Дандевиль: «Следуем науке!»
Первые три карты ещё не легли на стол. А потому чтобы не спугнуть других игроков, Альберт Маркович не стал борзеть. Едва ощутимо повысил ставку, однако в ответ нарвался на настоящую агрессию.
— Отлично!
Его перебили.
Раз перебили, два перебили, — всё выше, и выше, и выше.
Слово за слово, фишками по столу, и пользователь под ником «DENCHIK_NIGREANOV_1974» выставился против него на всё. И вот теперь-то наконец настал момент истины. Электронный крупье сгрёб электронные фишки в электронную кучку и вскрыл карты игроков.
— Ах-ха-ха! — Дандевиль аж в ладоши хлопнул. — Семёрки!
Против его пары тузов играла пара семёрок.
— Сюда, блин! — крикнул Альберт Маркович и ради такого даже стянул с себя штаны. — Ах-ха-ха-ха!
А на стол тем временем легла невнятная чушь: два, четыре и валет разной масти.
— Ну же!
За ними десяточка.
— НУ ЖЕ!!!
И-и-и-и…
— НЕ-ЕЕЕЕ-ЕЕЕТ!!! — финальной картой на стол прилетела семёрка. — ДА КАК⁈ — от эмоций, Дандевиль вскочил на ноги и чуть было не ударил монитор. — КАК ТАКОЕ ВОЗМОЖНО⁈
Хотя прекрасно знал, как такое возможно. Изучал теорию, согласно которой генератор случайных чисел отнюдь не случаен. Пускай покер — меньшее из азартных зол и в какой-то мере даже спорт, казино никогда про себя не забывает. Казино выгодно, чтобы турнир побыстрее закончился, и для этого слабые игроки должны побыстрее вылететь из-за стола. Вылететь, чтобы поставить заново.
Вот только…
— НЕТ!!!
Вот только Альберту Марковичу теперь было нечего ставить. Весь сегодняшний навар с подметания улиц во время бури ушёл в карман «DENCHIK_NIGREANOV_1974».
— Чёрт…
Дандевиль упал обратно в игровое кресло. Руки коммунальщика тряслись как с перепоя, а на лбу выступил холодный пот. Сеанс получения быстрого дофамина окончен, и вокруг сомкнулась мрачная реальность. И здесь, в этой реальности, он был должен.
Зависимость разрушала его жизнь уже давно. Причём история банальна донельзя. Сперва на развлечения Дандевиля шли «свободные» деньги, потом пошли «несвободные» и пришлось ужиматься в быту. Стало обидно. Долго ли, коротко ли, для того чтобы отыграться был взят первый кредит.
И вот тут Альберту Марковичу бы остановиться, отдышаться, смириться и завязать. Однако перемены в мышлении уже произошли. Вернуть долг обычным способом представлялось чем-то слишком долгим, трудным и, — главное! — нечестным. И потому требовалось именно что отыграться.
Второй кредит, третий, четвёртый. Когда банки отказались финансировать дальнейшую игру Альберта Марковича, в ход пошли микрозаймы.
В этот момент у Дандевиля ещё был шанс на спасение. А именно — банкротство. Да, он потерял бы всё своё имущество, зато получил бы второй шанс. Однако… нет. Точка невозврата была пройдена в тот момент, когда Альберт Маркович занял у людей. У очень и очень серьёзных людей, имена которых страшно произносить вслух.