Три подруги и таинственный жених (СИ)

Я бы на такое не решилась. Жить на берегу, глядя на море с полным осознанием того, что никогда больше не вернёшься в родную стихию, никогда больше не сможешь плавать между скал, резвиться с дельфинами и белухами, и выискивать разноцветные камушки на дне. На фоне всего того, что существовало в моем родном мире человеческая жизнь казалась… обычной. Обычной и бессмысленной. Люди рождаются, бесполезно проживают свой короткий век, оставляют потомство и умирают. И так снова и снова, по кругу, год за годом. И продолжается это не одно тысячелетие. И будет продолжаться будет еще столько же, до тех пор, пока они сами себе не уничтожат. А они уничтожат. И себя и нас заодно. И тем не менее, что-то держало меня среди них. Наверное, крошечный огонек надежды, тлеющий в груди. Вера в то, что однажды всё изменится.
И вот, я услышала первый колокольчик. Нападение ягуаретта на банши, в состоянии полного перехода из одного облика в другой. Что может быть страннее?
Только поведение босса, который вдруг затребовал моего срочного появления на работе с учетом того, что срочных дел у нас не было уже несколько месяцев. Да и на самом деле вообще никаких дел у нас не было. А тут вдруг убийство и расследовать его, судя по всему, поручили нам. Настолько маленькому детективному агентству, что его следует рассматривать под увеличительным стеклом. И которое никогда не занималось ничем подобным. Вот искать «наглого, блохастого, помойного» кота, благодаря стараниям которого породистая кошка к большой неожиданности хозяйки, готовившей драгоценную живность к выставке, вдруг разродилась шестью котятами малопонятной породы это да, это по нашей части, а вот всё остальное…
Я довезла Русю до работы, благо нам было по пути, и отправилась по адресу, который уже успела получить от босса. Подъезжая к указанному месту, я сразу заметила несколько карет скорой помощи, парочку сверкающих мигалками экипажей полиции и некоторое количество неприметных машин, словно оказавшихся здесь случайно. Но что-то мне подсказывало, что это было не так.
Я припарковала свою недорогую иномарку у обочины, вышла на тротуар и, обогнув по кругу небольшой палисадник, приблизилась к высотному дому с одним подъездом, возле которого уже толпились люди. Большая часть из них была зеваками и праздными прохожими, почему-то находящимися не на работе в полдень буднего дня. Я начала проталкиваться через толпу, высматривая босса и одновременно набирая его номер на телефоне.
— Алло, — наконец, ответили мне после третьей попытки.
— Ты где? Я уже на месте, внизу, возле входа в подъезд, — тихо проговорила я в трубку, стараясь не привлекать к себе внимания стайки примостившихся на лавочке поблизости любопытных старушек, о чем-то яростно перешептывающихся.
— Поднимайся наверх, — потребовал босс каким-то не своим голосом. — Седьмой этаж.
И уже собрался отключиться, как я выпалила:
— Погоди! Тут на входе стоит шкаф в звании сержанта, что мне ему сказать?
— Скажи, что ты ассистент адвоката Емельянова.
— С каких это пор ты у нас стал адвокатом? — изумилась я, замерев на месте.
— Быстро сюда! — прикрикнул вдруг начальник, чем окончательно вверг меня в состояние шока. Макс никогда не то, что не кричал на меня, он никогда не высказывал недовольства мной, как сотрудником, даже когда я допускала совсем уж глупые ошибки.
— Извините, — заговорила я, пряча телефон в карман и приближаясь к сотруднику полиции, который своим массивным телом с легкостью перегородил проход, просто встав в проёме. — Мне нужно подняться наверх.
— Вы тут живете? — сурово свел парень брови у переносицы.
— Нет, — с улыбкой ответила я. — Я тут работаю.
Его лицо, по своей выразительности напоминавшее морозильник, исказилось, что, скорее всего, должно было демонстрировать интенсивную работу ума. Но если таковой и имелся, то плавал он явно в тормозной жидкости.
— В смысле?
— В смысле, мне надо туда, — и я изобразила рукой направление, куда конкретно мне надо. — На верх.
— Зачем?
— Работать, — продолжала улыбаться я.
 
