Перед рассветом (СИ)

А Света лежала рядом с каменной площадкой. Она не шевелилась.
— Света! — позвал я.
Юсупов снова рассмеялся.
— О! Господин Барятинский, кажется, изволили прогулять несколько уроков по Изначальной магии. Отвлекли государственные дела, не иначе. А вот если бы вы потрудились изучить сей предмет глубже, то знали бы, что оператора, работающего с материей Изнанки, ни в коем случае нельзя отвлекать. Это выбьет его из реальности. Что, собственно, и произошло с вашей протеже, — Жорж ткнул рукой в лежащую неподвижно Свету. — Она очнется нескоро. Только вот знаете что, господин Барятинский? — глаза Юсупова, горящие безумием, уставились на меня. — Для завершения ритуала вовсе не нужно, чтобы это милая девушка приходила в себя! Она сделала главное — призвала энергию и направила её. А дальше оператор как таковой уже не нужен. Дальше Изначальная магия всё сделает сама.
— Врёшь, — хрипло проговорил я. — Вихри разлетелись в стороны!
— Ненадолго, господин Барятинский, — Жорж мерзко ухмыльнулся. — Ненадолго!
Я присмотрелся. И с подступающим ужасом понял, что разлетевшиеся было вихри снова начали сближаться.
— Это подобно локомотиву, — любезно объяснил Жорж. — Ваша милая барышня поставила его на рельсы и разогнала до предельной скорости. А дальше локомотив катится сам. Её вмешательство уже не требуется.
— И что же произойдёт после того, как близняшки объединятся? — резко спросил я. — Колоссальный выброс энергии, верно? Только не светлой, а тёмной… Света ошиблась! Думала, что высвободит Свет — а на самом деле это будет Тьма… Так ты поэтому здесь? Ты специально притащил Злату сюда! Ты хотел, чтобы ритуал был проведен в этом месте — там, где ткань мироздания уже истончилась. Ты хотел напитаться энергией так, чтобы суметь противостоять нам — Воинам Света. Чтобы к прибытию моего отряда быть во всеоружии и не позволить нам заткнуть прорыв!
— Браво, господин Барятинский, — Жорж изобразил издевательский поклон. — Поздравляю — вы угадали почти всё, ошиблись лишь в одном нюансе. Однако есть и плохая новость: вместе с этим знанием вы подохнете. Прощайте!
С этими словами Жорж вскинул руку.
Это был не Таран — от Тарана я сумел бы укрыться. Меня просто подняла, отбросила на десяток метров и швырнула оземь какая-то невероятная силища. Такого уровня, с каким мне, кажется, ещё не доводилось сталкиваться. Всё, что я успел сделать — точнее, успел не я, а моя родовая магия — это смягчить падение. От удара о землю из меня не вышибло дух. И через несколько секунд я даже поднялся на ноги. Для того, чтобы увидеть ухмыляющуюся физиономию Жоржа. Он поднял с земли бесчувственную Свету. А возле её горла держал кинжал.
— Ещё шаг, Барятинский — и она умрёт. Я знаю, что по сути твоя подружка — не человек. Но тело у неё человеческое. А перерезанное горло — это перерезанное горло. Если хочешь, чтобы она осталась жива, не мешай мне.
Вихри над головой Златы и Агаты продолжали сближаться. Мне показалось, что они ускорились.
— Одна минута, — проследив за моим взглядом, подтвердил Жорж. — Через минуту ритуал завершится. Что мне делать дальше я, откровенно говоря, пока не решил. Вероятнее всего, не буду убивать тебя сам. Я позволю Тьме самой сожрать этот лакомый кусок. А после дождусь прибытия твоих бойцов и расправлюсь с Тьмой у них на глазах. Я хочу, чтобы все увидели, как я это сделаю! Я, а не ты!
— Это и есть твой нюанс? — обалдело спросил я.
Жорж горделиво промолчал.
— Ты дурак?
Я даже не сразу понял, что он говорит серьёзно. Что ждёт завершения ритуала для того, чтобы получить силы. А после этого самостоятельно расправиться с Тьмой.
— Ты действительно думаешь, что Тьма позволит тебе победить себя? Полагаешь, то, что дало тебе силу, будет терпеть твои идиотские выходки?
— В прошлый раз так и было. Я победил Тьму!
— Прошлый раз был театральным представлением, идиот! Ты победил Тьму потому, что этого хотела Тьма. Она просто поддалась тебе. Позволила почувствовать себя победителем. Тьма позволяет тебе многое — пока. Ровно до того момента, пока не накопит достаточно энергии. Пока не решит ударить в полную силу. Ты — чёрный маг. Ты не владеешь оружием Света. Что ты собираешься противопоставить Тьме — кроме собственных амбиций?
 
