После него (СИ)

— Как… как вы здесь оказались? — спросила я.
— Ты.
— Что? — не поняла я.
— «Как ты здесь оказался?», — поправил Тимур.
— Мы еще не…
— Агата… — безжалостно оборвал он меня. — Это важно?
В сущности…
Если по-честному…
То нет.
Прям совсем нет.
Мне, конечно, было интересно, как он здесь оказался.
На своем джете? Но тогда почему не взял меня с собой?
Нашел он меня намеренно или эта встреча случайна?
  
Стоит ли мне заподозрить его вину в овербукинге?
Надо ли задуматься, о чем еще попросил его Максим?
Но не так интересно, как то, что он сделает в следующую секунду.
Куда посмотрит.
Снова в глаза?
Или продолжит рассматривать мои губы, пока они не начнут зудеть?
Уберет тяжелую ладонь с моей талии и отстранится?
Или…
Я сглотнула и приоткрыла рот, вновь набирая воздуха в легкие, потому что старый уже куда-то делся. Темные глаза Тимура сощурились, он склонился ко мне еще ближе, и на одно очень долгое мгновение, я поверила, что он сейчас меня поцелует.
И совсем не была против.
На стойку перед нами со стеклянным звоном приземлились два бокала.
Один томно изогнутый, с черной трубочкой ало-оранжевым слоистым коктейлем.
Другой — квадратный с толстым дном и наполненный виски на два пальца.
Я дернулась, смутившись от того, что бармен застал нас так близко — и чуть не смахнула со стойки обе бокала. Тимур вновь спас ситуацию, ловко придержав мой локоть.
Теперь одна его рука уверенно удерживала меня за талию, а другая…
С локтя она переместилась выше, обняв плечо. Потом пальцы скользнули по шее, вызвав ворох горячих мурашек, погладили меня по щеке.
Тимур едва заметно улыбнулся, когда я не отстранилась, и его большой палец дотронулся до моей нижней губы, упруго надавил на нее, вынуждая приоткрыть рот.
Что он себе позволяет?!
Что я ему позволяю?..
Завороженная молчаливым напряжением между нами, я разомкнула губы, подчиняясь его бессловесному требованию. И заметила, как сгустилась темнота в глазах напротив.
— Твой «Секс», — проговорил Тимур, и бархат его голоса шершаво прошелся по моим обнаженным нервам.
Он повернулся к стойке, взял бокал с коктейлем и вручил мне в руки. Я машинально стиснула пальцы, обжегшись о холодное стекло. Поймала губами пластиковую трубочку и сделала глоток.
Кисло-сладкий коктейль растекся по языку прохладой, смочил пересохшие губы, утолил жажду. В голове чуть-чуть зашумело. Последний раз я ела в самолете за несколько часов до приземления. Это была вареная курица с рисом, которая не вызывала аппетита, поэтому я лишь немного поковыряла ее пластиковой вилкой и отставила в сторону.
Поэтому алкоголь мгновенно всосался в пустом желудке, влился в вены, заставляя расслабиться и перестать тревожиться.
Я делала вид, что увлечена коктейлем, поэтому не поднимаю на Тимура глаз. Он стоял рядом — я сидела на высоком стуле и так мы были на одном уровне. Но я помнила, что в реальности он на голову выше.
Помешивая трубочкой звонко стучащиеся друг о друга льдинки, я украдкой рассматривала его из-под ресниц.
Смуглая кожа, плотно натянутая на скулах, густые темные брови, прямой узкий нос. Острую и четкую линию челюсти подчеркивает тень щетины. Густые и короткие ресницы очерчивают глаза, словно сурьмой, придавая восточного шика.
Губы…
На губах я зависла, и мне даже пришлось сделать еще глоток, потому что в горле вновь пересохло.
Темные, гладкие, нижняя чуть пухлее узкой верхней.
Почему-то мне казалось, что на вкус губы Тимура будут похожи на его запах — горьковато-терпкие, горячие.
Наверняка очень уверенные и напористые.
Как он сам.
Поэтому, боюсь, что только поцелуем все не ограничится.
На одно мгновение я вскинула глаза, но встретившись с его острым взглядом, вновь опустила их, старательно рассматривая коктейль в своем бокале. Осознав, о чем я сейчас подумала, я сделала большой глоток, на этот раз прочувствовав крепость водки в нем по полной программе.
Горячая мелкая дрожь прокатилась по всему телу, и Тимур, почувствовав ее, привлек меня к себе еще чуть ближе.
За три прошедших с нашего расставания с мужем месяца у меня никого не было. Я даже подумать не могла, что позволю прикоснуться ко мне кому-то, кроме Максима.
Но не это было главной проблемой.
А то, что и до него у меня никого не было.
Сама не знаю, как так вышло, что до мужа я даже ни с кем не целовалась и почти не бегала по свиданиям до конца института, хотя предложений было достаточно.
Максим очень удивился, поняв, насколько я неопытна.
Представляю, как удивится Тимур!
Я судорожно втянула через трубочку коктейль. Неужели я все решила? Или это алкоголь делает меня настолько отвязной?
Трубочка неожиданно издала скворчащий звук — на дне бокала почти не осталось жидкости. Медленно я поставила его на стойку, усиленно глядя куда угодно, только не на мужчину рядом со мной.
— Допила? — спросил Тимур.
Я неуверенно кивнула.
Он взял со стойки свой бокал, залпом опрокинул в себя виски, отставил его и крепко взял меня за руку.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Тогда пойдем.
И я пошла.
  
