Карнавал Хилл (ЛП)

В комнате было светло от солнечного света, проникавшего сквозь раздвинутые шторы, но лампа рядом с кроватью все равно была включена, чтобы Чейз мог спать, не боясь темноты. Я ненавидел то, что Шон изменил его, я ненавидел то, что не мог поговорить с ним об этом, я ненавидел то, что у нас никогда больше не будет все в порядке после всего того дерьма, что произошло между нами. Но сегодня я постараюсь немного смягчить боль, потому что не мог больше выносить ее.
  
Я подошел к кровати, тряся Чейза за руку, и он резко проснулся, на мгновение на его лице отразилась паника, прежде чем его взгляд упал на меня, и он вздохнул с облегчением.
— Привет, — сказал он хриплым со сна голосом, изучая выражение моего лица, как будто ожидал, что я начну кричать. Когда я успел стать засранцем-отцом в этой семье?
— Я хочу, чтобы ты присоединился к нам за завтраком сегодня утром, — сказал я, присаживаясь на край кровати. Его пальцы сжались на Роуг, прижимая ее к своей груди, пока он пристально смотрел на меня, пытаясь понять, что я хочу.
— Хорошо, — медленно согласился он, и я положил руку ему на плечо, глядя на него с тысячей невысказанных слов на губах, прежде чем я встал и оставил его будить Роуг.
Я спустился вниз, сел во внутреннем дворике и стал пить смузи, ожидая прибытия остальных, чувствуя, как в моей груди бушует буря эмоций. Джей-Джей спустился первым в своих боксерах и плюхнулся на сиденье рядом со мной, жадно застонав, когда принялся поглощать еду.
— По какому случаю? — спросил он, хватая круассан и впиваясь в него зубами.
— Сегодня карнавал, — сказал я, улыбаясь ему и прогоняя нависшее надо мной темное облако.
Это было мое любимое время года в детстве. Приближался конец лета, а с ним и карнавал. Мы катались на всех аттракционах, пока кого-нибудь из нас не начинало тошнить, съедали столько конфет, что становилось плохо, а после разбивали лагерь в кузове моего грузовика, где не было ничего, кроме кучи одеял и звезд для компании.
— Черт возьми, да, я не могу дождаться, когда доберусь туда. — Он проверил время на телефоне. — Он открывается через час, верно?
Я рассмеялся над его по-детски радостным выражением лица и кивнул. — Ты поедешь на открытие? — Я спросил, зная, что он это сделает.
— А ты нет? — нахмурившись, ответил он.
— Я не могу, мне нужно встретиться с Лютером, но ты мог бы взять Роуг, и мы встретимся там? — Предложил я, и он быстро кивнул.
— Да, я готов. А как же Чейз? — с надеждой спросил он, и я нахмурился.
— Ты же знаешь, что он не сможет пойти. Он бывший «Арлекин», Джей-Джей.
— Да, да, — разочарованно вздохнул он, начиная накладывать на свою тарелку блинчики.
Появилась Роуг вместе с Чейзом, он шел, опираясь на один костыль, а свободной рукой обнимал ее за плечи. У меня возникло ощущение, что ему не очень-то и нужна ее поддержка, но я не собирался обращать на это внимание.
Джей-Джей посмотрел на меня, жуя блинчик, потом снова на Чейза, который сел за стол рядом с Роуг и присоединился к нам. Я заметил, что на его новой повязке на глазу серебряным маркером был нарисован яркий глаз с синими чешуйками по всему периметру, как будто он принадлежал дракону. Каждый раз, когда он доставал новую повязку, она оказывалась разрисована Роуг, пока он спал.
— Он будет завтракать с нами? — Джей-Джей спросил меня, как будто он был ребенком, а я его родителем.
Я усмехнулся, пожимая плечами. — Да, так и есть.
Джей-Джей стукнул кулаком по столу, и Роуг широко улыбнулась, сражаясь с Чейзом за единственное шоколадное лакомство, прежде чем он отдал его ей. Она разорвала его пополам, положив одну половинку ему на тарелку, и он посмотрел на нее с таким сияющим выражением лица, что у меня екнуло сердце.
Я съел немного фруктов, наслаждаясь ощущением того, что все трое здесь, со мной, и просто слушая их счастливую болтовню. Чейз продолжал поглядывать на меня, как будто хотел завязать со мной разговор, но, казалось, он не находил нужных слов, и у меня тоже их не было.
Вскоре их разговор перешел на карнавал, и Дворняга подбежал, чтобы взять у Роуг остатки блинчиков, потому что моя свежая курица, очевидно, была недостаточно вкусной, чтобы набить его живот этим утром.
