Выдыхая наши ссоры (СИ)

Внутри было много народу и слишком шумно. Оно было небольшое и здесь пахло корицей. На прилавках стояла разная выпечка и до меня дошло то, что это вовсе не кафе, а что-то типа мини-пекарни. Желудок слегка заурчал и, выбрав один из немногих свободных столиков, я сделал заказ на два эспрессо и спросил, что хочет Дина. Та заказала себе макаруны, которые я так сильно ненавижу. Официант ушел и мы завязали небольшую, но очень теплую беседу.
- Ты довольна? - спросил я, снимая парку и, извинившись перед Диной, забрал ее верхнюю одежду и отнес в специальную гардеробную, за которую надо было платить сто рублей. Для меня это не нормально, но я отдал гардеробщику деньги и вернулся к Дине, которая смотрела в окно.
- Я очень довольна. Спасибо большое, за такой чудесный день, - она улыбнулась и, посмотрев за мою спину, нахмурилась, отводя взгляд. Я обернулся, чтобы узнать причину ее недовольства и ухмыльнулся.
- Не нравится, когда целуются в общественных местах? - не помню, чтобы мы с Диной целовались так, как сзади стоящая пара, при таком количестве людей, однако я считаю это нормальным, всем все равно.
- До сих пор не могу поверить, что для Москвы это нормально, - отвечает она и поднимает на меня взгляд. Затем, неожиданно схватив мой телефон, начинает фотографировать меня. Сначала до меня не дошло, но потом я понял и начал закрывать лицо руками. Не люблю, когда так делаю, но Дине все можно.
- Перестань, - громко говорю я и, отвернувшись, встречаюсь взглядом с женщиной, которая смотрит на нас с упоением, - пожалуйста, хватит, - уже молю ее, но ей все нипочем и она продолжает свое дело.
- Вы очень милая пара, - шепчет мне женщина и улыбается, отчего выступают морщинки вокруг ее глаз. Если бы она знала, что этой паре порой приходится пережить. Дина, увидев, что мне что-то сказали, успокаивается и опускает взгляд, жутко краснея.
Выпрямляюсь и, немного поддавшись вперед, заправляю прядь, выбившуюся из небрежного пучка, ей за ухо. По-прежнему недоволен тем, что она не надела шапку.
- Ваш заказ, - рядом с нами появляется молодой парень и ставит на стол наш заказ, а затем удаляется. Предупреждаю Дину, что напиток горячий и кусаю булочку, которая очень даже приятная на вкус. Дина прикрывает глаза от удовольствия, откусив еще немного французского пирожного.
- Потрясающе, - говорит она и протягивает мне противную зеленую сладость. На ее тарелке лежат разноцветные макаруны и при виде них, меня слегка мутит. Ну не люблю я их, что же поделать, - откуси.
- Спасибо, я не хочу, - Дина сводит брови в грустной гримасе и хочет убрать протянутую руку, но я быстро кусаю предложенную ей сладость и та улыбается своей прекрасной улыбкой. Редко встретишь девушку, которая радуется всяким мелочам в семнадцать.
- Вкусно, правда? - она продолжает уплетать его, а я киваю, медленно жуя. Хочется выплюнуть, но продолжаю есть. У них такой вкус, словно они резиновые, но в то же время простые. Сложно объяснить, пока сам не попробуешь. Киваю ей еще раз, словно наслаждаюсь вкусом и она дарит мне очередную улыбку, - мне тоже нравится.
Глотаю недожеванный кусок и запиваю несколькими глотками эспрессо, обжигая горло. Кашлянув, ухмыляюсь Дине, которая жует в обе щеки, наблюдая за посетителями и болтая ногой, отчего ее правая нога слегка касается моей. Эти стулья очень высокие, соответственно, как и столы. Посмотрев на меня, она вновь протягивает мне пирожное, но я кусаю побольше булочки и делаю вид, словно мой рот занят.
 
- Помнишь, когда ты не позволил открыть мне музыкальную комнату, которую просил не трогать Альберт? Они еще уехали провожать бабушек в аэропорт, - вспоминает почему-то Дина и я киваю, не понимая, с чего она решила напомнить об этом.
- Он в тот день попросил приглядеть за тобой. Я вышел во двор, чтобы проводить их до машины, а когда вернулся, решил посмотреть не залезла ли ты туда, куда тебя не просят. Альберт словно чувствовал, что ты не успокоишься, - ухмыльнувшись, я закончил, - и был прав. Ты очень любопытная штучка, Дина Романова.
- Знаю, не люблю любопытных, но сама такая, странно, да?
- Очень, - соглашаюсь я, и отпиваю еще несколько глотков уже слегка остывшей жидкости. Откладываю бумажный стаканчик в сторону и достаю из кармана спортивных штанов жвачку. Предлагаю Дине, которая уже доела свои сладости и та охотно соглашается.
Когда мы расплатились, я оставил на столе несколько купюр для чаевых, потому что об этом попросила Дина, и забрав наши куртки, помог одеться девушке и бросил взгляд на стол, за которым все еще сидела та женщина. Она улыбнулась и я ответил ей взаимностью.
На улице стало еще холоднее. Мне позвонила Анна, спросив, скоро ли мы будем дома. Я успокоил ее тем, что мы будем примерно через полтора часа и сказал Дине, что домой мы поедем на такси, та охотно согласилась моментально покраснев от мороза. Я распутал ее пучок и одел на нее свою шапку. Та недовольно хмыкнула, получив за это по пятой точке.
Такси выстроились в линию около входа в метро, выбрав третье, потому что оно было дешевле всех, я назвал адрес и сел рядом с девушкой на заднее сидение, как она и просила. Дина положила голову мне на грудь и, обняв ее так, чтобы ей было удобно, я поцеловал ее в висок, поправив шапку. Загрузив в социальные сети пару фото, я хотел убрать телефон, но мне пришло сообщение от Ника.
«Сможешь подъехать к моему дому? Это срочно.» - пишет он и я хмурюсь. Что случилось?
«Зачем? Что-то произошло?»
«Да, кажется, у меня намечается драка», - я хотел сказать ругань, но, бросив взгляд на водителя и Дину, понял, что это будет лишним.
«Что ты уже натворил?» - она поправляет голову так, чтобы было еще удобней и, посмотрев на секунду за окно, закрывает глаза, чему-то улыбнувшись. Вновь целую ее в голову и возвращаюсь к переписке.
«В моей гостиной спит полуживой Стас».
 
«В смысле полуживой?» - почему-то от этой новости мне стало дурно. Что у них там вообще произошло? Я понимаю, что мне надо ехать, но так хочется спать. Стас мой друг, поэтому, я никак не смогу заснуть, знаю, что с ним что-то случилось.
«Это образное выражение, просто его бок весь в синяках, я думал, что ему сломали ребра, но после проверки скорой помощи, это оказалась ложная мысль. Он сейчас спит, поэтому я не знаю, кто его так полюбил».