6. Душ
 
Голова кружилась, легкие горели, но пальцы в руке Тимура, наоборот, были чистым льдом.
Я выпила всего один коктейль, но казалось, будто напилась в хлам. Перед глазами плыл радужный туман, а звуки доносились словно из-под воды.
Тихий звон открывшихся дверей, разговор на английском, из которого я не уловила ни слова. Замирание под ложечкой, пока лифт едет вверх.
Время то растягивалось до бесконечности, и одна гласная в приветствии лифтера длилась несколько этажей, то сжималось, как пружина — и длинный коридор до двери номера промелькнул со сверхсветовой скоростью.
Только прижатая к стене сразу за дверью, ощущая властные руки на своем теле и пахнущее виски дыхание на щеке, я поняла, что прямо сейчас оно случится.
Оно — что?
Грехопадение?
Измена?
Шаг в новую жизнь?
Или — мгновение между прошлым и будущим, которое ничего не значит?
Утром я отправлюсь в путь через Атлантический океан, и никому меня не догнать.
Руки Тимура задрали свитер и коснулись голой кожи. Я вся покрылась мурашками — и встрепенулась, возвращаясь в реальность и трезвея.
— Мне… мне надо в душ! — выпалила я, упираясь ладонями ему в грудь.
В лицо смотреть было невыносимо, поэтому я не открывала взгляда от острого кадыка, выделяющегося на смуглой коже.
— …конечно. — Тимур выдохнул это слово после недолгой, но отчетливой паузы. Сделал шаг назад. — Сюда.
Он распахнул дверь, за которой я увидела стопку белоснежных полотенец на краю мраморной раковины и огромное зеркало с подсветкой. Не поднимая глаз, боком, снова опасаясь повернуться к нему спиной, я юркнула в ванную и захлопнула за собой дверь.
Вот только — увы! — замка на ней не было.
Но я же и не собиралась прятаться?
Скорее — наоборот…
Просто заниматься сексом с почти незнакомым мужчиной после суток в дороге — так себе идея.
Когда зашумела текущая из душа вода, я почему-то почувствовала себя намного спокойнее. Словно этот шум создавал завесу между мной и опасным, но притягательным мужчиной за дверью. Я стянула свитер, джинсы, отложила их в сторону. Поколебавшись, выскользнула из трусиков, смущенно спрятав их под груду одежды.
И шагнула под исходящие паром струи, едва удержавшись в первый момент от блаженного стона. Горячая вода барабанила по плечам, стекала водопадом по телу, унося с собой напряжение и усталость долгого путешествия. Волосы оживали, пропитываясь влагой после высушенного воздуха самолетов, аэропортов и автомобилей.
  
Потянувшись к полочке, на которой стояла батарея разноцветных флаконов, я вздрогнула, поймав в зеркале обжигающий взгляд.