— Тьма покорна мне! — прошипел Жорж. — Я с каждым днём становлюсь всё сильнее! Это я буду тем, кто остановит Тьму! Я — слышишь⁈ Это я стану героем отечества! А о тебе все и думать забудут.
— Господи, какой же ты идиот, — я схватился за голову. — Так это всё — лишь ради того, чтобы стать героем⁈ Чтобы переплюнуть ненавистного Барятинского?
— Я — Избранный! Сила переполняет меня! Ты сам видел, на что я способен! И это только начало!
— Ты — малолетний придурок! — рявкнул я. — Которому наглухо запудрили мозги. Откуда, по-твоему, берётся твоя сила?
— Я избран Изначальной магией!
— Да? Это сама магия тебе сказала?
Жорж надменно промолчал.
— Тебя используют, дурак! Не знаю уж, кто и что тебе нашептал, но избран ты лишь для того, чтобы провести в мир Тьму.
— Ложь! — взвился Юсупов. — Ты просто завидуешь мне! Ты хочешь сам быть на моём месте!
  
Глава 27
 
Это казалось каким-то бредом. Я бы даже подумать не мог, что болезненное честолюбие может завести так далеко. Но реальность, как это иногда бывает, переплюнула самые бредовые ожидания.
— Да в гробу я видал это всё! — рявкнул я. — Если бы мог выбирать, дрых бы сейчас в корпусе. Я сражаюсь с Тьмой не ради славы! Не потому, что хочу покрасоваться. А потому, что больше это делать некому.
Губы Жоржа искривились:
— О, да! Конечно. Тебе совершенно не льстит внимание поклонниц. Тебе наплевать на овации! На почести, которые тебе оказывают. На личное расположение Его величества. На то, что великий князь готов ловить каждое твоё слово, а великая княжна полжизни отдала бы за то, чтобы провести вечер наедине с тобой! Тебе всё это совершенно безразлично.
— Совершенно, — честно сказал я. — Вот, вообще. Я с огромным удовольствием уступил бы почести кому угодно… Слушай. Давай-ка мы вот как поступим. Немедленно прекратим это, — я указал на близняшек, — а потом дождёмся прорыва Тьмы. Прорыв закрою я, но в академии скажу, что его закрыл ты. Идёт?
— Не смей говорить со мной, как с грудным младенцем! — взревел Жорж. — Я сам стану победителем Тьмы! Сам!
Вихри над головами близняшек сходились всё ближе. Я не знал доподлинно, как остановить ритуал, но был уверен, что сумею это сделать. Если только Жорж подпустит меня к площадке. Если отпустит Свету, отвлечётся хоть на секунду…
— Государю императору — ура!
Вас когда-нибудь толкала под локоть двухкилограммовая чайка, несущаяся на полной скорости? Меня тоже нет. Но, вероятно, я поступил бы так же, как Жорж — выронил кинжал. Если острое лезвие и царапнуло Свету по горлу, то вряд ли нанесло серьёзный урон.
А я ринулся к близняшкам. Не придумав ничего другого, заставил цепь удлиниться и хлестнул ею по вихрям — уже почти слившимся друг с другом. Понятия не имею, какого эффекта ждал, действовал на чистой интуиции.
Но получилось эффектно. В том месте, где светового столпа, залившего каменную площадку, коснулась сабля Жоржа, этот свет почернел. А моя цепь произвела прямо противоположный эффект. Там, где она прорубила почти слившиеся вихри, в них будто ударила нестерпимо яркая белая молния.
Я ухватил близняшек за плечи — Злату левой рукой, Агату правой, — и отшвырнул их друг от друга.
Снова удар молнии — теперь в то место, где только что стояли девчонки. И вопль — слишком хорошо мне знакомый для того, чтобы остаться неузнанным. Тысяча демонов преисподней взвыли одновременно.
Я успел сделать шаг назад. Это меня спасло.
Отброшенные друг от друга близняшки синхронно поднялись и повернулись ко мне. В глазницах девушек плескалась Тьма. А в руках они держали светящиеся серпы.
До сих пор видеть личное оружие близняшек мне не доводилось. Ну и сражаться с голыми девицами не доводилось тоже, чего уж греха таить. Если не считать постельных баталий, конечно. Однако здесь и сейчас любовными утехами не пахло. Превратиться в единое целое близняшки не успели. Зато, судя по всему, Тьма успела проникнуть в них. Она пыталась выплеснуться наружу и тянула ко мне щупальца.