Под стеклянным колпаком<br />(Избранные сочинения. Т. I)

— Ты совсем забредил, Оскар, опомнись! Это у тебя вроде припадка!
Замаскированная женщина подошла к Дайбну и ласково стала гладить его по голове. Он оттолкнул ее и стал во весь рост. Это был тот удав с мерцающим фосфорическим взглядом, которого он только что описывал.
— Я презираю и ненавижу господ. Презираю и ненавижу и рабов, им подчиняющихся. И все, что я говорю — все я сделаю, и мир содрогнется от ужаса перед владыкой воздуха. Если русская балерина в эту ночь не сдастся на мои желания, я ее выброшу в океан. А по моей воле, по моему хотению, жалкий вырожденец Браганцского дома будет восстановлен на своем жалком престоле в своей жалкой игрушечной стране, а бунтующих революционеров, республиканцев, глупых забастовщиков я усмирю электрическими бомбами… Если я захочу, в войне Турции с Италией победит та или другая сторона, как мне захочется… я могу воцарить персидского экс-шаха, но могу и отдать его в руки фидаев, которые растерзают жирное тело тирана на мелкие куски… в каждой стране я могу возбудить революцию, поднять массы против власти или, если мне этого захочется, отнять от жалких рабов все их «свободы»…
— Капитан, — раздался голос худощавого молодого человека с большими горящими черными глазами. — Под нами проходит эскадра из пяти броненосцев, двух крейсеров и четырех транспортов. Флаг английский!
— Выкинуть боковую галерею! Приготовить прожектор силовых лучей! Джек! Скорее к нашим электрическим пушкам!
Оскар схватил за руки двух замаскированных женщин. — Пойдем смотреть на комедию!
Над волнующимся океаном неподвижно висел «Дракон», с галереи которого шайка пиратов с бокалами в руках смотрела вниз.
Английская эскадра шла кильватерной колонной, борясь со штормом.
— Выкинуть флаг! — скомандовал Оскар Дайбн. — Пусть «Дракон» заговорит!
На палубах английской эскадры высыпал весь экипаж, дивясь на невиданное воздушное судно, которое, посредством чудовищного мегафона, издавало неистовый рев, словно голоса тысяч сивучей соединились в одной гигантской глотке.
— Прожектор!
Один за другим, на глазах пиратов и двух замаскированных женщин, броненосцы обращались в клубы дыма и огня, в фонтаны металлических осколков. И гас огонь, и волны с седыми гребнями так же высоко поднимались, словно ничего не случилось.
Транспорты были уничтожены электрическими бомбами.
И безумно хохотал Оскар Дайбн в опьянении сверхчеловеческой властью, и вторили ему замаскированные женщины, и вторила вся шайка пиратов…
  
VII
 
Под водой
 
Розе Кондратий Невеселый сказал, что его великое изобретение пригодно и для постройки подводного судна.
В этом нет ничего невероятного. Раз открыт способ облегчать вес тела, доводить его до нуля и затем сообщать телу подъемную силу, то понятно, что, наоборот, можно увеличивать вес и, например, заставить предмет, плавающий по воде, погрузиться на дно. В современных подводных лодках это достигается накачиванием воды для спуска и выкачиванием для подъема, но с аппаратом Невеселого достаточно одного поворота рычажка в ту или другую сторону. Больше того, подводное судно может быть устроено так, что, спустившись в глубину, оно затем выплывет на поверхность воды и, наконец, поднимется над нею в воздух на большую высоту, с которой вновь бросится вниз и нырнет в морскую пучину.
Однако, Невеселый признавал неудобным совмещение воздушного корабля с подводным, так как в каждом должны быть свои специальные технические приспособления. Впрочем, для подводного судна он считал необходимым и подъем его на воздух. Таким образом, получалось идеальное грузовое судно. Забрав груз на далеком расстоянии от моря, такой корабль может лететь сначала по воздуху, а потом, опустившись в воду, нырнуть и скрыться от самого бдительного досмотра.
 