— Сначала я пойду на «Карусель», потом на «Вальсирующие чашки», а потом на «Космическое падение», — решила Роуг. — Нет, подождите, сначала «Вальсирующие чашки», потом «Космическое падение», потом «Карусель».
— А как насчёт Американских горок? — спросил Джей-Джей с ухмылкой, накалывая виноградину на вилку.
— О, я забыла про Американские горки! — воскликнула Роуг. — Хорошо, тогда сначала на них. Но подождите, там только три места, кому-то придётся сидеть на заднем сиденье. Или можно пойти по двое, но кто поедет впереди? Впереди лучше всего.
— Чейз не идёт, — вставил я, и Роуг повернулась ко мне с надувшимися губами.
— Что? Это нечестно, — пожаловалась она.
— Все в порядке, малышка, — пробормотал он. — Я знаю, что не могу пойти.
— Но я хочу, чтобы ты пошел, — вызывающе сказала она, свирепо глядя на меня. — Он не из твоей Команды, так что он не обязан делать то, что ты говоришь.
— Именно поэтому он не может пойти, — сказал я, не отрывая взгляда от своей еды и стараясь не вступать в спор. — На карнавале будет полно «Арлекинов», и я уже получил достаточно дерьма от старейшин по поводу того, что позволил Чейзу остаться здесь после того, как изгнал его, — ему нельзя быть на нашей территории.
— Но… — начала Роуг, но Чейз накрыл ее руку своей и крепко сжал.
— Все в порядке, малышка. Мне и здесь хорошо, — сказал он сосредоточенно. — Просто пришли мне побольше видео в групповой чат.
Она вздохнула, явно разозлившись на меня, но Джей-Джей помог ей выбраться из ее угрюмой скорлупы, начав перечислять все, что они могли бы сделать на карнавале.
Через некоторое время они отправились одеваться, оставив меня с Чейзом, и тишина навалилась на нас свинцовой тяжестью.
Я откашлялся, когда Чейз ковырнул в своей тарелке недоеденную еду и, нахмурившись, посмотрел на меня.
— Хорошая чешуя. — Я указал на его повязку на глазу, и на его лице отразилось замешательство.
— Что?
— Драконий глаз, — сказал я, и он с проклятием сдернул с глаза повязку, глядя на нее, и я с трудом перевел взгляд на шрамы на этой стороне его лица.
— Она продолжает это делать, — пробормотал он, а затем, казалось, разрывался между желанием снова надеть ее и не надевать. Он явно чувствовал себя неловко, поэтому попытался перекинуть волосы на эту сторону лица.
— Тебе не обязательно скрывать их от меня, — серьезно сказал я, и он вздохнул, положив повязку, но в его плечах чувствовалась напряженность, от которой у меня сжалось в груди.
Я услышал, как остальные спускаются вниз, и внимательно посмотрел на Чейза. — Крепко обними их, когда они будут прощаться, — пробормотал я.
Его горло сжалось, и осознание просочилось на его лице, когда он уставился на меня. Он кивнул, быстро пытаясь скрыть свою боль. Я почувствовал эту боль до глубины души и знал, что больше не смогу съесть ни кусочка.
— Мне принести тебе голубую и розовую сахарную вату, Эйс? — спросила Роуг, выходя на террасу в белой юбке-макси с желтыми цветами и белом топе, а ее волосы были заплетены в две косички. На Джей-Джее были черные шорты и лимонная майка, которая, казалось, подчеркивала его загар, и он с игривым видом готовился к карнавалу. В руках он держал бейсболку и ухмыльнулся Роуг, показывая ей изображенного на ней Зеленого Могучего Рейнджера, прежде чем надеть ее на голову задом наперед и заставить ее взволнованно захлопать в ладоши.
— Удиви меня, — сказал Чейз, вскакивая на ноги, когда она подошла ближе, и заключая ее в свои объятия. Он прижал ее к себе, и осколок вонзился мне в грудь, когда он пытался удерживать ее так долго, как только мог, прежде чем она с усмешкой вырвалась из его объятий.
— Обезболивающие. — Она поднесла их к его рту, и он позволил ей просунуть их между своих губ, ожидая, что она поднесет ему смузи, чтобы он отпил и запил его. Когда он сглотнул, она приподнялась, чтобы поцеловать его в щеку, но он повернул голову, и вместо этого их губы соприкоснулись. Я с рычанием вскочил на ноги, но они уже разошлись, и я нахмурился, когда щеки Роуг порозовели.