— Но здесь живут, — не унимался сержант и словно для придания убедительности занятой им позиции, поводил широкими плечами, едва не задев дверной косяк.
— А я здесь работаю, — я водить плечами не стала, так как особо водить было нечем. Нереиды в принципе не отличаются внушительностью комплекции. Как считает Ниса, мы тщедушные, как полупридушенные мышки.
— Она со мной, — раздался за спиной ожившей части меблировки знакомый голос. — Пропустите.
— Адвокаты, — презрительно поморщился сержант, но отступил в сторону. Ровно настолько, чтобы я с трудом смогла протиснуться между ним и стенкой.
— Не могла сразу сказать, что ты со мной? — раздраженно заговорил Макс, едва только мы начали подниматься по ступенькам.
— Могла, но не стала, — ответила я, следуя за ним вверх по лестнице. — Он плохой. И тупой.
— Это было неважно, важно было сделать так, как я тебе сказал, — рыкнул через плечо Макс.
— Ты трубку бросил, — буркнула я.
— И ты решила таким образом выразить свой протест? — Макс тяжело топал, не сбавляя быстрого шага и едва ли не сайгаком прыгая по лестничным пролетам.
Мне пришлось мчаться следом, с трудом успевая дышать.
— Нет, просто он мне не понравился.
— Грешно смеяться над убогими, — Макс схватился за перила и чуть сбавил шаг. Мы к этому моменту уже были между пятым и шестым этажами.
— Ты в курсе, что у таких, как я в принципе отсутствует концепция греха? Фух, — я остановилась и попыталась отдышаться.
— Да? Любопытно, — сдержанно отреагировал Макс, не оборачиваясь на отставшую меня.
— Только если религия имеет для тебя значение, — покачала я головой и, держась за бок, вновь начала подъем. — Что мы здесь делаем?
— Здесь живет моя старая знакомая, — сообщил Макс, осиливая последний пролёт и подходя к одной из четырех дверей, расположенных на седьмом этаже.
— Старая знакомая? — хмыкнула я, следуя за начальством. — Разве так теперь называют бывших дам сердца?
— Я настолько предсказуем? — нахмурился босс, берясь за ручку чуть приоткрытой двери и перешагивая через порог.
— Нет, я настолько умна, — отвесила я самой себе комплимент, но после добавила: — А еще я очень хорошо тебя знаю.
— Видимо, даже слишком хорошо, — тихо заметил Макс так, чтобы услышала только я. И тут же стало очевидно, почему. Квартира, в которую мы вошли, была местом преступления, признаки чего я увидела сразу. Грязный пол, на дорогих деревянных панелях которого виделись следы от разных ботинок. Где-то в глубине квартиры слышались мужские голоса, раздраженно переговаривавшиеся друг с другом. Мимо нас к выходу протолкнулись двое парней с усталыми лицами и тяжелыми, безрадостными взглядами. Едва они вышли за дверь, как где-то за стенкой раздался грохот, словно кто-то попытался передвинуть диван и случайно его уронил. За грохотом последовал отборный мат. Ругались недолго, но с явным знанием дела и творческим подходом к исполнению.
Я уже собралась было полюбопытствовать по поводу сути происходящего, как нам на встречу из ближайшей комнаты вышла девушка. Высокая, красивая, с пышной гривой блестящих темно-каштановых волос, чуть раскосым разрезом выразительных голубых глаз и очень заплаканным лицом. Она двигалась стремительно и при этом изящно. Ощущалась в каждом её движении какая-то природная, не наигранная изысканность. Я криво усмехнулась, глядя как красотка бросилась Максу на грудь и начала всхлипывать. Босс приобнял бедняжку, прижав к себе и начал успокаивающе поглаживать её по голове. Стало понятно, почему он сюда так торопился и так подгонял меня. Прекрасная дева в беде позвала, и он примчался, аки рыцарь в надраенных доспехах.
 
— Может быть, вам уединиться? — хмыкнула я, обходя парочку. — Могу помочь снять гостиничный номер. Ну, или скамейку в парке.
— Прекрати, — поморщился Макс, всё еще держа красавицу в своих объятиях. — У Мари горе, она потеряла сестру.