Эркюль пуаро (сборник) (СИ)

– Да, день сегодня чудесный.
– До свидания, мисс Плендерли, – произнес Джепп официальным тоном. – Когда выяснится что-либо определенное, я дам вам знать. Собственно говоря, мы задержали одного человека по подозрению.
– Кого же? – Она напряженно посмотрела на него.
– Майора Юстаса.
Кивнув, она нагнулась к камину и поднесла спичку к растопке.
– Ну? – сказал Джепп, когда их автомобиль выехал на магистраль.
– Никаких затруднений, – улыбнулся Пуаро. – Ключ на этот раз был в замке.
– И?..
– Eh bien, сумка с клюшками исчезла.
– Естественно. Она вовсе не дура. А еще что-нибудь исчезло?
Пуаро кивнул.
– Да, друг мой. Чемоданчик!
Педаль газа под ногой Джеппа подпрыгнула.
– Черт подери! Знал же я, что есть в нем что-то! Но вот что? Я же этот чертов чемоданчик весь прощупал!
– Мой бедный Джепп! Но это же... как там говорится?.. «Это же очевидно, мой дорогой Ватсон».
Джепп бросил на него свирепый взгляд.
– Так куда же мы едем?
Пуаро посмотрел на часы.
– Еще нет четырех. Думаю, мы успеем в Вентворт до темноты.
– А по-вашему, она туда правда ездила?
– Думаю, что да. Она ведь знала, что это нетрудно проверить. Да-да, не сомневаюсь, что она была там, и мы скоро в этом убедимся.
Джепп крякнул.
– Ну, ладно, едем туда! – Он ловко лавировал в плотном потоке машин. – Хотя понять не могу, какое отношение этот чемоданчик мог иметь к убийству. По-моему, ни малейшего.
– Именно, друг мой. Я с вами согласен. Ни малейшего.
– В таком случае почему... Нет, не отвечайте! Порядок, метод, необходимо все тщательно закруглить! Ну, ладно. День ведь и правда хорош!
Ехали они быстро и добрались до вентвортского гольф-клуба минут за двадцать до пяти. В будний день игроков на поле, естественно, было мало.
Пуаро сразу же прошел в павильон-гардеробную и, объяснив, что мисс Плендерли будет завтра играть на другом поле, попросил выдать ему ее клюшки. Гардеробщик отдал распоряжение кому-то из мальчиков, носящих клюшки за игроками на поле, и тот принес из угла сумку с инициалами Д.П.
– Благодарю вас, – сказал Пуаро и, сделав несколько шагов к двери, обернулся и спросил небрежно – А чемоданчика она не оставляла?
– Сегодня нет, сэр. Может быть, в клубе?
– Но ведь она сегодня играла?
– Да. Я ее видел.
– А кто из мальчиков носил ее клюшки, вы не помните? Она где-то оставила свой чемоданчик и не помнит где.
– Мальчика она не взяла. Зашла сюда, купила парочку мячей. И взяла из сумки две клюшки. Да, кажется, у нее в руке был чемоданчик.
Пуаро снова его поблагодарил, и они с Джеппом направились к клубу. Пуаро остановился, любуясь видом.
– Красиво, не правда ли? Темные сосны... и озеро... Да, озеро...
– Ах, вот что! – Джепп быстро взглянул на него.
Пуаро улыбнулся.
– Возможно, кто-нибудь что-нибудь и видел. На вашем месте я бы навел справки.
  
 
 
ГЛАВА 10
 
Пуаро отступил на два шага и, слегка наклонив голову набок, оглядел комнату. Кресло вот тут, другое там. Да, все как следует. И звонок в дверь. Несомненно Джепп.
Старший инспектор вошел быстрым шагом.
– Вы были совершенно правы, старина. Вчера по свидетельству очевидцев молодая женщина бросила что-то в вентвортское озеро. По описанию она очень похожа на Джейн Плендерли. Брошенный туда предмет мы выловили без особого труда – там полно камышей...
– И это был?
– Тот самый чемоданчик. Но, во имя всего святого, почему его понадобилось выбрасывать! Хоть убейте, не пойму. Внутри – ничего. Даже журналов не было. Так зачем предположительно психически нормальная женщина вдруг бросает в воду дорогой чемоданчик? Знаете, я всю ночь не спал, все ломал над этим голову.
 
