Эркюль пуаро (сборник) (СИ)

– Тогда спросите у его сестры, – предложил Пуаро, кивком указывая через ее плечо.
Сара резко обернулась и обнаружила в дверях кутающуюся в шубку молоденькую платиновую блондинку. Она мрачно ухмылялась и была, похоже, просто в ярости.
– Сестра! – фыркнула она с коротким злым смешком. – Вы мне подобных свиней в родню не навязывайте! Я так понимаю, он сбежал? И оставил меня тут отдуваться. Замечательно! Особенно если учесть, что идея-то была его. Он все и придумал. Говорил, никакого риска. Никто, мол, не пойдет на скандал. Я всегда могу пригрозить, что скажу, будто Али подарил мне эту свою реликвию. Дез говорил, разделим все в Париже! А теперь бросил меня тут, как последняя сволочь! Убила бы! Так! – неожиданно добавила она. – Чем скорее я отсюда выберусь, тем лучше. Кто-нибудь вызовет даме такси?
– У парадного ждет машина, чтобы отвезти вас на станцию, мадемуазель, – сообщил Пуаро.
– Вы, кажется, все предусмотрели?
– В основном да, – самодовольно отозвался Пуаро.
Однако так легко отделаться ему не удалось. Когда он, проводив фальшивую мисс Ли-Вортли до машины, вернулся в комнату, на него тут же насел Колин.
– Послушайте, мосье Пуаро, – хмуро начал он, – а как же рубин? Вы хотите сказать, что вот так, за здорово живешь, отпустили его с рубином?
У Пуаро вытянулось лицо. Скрывая смущение, он принялся подкручивать свои усы.
– Как же я мог забыть? – растерянно пробормотал он. – Я... я обязательно его верну. Наверняка есть какие-нибудь способы. Я...
– Ну ничего себе! – проговорил Майкл. – Позволить этому гаду сбежать с рубином!
Бриджит оказалась проницательнее.
– Он снова нас провел! – вскричала она. – Правда ведь, мосье Пуаро?
– Что ж, мадемуазель, покажем им заключительный из наших фокусов? Посмотрите-ка в моем левом кармане...
Бриджит сунула туда руку, вынула и с триумфальным кличем высоко подняла над головой огромный рубин, переливающийся всеми оттенками красного.
– Ли-Вортли забрал у вас копию, – пояснил Пуаро. – Обычное стекло. Я привез ее из Лондона на случай если понадобится подменить камень. Понимаете? Нам совсем не нужен скандал. Мосье Десмонд обнаружит, что рубин не совсем настоящий, только когда попытается сбыть его в Париже или Бельгии – ну, в общем, там, где у него есть нужные связи. Идеальный вариант. Все заканчивается наилучшим образом. Никаких скандалов! Мой принц получает свой камень, возвращается на родину и спокойно – надеюсь, что и счастливо – женится. И все довольны.
– Кроме меня, – пробормотала Сара.
Она сказала это так тихо, что никто, кроме Пуаро, ее не услышал. Он мягко покачал головой.
– И это не так, мадемуазель Сара. Вы приобрели опыт. То, что он печальный, отнюдь не лишает его ценности. Поверьте, впереди вас ждет только счастье.
– Это вы так считаете, – отозвалась Сара.
– Но, послушайте, мосье Пуаро, – снова нахмурился Колин, – откуда же вы узнали о нашем розыгрыше?
– Такая уж у меня работа – все знать! – сообщил Пуаро, подкручивая усы.
– Да, но как вам это удалось? Не понимаю. Кто-то раскололся? Сказал вам?
– Нет-нет, все было совсем не так.
– Но тогда как же? Скажите!
– Скажите, мосье Пуаро! – присоединились к нему остальные.
– Нет, нет и нет, – запротестовал Пуаро, – ни за что. Если я объясню ход своих рассуждений, пропадет весь интерес. Это как с иллюзионистом, который объясняет секрет своих фокусов.
– Ну, скажите, мосье Пуаро! Давайте. Скажите нам!
– Вы очень этого хотите?
– Да, да, ну пожалуйста.
– Ох, но я правда не могу. Вы будете разочарованы.
– Да нет же, мосье Пуаро. Ну, скажите! Как вы узнали?
– Ну, хорошо. Понимаете, в тот день после чая я отдыхал в библиотеке, сидя у окна в кресле. Я задремал, а когда проснулся, вы как раз обсуждали свой план прямо под окном, а форточка была открыта...
– Как? – возмущенно вскричал Колин, – и это все? Так просто!
– Не правда ли? – улыбнулся Эркюль Пуаро. – Ну вот, теперь вы действительно разочарованы.
– Ну, – протянул Майкл, – зато теперь мы и в самом деле все знаем.
 
