Три подруги и таинственный жених (СИ)

— Ты можешь остаться здесь, — предложила я. — Подождать меня с работы.
— Как пёсик, — хмыкнула Руся.
— Да угомонишься ты сегодня или нет! — стукнула Ниса кулаком по столу так, что звякнули чашки о блюдца.
— Или нет, — плотоядно улыбнулась муза и направилась к двери.
— Что, если он и вправду жив? — тихо проговорила Ниса, глядя на меня так, словно мне были известны ответы на все вопросы во вселенной.
— В таком случае, у нас с тобой будет на одну проблему меньше, — быстро проговорила я, торопясь на работу.
— Но Ди, — понизила голос подруга до едва слышного шепота. — Если он вдруг оживет и выберется из той ямы, в которую мы его скинули, то вернувшись в город, он может пожаловаться на меня Совету Старейшин.
Возможность подобного исхода событий я уже тоже обдумывала.
— Он знает, кто ты? Ты ему говорила свою фамилию, род занятий, где работаешь?
Ниса помотала головой из стороны в сторону.
— Но он может о чем-то догадаться, очнувшись в импровизированной могиле, — яростно зашептала подруга, проявляя чудеса сообразительности.
— Ну, да, — вынуждена была согласиться я. — Не каждый способен прикончить ягуаретта не моргнув при этом глазом.
— Вот! Что мне делать, Ди? Может, съездить, проверить труп? — и она уже начала подниматься с дивана.
— Не дёргаться, — с силой надавив её на плечо, я вернула подругу обратно. — Вот, что тебе надо делать. Будем решать проблемы по мере их поступления, а сейчас мне надо на работу, пока Макс не разозлился окончательно и не уволил меня.
— С кем он тогда останется работать? — отмахнулась Ниса. — С этой вашей полусумасшедшей секретаршей? Не смеши! У тебя есть что-нибудь выпить?
И подруга полезла исследовать мои кухонные шкафчики.
— Молоко, — предложила я, уже выходя из кухни.
— Я тебе что, теленок? — выкрикнула она мне вдогонку.
— Ниса нашла выход из ситуации? — полюбопытствовала Руся, поправляя макияж перед зеркалом в прихожей. Муза уже успела переодеться и даже обуться. Кажется, она ждала меня, чтобы вместе выйти из дома.
— Ага, называется запой, — проворчала я, доставая из шкафа чистую рубашку и новые черные брюки.
— Всегда считала, что алкоголь лишь создает новые проблемы, а не помогает решить старые, — меланхолично заметила Руся, когда я ушла в соседнюю комнату переодеваться, но дверь не закрыла, а потому всё прекрасно расслышала. Как и попытки Нисы отыскать на моей кухне что-нибудь спиртосодержащее, сопровождавшиеся значительным грохотом.
— Кажется, она уже приступила к простукиванию стен, — предупредила Руся, заглядывая ко мне.
— Ниса! — прокричала я в сторону кухни одновременно выскакивая в коридор и натягивая туфли на невысоком квадратном каблуке. — Не надо пытаться отыскать в моей квартире тайники бутлегеров! На книжной полке в спальне стоит не початая бутылка коньяка.
— Мне кажется, коньяк после ликера не самая лучшая идея, — заметила Руся.
— Наше утро началось с закапывания трупа, — я потянулась к ручке двери. — Хуже уже быть не может.
И мы с Русей покинули квартиру, чтобы отправиться на работу. Она на свою, я на свою.
Как истинная муза, Фируса всегда тянулась ко всему тонкому и прекрасному. Получив образование в Академии Искусств, она устроилась работать в галерею современного искусства «Арт-Бульвар» и очень быстро прошагала по карьерной лестнице — от самого низа до самого верха. Сейчас она является директором этой самой галереи, превратив её в самый востребованный выставочный зал, очень популярный у столичного бомонда. Влиятельный в мире искусства англоязычный журнал даже как-то посвятил подруге один из своих ежемесячных выпусков, назвав её человеком, изменившим культурную жизнь столицы.
Я, в отличии от нашей музы, не была столь же успешна на выбранном поприще. На самом деле, долгие годы я вообще не знала, чем хочу заниматься. А потому пошла учиться на юридический, решив, что знание законов и умение выступать в зале суда в любом случае всегда пригодится. В начале третьего курса на одной из студенческих вечеринок я познакомилась с Максом, который был на год старше меня и учился на там же факультете, что и я. Высокий, с красивой фигурой, созданной упорными тренировками в спортзале, с густой копной чуть вьющихся волос, озорным взглядом и отличным чувством юмора. Он был звездой университета, пользовался огромным спросом среди девчонок всех возрастов и никогда не страдал от одиночества или недостатка внимания. Но меня он привлек не этим. Я видела много красавцев в своей жизни, но ни один из них не казался мне интересным собеседником. С Максом же мы могли обсуждать все на свете — от местных университетских сплетен до теории существования мультивселенной. Так и подружились. Понимая, что как друг он для меня гораздо важнее, чем как возможный временный кавалер, а у Макса все личные связи были временными, я всегда держала между нами некоторую дистанцию. Макс моё желание сохранить наши отношения на стадии дружеских быстро понял и принял, хотя и попытался время от времени перевести общение в горизонтальную плоскость, но скорее уже просто по привычке.
 