– Mon pauvre [20] Джепп! Но успокойтесь. В дверь звонят, значит, ответ явился.
Джордж, безупречный слуга Пуаро, открыл дверь гостиной и доложил:
– Мисс Плендерли!
Девушка вошла в комнату с обычным своим уверенным видом и поздоровалась.
– Я попросил вас... – начал объяснять Пуаро. – Садитесь, пожалуйста, вот сюда, а вы вот сюда, Джепп. Я пригласил вас, потому что должен вам кое-что сообщить.
Джейн Плендерли села, посмотрела на Пуаро, потом на Джеппа, нетерпеливо сняла шляпу и положила ее на столик.
– Итак, – сказала она, – майора Юстаса арестовали.
– Полагаю, вы прочли это в утренней газете?
– Да.
– Ему предъявлено обвинение в довольно мелком преступлении, – продолжал Пуаро. – А пока мы собираем улики, касающиеся убийства.
– Так это все-таки убийство?
Пуаро кивнул.
– Да, – сказал он. – Убийство. Сознательное лишение жизни одного человека другим.
– Не надо! – Джейн Плендерли вздрогнула. – Ваши слова придают всему этому какую-то особую ужасность.
– Но всякое убийство всегда ужасно. – Он помолчал. – А теперь, мисс Плендерли, я собираюсь рассказать вам, как я выяснил, что же там произошло.
Она посмотрела на Джеппа. Он улыбнулся.
– У него есть свои методы, мисс Плендерли, – сказал он. – И я не мешаю ему действовать на его манер. Давайте послушаем, что он скажет.
– Как вам известно, мадемуазель, – начал Пуаро, – я осматривал место трагедии вместе с моим другом утром шестого ноября. Мы вошли в комнату, где был обнаружен труп миссис Аллен, и мое внимание сразу же привлекли несколько многозначительных обстоятельств. Видите ли, кое-что в этой комнате производило странное впечатление.
– Так говорите же! – нетерпеливо сказала она.
– Во-первых, запах табачного дыма...
– Не преувеличивайте, Пуаро! – перебил Джепп. – Я, например, никакого запаха не почувствовал.
– Вот именно! – Пуаро молниеносно обернулся к нему. – Никакого запаха вы не почувствовали. Как и я! Вот это-то и было странно, потому что в пепельнице лежало десять окурков. И крайне странно, что в комнате не ощущалось ни малейшего запаха.
– Так вот куда вы клонили! – вздохнул Джепп. – И обязательно вам надо выбирать самый извилистый путь!
– Ваш Шерлок Холмс поступал точно так же. Помните, как он указал на странность поведения собаки ночью. И выяснилось, что странность заключалась именно в том, что собака никак себя не вела. Она спала. Но продолжим. Затем я обратил внимание, что часы обычно носят на левой руке.
– Ну и что?
– Да ничего. Только у покойной они были на правой.
Джепп пожал плечами, но Пуаро, не дав ему открыть рот, торопливо продолжал:
– Как вы и намеревались сказать, это еще ничего не означает: одни люди носят их так, другие эдак. Но теперь, друг мой, я перехожу к чему-то по-настоящему интересному. Я перехожу к бюро.
– Я так и думал, – отозвался Джепп.
– Вот там оказалось много крайне странного и примечательного. Во-первых, там кое-чего не хватало.
– Чего же? – спросила Джейн Плендерли.
– Листа промокательной бумаги, мадемуазель! – обернулся к ней Пуаро. – Верхний листок в бюваре был совершенно чистым.
– Ну, знаете, мосье Пуаро! У людей есть обыкновение выбрасывать использованные листки.
– Да. Но куда? Бросают в мусорную корзинку, не так ли? Однако в мусорной корзинке его не было. Я проверил.
– Ну, значит, его выбросили накануне, – с досадой заметила Джейн Плендерли. – Лист был чистым, потому что Барбара ничего в этот день не писала!
– Маловероятно, мадемуазель. По словам свидетелей, миссис Аллен под вечер выходила бросить письмо в ящик. Следовательно, она что-то писала! И внизу писать она не могла – там нет письменных принадлежностей. Ну и, конечно, в вашу спальню она для этого не пошла бы. Так что же произошло с листком промокательной бумаги, которым миссис Аллеи промокнула свои письма? Разумеется, люди иногда бросают смятую бумагу в огонь, а не в корзинку, но камин в ее спальне был газовый. А камин внизу не топился – вы же сами сказали, что утром уголь и растопка уже лежали в нем.