Эркюль пуаро (сборник) (СИ)

– Да, – согласился Пуаро, – они и думали, что разыгрывают. А теперь пойдемте все в дом. А то простудимся, до возвращения мистера Ли-Вортли здесь больше делать нечего.
– Но, послушайте, – запротестовала Сара. – Нельзя же оставить тут Бриджит... одну.
– Боюсь, ей уже совершенно все равно, – сказал Пуаро. – Пойдемте. Это очень, очень печально, но мадемуазель Бриджит не поможет уже ничто. Поэтому давайте вернемся в тепло и, пожалуй, выпьем чаю или кофе.
Все послушно двинулись за Пуаро в дом. Певерелл как раз собирался звонить к завтраку. Если его и удивило, что домочадцы появляются не из спален, а с улицы, а иностранец разгуливает в пальто поверх пижамы, он абсолютно ничем этого не показал. Даже в старости Певерелл оставался идеальным дворецким. Он ничего не замечал или замечал лишь то, что было велено. Поэтому, когда все вошли в столовую и расселись, он без лишних слов принялся разливать кофе.
Когда каждый получил свою чашку и немного согрелся, Пуаро заговорил.
– Я должен рассказать вам, – начал он, – одну небольшую историю. Я не могу открыть все ее обстоятельства, нет. Но я расскажу главное. Все это началось с приездом в Англию одного юного бесшабашного принца. Он привез с собой знаменитый драгоценный камень, с тем чтобы, вставив его в новую оправу, подарить девушке, на которой собирался жениться. К несчастью, предварительно он свел знакомство с очень привлекательной юной леди. Эту леди мало интересовал сам принц, зато очень интересовало то, что он привез, – интересовало настолько, что вскоре она исчезла, прихватив с собой украшение, веками принадлежавшее королевской семье. Молодой человек, естественно, в затруднении. Вдобавок он должен избегать скандала. Он решительно не может идти в полицию. И тогда он идет ко мне, Эркюлю Пуаро. «Найдите мне, – говорит он, – этот рубин». Eh bien, у этой юной леди есть друг, который замешан в нескольких весьма сомнительных делишках. Есть подозрение, что он участвовал в шантаже и вывозе драгоценностей за границу. Однако он очень осторожен, этот друг, и, кроме подозрений, предъявить ему совершенно нечего. И вот мне становится известно, что этот сообразительный джентльмен проводит Рождество здесь, в Кингс-Лэйси. Естественно, юной леди, завладевшей рубином, решительно необходимо на какое-то время покинуть свет, чтобы избежать нежелательных претензий или вопросов. Проблема улаживается как нельзя лучше, стоит только ей изобразить из себя сестру нашего ловкого джентльмена и отправиться вместе с ним сюда.
– О нет! – выдохнула Сара. – Только не сюда! Здесь же... я!
– И тем не менее, – сказал Пуаро. – В результате небольшой комбинации я тоже оказываюсь в числе гостей. Юная леди, предположительно только что вышедшая из больницы, попав сюда, стремительно набирает силы. И тут узнает о прибытии детектива, точнее даже, величайшего из всех детективов, то есть меня, Эркюля Пуаро. У юной леди немедленно случается – как его? – ухудшение. Она прячет рубин в первое подвернувшееся место и, снова отдавшись во власть болезни, уже не встает с постели. Ей совсем не к чему встречаться со мной, поскольку я, безусловно, видел ее фотографии. Разумеется, это очень и очень скучно, но ей приходится отсиживаться в своей комнате, а «брату» – носить ей еду.
– Но рубин? – перебил его Майкл.
– Думаю, что в момент моего прибытия леди находилась с вами на кухне, от души веселясь и загадывая желания на рождественском пудинге. Узнав, что я здесь, она просто вдавила рубин в пудинг. Разумеется, не в тот, что должны были подать на Рождество. О нет, она прекрасно знает, что рождественский пудинг помещен в праздничную форму. Она прячет рубин в другой, тот, который предназначен для Нового года. К тому времени она успела бы уехать, и, вне всякого сомнения, новогодний пудинг уехал бы вместе с ней. Однако здесь вмешивается случай. В рождественское утро праздничный пудинг роняют на пол, и форма разлетается вдребезги. Что тут делать? И славная миссис Росс заменяет его другим пудингом, который и подает на стол.