Получив на руки диплом о высшем образовании, друг некоторое время поработал по специальности, покочевал из одной юридической конторы в другую, но нигде надолго не задержался. И по итогу решил, что работать хочет на себя, а не на строгого дядю, воспринимающего своих работников как персональных рабов. Поговорив с родителями и уговорив старшее поколение профинансировать его новую затею, Макс открыл частное детективное агентство, воплотив в жизнь мечту своего детства. Лично я, узнав об этом, решила, что друг просто перечитал Конан Дойля. Но Макс никого не слушал и делал то, что считал нужным, почти сразу же предложив мне место в своей фирме. Я как раз к тому времени заканчивала университет, никаких планов на жизнь не имела, кроме стойкого нежелания выходить замуж. Макс на мою свободу не претендовал и в качестве босса подходил идеально, а потому предложение его было принято с немалым энтузиазмом. Так я и оказалась в небольшом офисе в одном из деловых кварталов столицы. У меня появился собственный стол, рабочий компьютер и даже телефон. Я завела себе большую записную книжку и красивый ежедневник. Поставила на столе фотографию бабули, как единственного члена моей семьи, которого можно без опаски показывать людям и…заскучала.
Шли дни, недели, месяцы. Периодически в нашу небольшую конторку, соседствующую с туристическим агентством и клининговой службой, заглядывали клиенты. Половина из них просто ошибалась дверью, а другая половина желала либо выследить неверных супругов, либо откопать компромат на врагов. Но Макс брался за любые дела, даже за просьбу найти потерянного пса, потому что арендную плату приходилось платить и платить реальным деньгами, а не фантиками от жевательных конфет, к которым так привязался мой босс в тщетной, уже сотой, попытке бросить курить.
Чем я только не занималась за период своей трудовой деятельности. Сидела в засаде в кустах напротив дешевой гостиницы с фотоаппаратом наперевес. Следила за совладельцем небольшого японского ресторанчика под видом полусумасшедшей престарелой собачницы. Участвовала в розыске великовозрастного сына очень истеричной матери, которая хотела во чтобы-то ни стало выяснить, как далеко сбежал парень от её ежедневных нападок. Искала пропавший ювелирный гарнитур, который, по мнению слегка экзальтированной владелицы, украло привидение и который оказался просто не самой лучшей подделкой проданного еще в середине прошлого века оригинала. Гарнитур, кстати, утащил племянник. Пятнадцатилетнему парнишке не хватало денег на дорогой игровой компьютер, и он решил таким радикальным способом решить проблему. А после того, как в скупке ему сообщили, что безделушки стоят меньше, чем его телефон, пацан просто выбросил украденное в ближайшую мусорную урну.
 
После всего, что мне довелось увидеть за время работы я полностью разочаровалась в человечестве. Люди казались мне мелочными, глупыми, жадными и эгоистичными. И чем больше я с ними общалась, тем сильнее мне хотелось вернуться домой, в море, и тем меньше я понимала бабушку, которая отдала всю свою магию за возможность жить как человек. И умереть, как человек.