Потерянные Наследники (СИ)
Папа захохотал.
У него был хороший смех. Хотелось верить, до того, как он снова предаст нас, я не успею сильно к нему привязаться.
Глава 25. Крепкий сон
Адриан
Сначала я почувствовал, что у меня здорово чешется нос. Страшное желание унять этот невозможный зуд пробудило в моем мозгу понимание, что я все еще был здесь. И в меня вернулась боль. Проходили секунды, казавшиеся вечностью, а я все посылал мысленные импульсы в каждую часть тела, проверяя, на месте ли она. Болела голова, щекотало в носу, ныла кожа в районе живота. Я слышал кровь, шумевшую в венах, сердце, спокойно ждавшее, когда я открою глаза. Я услышал писк аппарата, совпадавший с моим сердцебиением, и следом за ним в мою тишину начали проникать голоса.
— Так ты что, и правда невеста моего внука?
Это что? Мой дедушка? Что он тут забыл?! Неужели со мной все настолько плохо? И кто же та бессмертная, что посмела назвать себя моей невестой без спроса?!
— Нет. — Донесся до меня полусонный голосок Алины. — Нас больше не связывают подобные отношения. Просто в палаты пускают только родных, и выдать себя за невесту мой единственный способ попасть к нему.
— Я слышал, он тут жениться собирался, но ему отказали.
Дедушка, остановись!
— Это была не я.
— Это очень хорошо. Я думаю, твой отказ и меня бы огорчил.
Твою мать, что ты несешь?!
— Ваш внук еще встретит ту самую, даже не сомневайтесь. Но это не я.
Мое сердце дрогнуло и забилось в протестующем быстром ритме.
Аппарат неистово запищал, выдавая мое возвращение. Я поморщился и открыл глаза, едва не ослепнув от яркого солнечного света.
— Адриан! — Взвизгнула Алина, я попытался поднять голову на звук ее голоса, но здоровый ошейник не дал мне даже оторваться от подушки. Ее прохладные руки опустились на мое лицо. — Не шевелись, — ласково шепнула она в ответ на мой недоуменный взгляд. Кардиоаппарат, как последнее трепло, выдало мою реакцию на ее прикосновение.
— Ты в порядке? — Еле выдавил я каким-то чужим осипшим голосом. Горло будто протерли наждачкой, так что слова царапали нёбо. В Алиных глазах засверкали слезы, она утвердительно кивнула и прижалась губами к моей щеке.
— С возвращением, — выдохнула она и, смущенно улыбнувшись, покосилась на зашедшийся неистовым писком прибор. Я уже проклял его, но сердце все равно стучало, как бешеное.
Она рядом, она рада, что я очнулся, она… простила меня?
Но стоило первой волне радости утихнуть, Алина посерьезнела и отстранилась, уступая место моему деду.
— С Агатой все нормально? — Прохрипел я. Дедушка, облегченно улыбнувшись, сжал мои пальцы и по привычке пошевелил усами.
— Настоящий близнец. Лежит с переломанными конечностями, а беспокоится о сестре. Она в безопасности.
Я не успел спросить, поймали ли нападавших, как дверь моей палаты распахнулась и внутрь влетел амбал в белом халате, сопровождаемый стайкой медсестёр. Пока женщины проверяли капельницу и показания приборов, врач бесцеремонно откинул одеяло и принялся ледяными пальцами прощупывать мой живот.
— Ну что, орел, на всю жизнь у нас тут выспался. Пора и честь знать. Теперь только сам, и дышать, и питаться, и… — хирург обернулся на Алину, — ну и все прочее. Адриан, как самочувствие?
— Потрясающе, — ответил я, пытаясь понять смысл его слов. Ночью меня избили, судя по всему сейчас я отошел от наркоза. Каким местом я должен был выспаться?
— Расскажу, что произошло. Ты был подключен к аппарату искусственной вентиляции легких. Такое решение было принято, чтобы минимизировать риск повторного кровотечения и пневмонии. Плюс ребра, — врач провел пальцами по грудине, — были сломаны пятое, седьмое и восьмое ребро. Дышал ты через интубационную трубку, поэтому сейчас в горле может саднить. Ну и, разумеется, носовая перегородка. Сегодня мы отключили тебя от аппарата, поскольку ты уже мог справляться с дыханием сам. Организм молодой, все заживает достаточно быстро.