 
– Бог мой! – проговорил Колин. – Вы хотите сказать, что камень, которым чуть не подавился на Рождество дедушка, был настоящим?
– Именно, – подтвердил Пуаро, – и можете представить себе чувства мистера Ли-Вортли, когда он это обнаружил. Eh bien, что же происходит дальше? Я беру у полковника камень и якобы по рассеянности кладу его в карман, причем с таким видом, что просто не хочу сорить на полу. Однако мистер Ли-Вортли очень внимательно за мной следит. Когда я ложусь спать, он является ко мне в комнату и обыскивает ее. Потом обыскивает меня. Но рубина он не находит. Почему?
– Потому, – выдохнул Майкл, – что вы уже отдали его Бриджит! Так вот оно что! Так вот почему – но тогда как же – то есть... Послушайте, что же все-таки произошло?
Пуаро улыбнулся.
– Пойдемте в библиотеку, – сказал он. – Там из окна открывается отличный вид на разгадку этой тайны.
Все двинулись вслед за ним.
– Посмотрите-ка еще раз на место преступления, – предложил Пуаро, указывая в окно.
Ответом ему стал дружный вздох изумления. На снегу не было тела. На снегу не было вообще ничего, что напоминало бы о трагедии, кроме бессмысленных теперь следов.
– Но ведь не привиделось же нам все это! – потрясенно выдавил Колин. – Я... он... неужели кто-то украл тело?
– О! – подмигнул Пуаро. – Вы понимаете? Тайна Исчезнувшего Тела!
Он сокрушенно покачал головой.
– Не может быть! – вскричал Майкл. – Мосье Пуаро, вы же... О нет! Послушайте, он же все это время нас разыгрывал!
Пуаро подмигнул снова.
– Правильно, дитя мое, я тоже чуточку пошутил. Видите ли, я знал про ваш план и решил немного его подправить. А вот и мадемуазель Бриджит! Надеюсь, лежание на снегу не отразилось на вашем самочувствии? Никогда себе не прощу, если вы подхватите une fluxion de poitrine [186].
Бриджит, укутанная в огромный шерстяной свитер, только рассмеялась.
– Я отправил вам tisane в комнату, – строго сказал Пуаро. – Вы все выпили?
– Хватило и одного глотка! – поморщилась Бриджит. – Да все со мной в порядке, мосье Пуаро. Я хорошо справилась? Только вот рука до сих пор болит от этого вашего жгута, не надо было так сильно.
– Вы были неподражаемы, дитя мое. Просто неподражаемы. Однако же остальные, кажется, все еще пребывают в тумане.
Так вот, вчера вечером я заглянул к мадемуазель Бриджит. Я сказал ей, что мне известно о вашем маленьком complot [187], и спросил, не согласится ли она подыграть немного и мне. Она согласилась и справилась с задачей превосходно. Следы от ботинок мистера Ли-Вортли на снегу сделала, как вы, наверное, уже догадались, именно она.
– И какой же в этом смысл, мосье Пуаро? – бросила Сара. – Зачем вам понадобилось отсылать Десмонда за полицией? Сомневаюсь, что ваши шуточки покажутся им забавными.
Пуаро мягко покачал головой.
– Но, мадемуазель, я и мысли не допускал, будто мистер Ли-Вортли отправится за полицией. Убийство – это как раз то, в чем ему меньше всего хотелось бы быть замешанным. У него просто сдали нервы. Увидев возможность завладеть рубином, он схватил его, заявил, что телефон сломан, и под этим предлогом сбежал. Подозреваю, теперь мы не скоро его увидим. Насколько я понимаю, он заранее подготовился к побегу из Англии. У него ведь собственный самолет, не так ли, мадемуазель?
Сара кивнула.
– Да, – проговорила она, – мы даже думали о том...
Она смолкла.
– Чтобы сбежать на нем вместе? – закончил за нее Пуаро. – Eh bien, очень хороший способ вывезти что-то за границу. Когда вы бежите с девушкой и это попадает в газеты, мало кому приходит в голову, что одновременно вы прихватываете с собой еще и бесценный рубин. О да, это очень хорошее прикрытие.
– Я не верю, – твердо сказала Сара. – Ни единому вашему слову.