Но главная цель, которую преследовал Невеселый, заключалась в добывании огромных сумм золота, погребенных на дне океанов и морей.
Поэтому, одновременно с воздушной миноноской «Сокол», он решил построить и «Дельфин» для подводного плавания.
К несчастью, и этот проекционный чертеж был известен во всех деталях Оскару Дайбну.
И, действительно, этот человек обезумел от сверхчеловеческой власти и не знал сам, чем бы еще позабавить себя и поразить ужасом землю.
— Я построю подводное судно и назову его «Нарвал».
— Зачем тебе это нужно?! У тебя вечно глупые фантазии!
Международная шайка, составлявшая экипаж «Дракона», не стеснялась друг с другом, и рыжий Джек обращался запанибрата со своим капитаном.
— Ты, Джек, — обыкновенный разбойник. Тебе бы только жечь, рушить, убивать, не подвергая себя ни малейшей опасности, насиловать женщин, потому что ни одна не отдастся такому чудовищу добровольно. Мне кажется, что именно твое исключительное безобразие — причина твоей озлобленности. Ты мстишь людям за то, что глуп и уродлив. Будь ты красив и немножечко поумнее, из тебя вышел бы добродетельнейший мещанин. А я жажду не только власти над людьми, но и над природой. Почему не узнать тайн моря? Кроме того, о постройке подводного судна меня просит Фриц.
— А, твой любимчик! Уж не переодетая ли это девушка? Какая скромность! Не принимает участия в попойках, краснеет, увидавши раздетую женщину, морщится, когда я ругаюсь «по-морски». Только и знает, что сидит над инструментами и что-то вычисляет.
— Дурак! Он будет величайшим ученым мира. Тебе этого не понять!
— Ну, и отправляй его скорее под воду! Да и сам, кстати, убирайся туда же!
— Джек, берегись!
— Ты мне угрожаешь?
— А почему бы нет? Не зазнавайся! Помни, что все вы зависите от меня. В моих только руках тайна управления «Драконом». Одним нажатием кнопки я могу низвергнуть всех вас в бездну.
Джек ушел, долго ворчал, как рассерженный, но трусливый зверь.
«Нарвал» был построен без особых предосторожностей.
Оскар Дайбн, не жалевший денег, имел массу агентов, рассыпанных по всему миру. Через них были заказаны части подводного судна. Может быть, заводы и догадывались о чем-то, но золото замыкает уста. Да разве современные заводчики не поставляют орудия врагам своей родины?
«Нарвал», в разобранном виде, и большая партия рабочих, соблазнившихся баснословным заработком, были доставлены на уединенный скалистый остров в Тихом океане, и постройка началась.
Конечно, об этом узнал скоро весь мир. Газеты забили тревогу. Правительства многих стран послали к острову многочисленные эскадры. Броненосцы и дредноуты железным кольцом окружили место постройки.
Попытка высадить десант не удалась. Лодки были встречены залпом электрических орудий. Погибли несколько десятков моряков. Тогда была решена бомбардировка. Но после первых выстрелов из средины острова поднялся «Дракон» и, паря над эскадрой, взорвал силовыми лучами несколько судов.
Видя невозможность борьбы, под угрозой полного истребления, эскадра прекратила бомбардировку и выкинула белый флаг.
«Дракон» опустился ниже, на галерею вышел Оскар Дайбн и милостиво помахал, в свою очередь, белым флагом в знак перемирия.
 
Общий совет командиров эскадры постановил ограничиться блокадой острова и наблюдением, посылая известия по беспроволочному телеграфу.
Моряки изнывали от праздности; бессильная злоба овладевала ими, а «Дракон», пугая и дразня, носился каждый день над кораблями, и черный флаг с черепом оскорблял чувства военных, привыкших считать себя представителями человеческого могущества, власти и закона. Иногда Оскар Дайбн забавлялся ночным осмотром «позиций врага», как он называл. «Дракон» весь горел огнями и освещал эскадру прожектором. И когда на судно переходила белая полоса света, невольно закрадывался страх в душу: а вдруг это силовые лучи, и сейчас раздастся громовой взрыв?