Эркюль пуаро (сборник) (СИ)

Пуаро задумчиво кивнул, затем спросил:
– Сэр Жерваз очень страдает, что у него нет сына, который мог бы унаследовать его имя?
– Мне кажется, это должно очень глубоко его ранить.
– Род для него много значит?
– Да.
Мистер Саттертвейт пару минут молчал, весьма заинтригованный. Наконец он решился спросить:
– Вы видите какую-нибудь причину, по которой вам следует поехать в Хэмборо-Клоуз?
Пуаро медленно покачал головой.
– Нет, – сказал он. – Насколько я вижу, причины нет никакой. Но тем не менее, думаю, я поеду туда.
  
 
 
ГЛАВА 2
 
Эркюль Пуаро сидел в углу купе первого класса, в вагоне стремительно летящего по сельской Англии поезда. Он задумчиво достал из кармана аккуратно сложенную телеграмму, развернул ее и прочел:
 
«Садитесь на поезд в 16:30 от вокзала Сент-Панкрас и скажите кондуктору, чтобы экспресс остановился в Уимперли.
 
Шевеникс-Гор».
 
Сыщик сложил телеграмму и снова сунул в карман.
Кондуктор в поезде был угодлив. Джентльмен едет в Хэмборо-Клоуз? О да, гости сэра Шевеникс-Гора всегда останавливают экспресс в Уимперли.
– Мне кажется, это особая привилегия, сэр.
После этого кондуктор дважды заходил в купе – в первый раз, чтобы заверить пассажира, что будет сделано все, чтобы купе было только для него одного, второй – чтобы объявить, что экспресс опаздывает на десять минут.
Поезд должен был прибыть в 19:50, но Пуаро вышел на платформу маленькой станции ровно в две минуты девятого и сунул вожделенную полукрону в руку кондуктора.
Локомотив свистнул, и «Северный экспресс» двинулся дальше. К Пуаро подошел высокий шофер в темно-зеленой форме.
– Мистер Пуаро? В Хэмборо-Клоуз?
Он взял опрятный саквояж детектива и пошел с платформы. Их ждал большой «Роллс-Ройс». Шофер открыл Пуаро дверцу, набросил ему на колени роскошную меховую полсть, и они тронулись с места.
Через какие-то десять минут езды по пересеченной местности, миновав крутые повороты и сельские лужайки, машина свернула в широкие ворота, обрамленные огромными каменными грифонами.
Они проследовали через парк прямо к дому. Когда машина подъехала, дверь была открыта, и на переднем крыльце появился дворецкий внушительных размеров.
– Мистер Пуаро? Добро пожаловать, сэр.
Он пошел впереди, вступил в холл, открыл дверь посередине справа и объявил:
– Мистер Эркюль Пуаро.
В комнате было несколько человек в вечерних платьях, и когда Пуаро вошел, окинув всех быстрым взглядом, он понял, что его появления не ждали. Взгляды всех присутствующих устремились на него с искренним изумлением.
Затем высокая женщина с черными с проседью волосами неуверенно подошла к нему. Пуаро склонился над ее рукой.
– Прошу прощения, мадам, – сказал он. – Боюсь, мой поезд опоздал.
– Вовсе нет, – рассеянно сказала леди Шевеникс-Гор. Она по-прежнему озадаченно смотрела на него. – Вовсе нет... мистер... я не совсем расслышала...
– Эркюль Пуаро.
Он произнес свое имя четко и ясно. Кто-то у него за спиной тихо ахнул. В то же время сыщик понял, что хозяина в комнате явно нет. Он мягко прошептал:
– Вы знали, что я приеду, мадам?
– О... о да, – неубедительно проговорила она. – Я думаю... в смысле, полагаю, но я такая глупая, мосье Пуаро... Я все забываю. – В ее голосе звучало меланхолическое удовлетворение этим фактом. – Мне говорят – но у меня в голове ничего не задерживается! Исчезает! Словно мне ничего и не говорили.
Затем, словно спохватившись, что не выполнила свой долг, она окинула все вокруг рассеянным взглядом и пробормотала:
– Полагаю, вы всех знаете.
Хотя это, очевидно, было не так, данная фраза была явным заученным заклинанием, при помощи которого леди Шевеникс-Гор избавляла себя от трудов представлять людей и вспоминать их имена.
 