— Почему у меня ощущение, будто я тут не одни сутки пролежал? — Спросил я, пытаясь пошевелиться, но гипс, тянущийся от колена и до ступни, лишил меня этой возможности. Еще и этот чертов ошейник.
— Месяц, — спокойно ответил хирург, записывая что-то в медицинскую карточку.
— Сколько?!
— Так! Отставить волнение! — Хирург сурово сдвинул брови. — Из тебя чуть душу не выбили, целая бригада врачей тебя полночи латала. Твоя группа поддержки задолбала всю клинику. Каждый божий день тут кто-нибудь ошивается.
— Ну, выходит, я не умру, док? — Спросил я.
— Умрешь, конечно, но не от этого.
На этой оптимистичной ноте хирург оставил нас одних, обещая позвать из кафетерия тех, кто дежурил там сегодня, дожидаясь моего пробуждения.
— Дедушка, я надеюсь, ты оставил Артура нам? Или он уже догнивает в какой-нибудь канаве?
— Адриан, сейчас это тебя не касается. — Сухо оборвал меня дед. Я не смог разобрать его многозначительного взгляда, поэтому снова бросился с вопросами к Алине.
— Как Тайлер?
— Все хорошо, не переживай, Свят все это время жил в вашей квартире. А когда был у тебя, Макс или Вика приходили его кормить.
-Мне нужно было просто чуть не сдохнуть, чтобы он, наконец, переехал. Как я раньше не догадался… — ухмыльнулся я, но Алина закусила губу и покачала головой.
— Не шути так… — чуть слышно сказала она. Ее пальцы напряженно сжали край моего одеяла, а в глазах задрожали предательские слезинки.
— Прости… больше не буду, — шепнул я, незаметно накрывая ее руку своей. Она не отодвинулась, но предостерегающе глянула на меня:
— За это прощу, — успела ответить она прежде, чем я понял, почему моя банда успела так достать всю лечебницу. Дверь палаты с неприемлемым грохотом распахнулась и, внутрь ворвался Макс, размахивающий недоеденной шавермой в одной руке и телефоном, откуда по видеосвязи верещала Агата, в другой. Ему в спину влетел Мартин, расплескав полстакана кофе, и Свят, еще недавно где-то храпевший, если судить по его помятой физиономии.
— Какие вы невоспитанные! Почему нельзя было оставить все в кафетерии? — Отчитала их Эллина, перепрыгивая через лужицу на полу.
— УплОчено же! — Возмутился Макс.
— Вы жрете эту дрянь уже целый месяц, могли хоть сегодня воздержаться?! — Вторила ей из телефона Агата.
— Забирай! — Облегченно выдохнул Макс, вручая мне в руки свой телефон, — она заставила меня подключить безлимитный интернет, так что теперь я слышу и вижу ее чаще, чем, когда она жила здесь! С возвращением, братишка. Без тебя здесь было очень тухло!
Легонько стукнув меня кулаком в плечо, Макс попятился, чтобы поскорее дожевать свою шаверму, от аромата которой у меня скрутило от голода живот. Эллина довольно чмокнула меня в нос, Мартин, едва не вылив на меня остатки кофе, взъерошил мне волосы. Вся компания расселась вокруг и выжидающе уставилась на деда, вроде ни на что не намекая, но в то же время ясно давая понять, что он тут лишний. Даже Агата затихла у меня в руке.
— Понял я, понял. Ухожу. Адриан, я очень рад, что ты снова здесь. — Дедушка наградил меня крепким рукопожатием и покинул палату.
Они даже не стали дожидаться, пока за ним закроется дверь, затараторив все разом, словно целый месяц сдерживались от речевого поноса. На меня вывалился целый шквал новостей (кто с кем переспал, кто где напился, кто с кем подрался и кто куда кого послал), прежде чем Эллина многозначительно покашляла, намекая, что пора предоставить слово моей сестре.
Агата все это время только размазывала по лицу слезы с тушью, а от ее всхлипываний у меня щемило сердце. Я боялся даже предположить, каким адом для нее обернулся этот месяц, пролетевший для меня сном длиною в одну ночь. Оставалось надеяться, что Томас был рядом и не давал ей сходить от волнения с ума.