– Разве? – тихонько пробормотал Эркюль Пуаро. – А вот я, который как раз должен знать все, – я не знаю.
Он вышел в холл, и, недовольно качая головой, чуть не в двадцатый раз вытащил из кармана уже основательно испачканный и помятый листок.
 
«Ни в коем случае не ешьте рождественский пудинг. Доброжелатель».
 
Эркюль Пуаро сокрушенно покачал головой. Он, который мог объяснить все, не мог объяснить этого! Унизительно. Кто это написал? И зачем? До тех пор, пока он не выяснит это, у него не будет ни секунды покоя! Неожиданно что-то пискнуло у него под ногами, и, выйдя из задумчивости, Пуаро испуганно глянул вниз. На полу, в цветастом платьице, держа в одной руке щетку, а в другой – совок, сидело юное светловолосое создание и огромными круглыми глазами смотрело на бумажку в руке Пуаро.
– О, сэр! – горестно простонало создание. – О, сэр. Пожалуйста, сэр.
– Бог мой! – добродушно изумился Пуаро. – Кто ты, mon enfant?
– Энни Бейтс, сэр. Пожалуйста. Я пришла помочь миссис Росс. Я не хотела, сэр, правда, ничего дурного не хотела. Я думала как лучше, сэр. Для вашего же добра то есть.
На Пуаро нашло просветление. Он протянул ей бумажку.
– Так это ты написала, Энни?
– Я не хотела ничего дурного, сэр. Правда, не хотела.
– Конечно нет, Энни, – улыбнулся ей Пуаро. – Но расскажи мне: зачем ты это сделала?
– Ну, это все те двое, сэр. Мистер Ли-Вортли и его сестра. Только никакая она ему не сестра, это уж точно. У нас все так думали. И ничего она не болела. Сразу было видно. Мы думали – мы все думали, – что это очень странно, сэр. Я вам прямо скажу, сэр. Я была у нее в ванной – полотенца развешивала – и все слышала. У нее в комнате был он, и они разговаривали. Я их слышала слово в слово. «Этот сыщик, – сказал он, – этот Пуаро, который здесь появился... Надо с ним что-то делать. Необходимо избавиться от него как можно скорее». А потом, знаете, понизил голос и зловещим таким голосом спрашивает: «Ты куда его положила?» А она отвечает: «В пудинг». Ох, сэр, у меня сердце так подскочило, что я думала, прямо тут и выпрыгнет. Я решила, они хотят отравить вас пудингом. Я просто не знала, что и делать! Миссис Росс, она с такими, как я, и разговаривать не стала бы. Ну, мне и пришло в голову написать вам. Вот... Я и написала. И положила на подушку, чтобы вы сразу заметили, как будете ложиться.
Энни остановилась, переводя дух.
Пуаро некоторое время изучающе на нее смотрел.
– Думаю, Энни, ты насмотрелась слишком много разных фильмов, – сказал он наконец. – Или, может, это телевидение так на тебя действует? Ну да ладно, главное, что у тебя очень доброе сердце и неплохая голова. Знаешь, что? Я пришлю тебе подарок, когда вернусь в Лондон.
– О, сэр, спасибо! Огромное вам спасибо, сэр.
– А что бы ты хотела получить, Энни?
– А я могу загадать все что угодно, сэр? Совсем все?
– В разумных пределах, – осмотрительно ответил Пуаро.
– Ох, сэр, а можно мне косметичку? Такую же модную и шикарную, как была у сестры мистера Ли-Вортли, которая вовсе и не сестра?
– Да, – ответил Пуаро. – Думаю, это можно. Интересно, – добавил он вполголоса. – В том музее, куда я недавно ходил, среди всех этих древностей из Вавилона или не помню уж откуда тоже была косметичка. Тысячи лет прошли, а женские сердца остаются все такими же.
– Прошу прощения, сэр? – переспросила Энни.
– Да нет, ничего. Я просто задумался. Ты получишь свою косметичку, дитя.
– Ох! Вот спасибо-то, сэр! Нет, правда, огромное вам спасибо, сэр.
И Энни в восторге удалилась. Пуаро смотрел ей вслед, удовлетворенно качая головой.
– Что ж, – произнес он, – мне тоже пора. Здесь я уже не нужен.
Неожиданно вокруг его плеч обвились чьи-то руки.