Сделав чрезвычайное усилие, чтобы разрешить нынешнюю сложную ситуацию, она добавила:
– Моя дочь, Рут.
Стоявшая перед ним девушка тоже была высокой и темноволосой, но совершенно другого типа. Вместо плосковатых, нечетких черт лица леди Шевеникс-Гор у нее был красиво вылепленный нос с легкой горбинкой и четкая, скульптурная линия подбородка. Ее черные кудрявые волосы были зачесаны назад, открывая лицо. Цвет ее лица был ярким и чистым, почти без косметики. Эркюль Пуаро подумал, что это одна из самых прелестных девушек, которые ему только встречались.
Он также понял, что она не только хороша собой, но и умна, а также определенно обладает гордостью и характером. Говорила Рут слегка нараспев, что показалось ему нарочитым.
– Как замечательно, – сказала она, – принимать у себя мосье Эркюля Пуаро! Полагаю, старик решил устроить нам сюрприз.
– Так вы не знали о моем приезде, мадемуазель? – быстро спросил он.
– Понятия не имела. И мне придется подождать с моим альбомом для автографов до конца ужина.
Из холла послышался звук гонга, в дверях возник дворецкий и объявил:
– Ужинать подано.
И тут, прямо перед тем как было произнесено слово «подано», случилось нечто весьма любопытное. Царственный слуга на какое-то мгновение превратился в крайне изумленного простого смертного...
Эта метаморфоза была настолько мгновенной, и маска вышколенного дворецкого вернулась на место так быстро, что любой, кто не смотрел бы в этот момент на него, не заметил бы этой перемены. Однако Пуаро смотрел. Ему стало интересно.
Дворецкий замялся в дверях. Хотя его лицо снова стало бесстрастным, как и полагалось, в его фигуре чувствовалась напряженность.
Леди Шевеникс-Гор сказала неуверенно:
– О боже, это очень необычно. Правда, я... я просто не знаю, что делать.
Рут обратилась к Пуаро:
– Этот внезапный испуг, мосье Пуаро, вызван тем фактом, что мой отец впервые как минимум за двадцать лет опоздал к ужину.
– Это невероятно, – стенала леди Шевеникс-Гор. – Жерваз никогда...
Пожилой человек с солдатской выправкой подошел к ней и искренне рассмеялся.
– Старина Жерваз! Наконец-то опоздал! Честное слово, он у нас получит за это! Наверное, запонка убежала, как думаете? Или Жерваза обычные наши беды не берут?
Леди Шевеникс-Гор ответила низким озадаченным тоном:
– Но Жерваз никогда не опаздывает.
Ужас, вызванный этим обычным затруднением, казался почти нелепым. И все же Эркюлю Пуаро это таким уж смешным не показалось... За этим испугом он ощущал тревогу – возможно, даже предчувствие. И ему тоже показалось странным, что Жерваз Шевеникс-Гор не вышел к гостю, которого вызвал сюда таким таинственным образом.
А пока никто не знал, что делать. Это была беспрецедентная ситуация, и никто не понимал, как в ней следует поступить.
Наконец леди Шевеникс-Гор взяла на себя инициативу, если это можно было так назвать. Ее поведение было чрезвычайно неуверенным.
– Снелл, – сказала она, – ваш хозяин...
Она не закончила предложения, выжидательно глядя на дворецкого.
Снелл, который, очевидно, привык к такой манере хозяйки получать информацию, ответил на невысказанный вопрос:
– Сэр Жерваз спустился вниз в пять минут восьмого, миледи, и направился прямо в кабинет.
– О, я понимаю. – Рот ее был по-прежнему открыт, взгляд устремлен куда-то вдаль. – Вам не кажется... в смысле... что он слышал гонг?
– Я думаю, он должен был слышать, миледи, ведь гонг находится прямо рядом с дверью кабинета. Я, конечно, не знал, был ли сэр Жерваз еще в кабинете, иначе сказал бы ему, что ужин подан. Может, мне пойти сказать ему сейчас, миледи?
Леди Шевеникс-Гор с откровенным облегчением схватилась за это предложение.
– О, благодарю вас, Снелл. Да, пожалуйста, скажите ему. Конечно.
Когда дворецкий вышел, она сказала: