Герой (ЛП)

Когда я замечаю, что мне слишком интересно наблюдать за тем, как он протирает кожу полотенцем, я решаю, что разумнее всего было бы покинуть помещение. Я выхожу на улицу, чтобы воспользоваться туалетом.
Я бы осталась на улице подольше, но несколько звуков в лесу пробуждают во мне инстинкт самосохранения, поэтому я быстро возвращаюсь в дом.
Не говоря ни слова, Зед выходит вслед за мной — вероятно, по тем же причинам. Поскольку меня беспокоят эти звуки, я стою в открытой двери хижины и жду его.
  
— В чем дело? — спрашивает он, когда возвращается, подтягивая джинсы, так как они слишком сильно сползают с его бедер.
— Ничего. Просто мне показалось, я что-то услышала, — я киваю в сторону леса.
Он поворачивается, чтобы посмотреть на темные деревья, окружающие хижину. Мы оба стоим и прислушиваемся, но я больше не слышу никаких звуков.
— Наверное, это было какое-то мелкое животное, или птица, или что-то в этом роде. Звук был не такой, как у медведя.
— Хорошо, — он еще какое-то время вглядывается в темноту, пока, наконец, слегка не качает головой. — Возможно, так и есть.
Он кладет руку мне на спину, чтобы вернуть меня в дом. Это не настойчивый жест. На самом деле я сомневаюсь, что он вообще осознает это. Но прикосновение его руки словно обжигает меня. Я отчетливо осознаю это.
Я отхожу в сторону, якобы для того, чтобы снять обувь и носки. Затем подхожу к тазу с водой, которую он налил ранее, и использую ее, чтобы вымыть руки и лицо.
Мои волосы все еще заплетены во французские косички. Они достаточно аккуратные, так что нет смысла их переделывать.
Зед запирает хижину и присаживается на край своей кровати.
Я стараюсь не смотреть в его сторону. Я должна пойти в спальню и лечь в свою постель. У всех нас был долгий день. Я должна быть уставшей. Может, после сна я почувствую себя лучше.
Вместо того чтобы лечь спать, я подхожу к кухонному столу и снова начинаю вытирать.
Я босая, но на мне джинсы и белая футболка в обтяжку. Бюстгальтера на мне нет. Мою грудь не назвать особенной, но она и не такая уж плохая. Она упругая и округлая, и ее заметно видно под тонкой тканью топа.
Интересно, замечает ли Зед мои груди. Нравятся ли они ему.
У меня всегда были полные бедра, и раньше я считала их слишком широкими. Теперь мне даже нравятся их изгибы. Мне кажется, что Зед смотрит на мою задницу, но, скорее всего, это мое воображение. Я просто остро ощущаю свое тело.
И его тело.
У него очень красивое тело. Я хочу прикоснуться к нему прямо сейчас.
Что, черт возьми, со мной не так? Я совсем сошла с ума.
Я все еще оттираю невидимое пятно, когда Зед внезапно взрывается:
— Черт возьми, Эстер. Ты притащишь сюда свою задницу?
Я замираю. Затем медленно поворачиваюсь, все еще держа в руке кухонное полотенце.
— Что?
— Просто иди сюда.
Я кладу полотенце и аккуратно расстилаю его на раковине, чтобы оно высохло. Затем делаю шаг к нему.
— Зачем?
— Ты знаешь зачем.
— Немного самонадеянно, не так ли? Если предположить, что у меня на уме что-то подобное.
— Если бы ты не думала об этом, то уже была бы в своей постели. Но ты не там. Так что перестань вытирать чертову столешницу и иди сюда, чтобы я мог трахнуть тебя так, как ты хочешь.
Я сглатываю, мои щеки горят.
— Если этого хочу только я…
— Ты прекрасно знаешь, что не только ты. Ты думаешь, я когда-нибудь скажу тебе нет?
Я не уверена, как это происходит — я не осознаю, что предпринимаю какие-то конкретные шаги, чтобы пошевелить своим телом — но каким-то образом я оказываюсь рядом с кроватью, стоя над тем местом, где сидит Зед.
Он протягивает руку, берет меня за талию и притягивает к себе, так что я оказываюсь у него между ног. Он смотрит на меня снизу вверх, его голубые глаза горят. Взгляд кажется странно голодным.
— Слишком ленивый, чтобы хоть приподнять свою задницу и сделать это правильно, — сухо говорю я.
Он издает сдавленный смешок.
— О, я все тебе сделаю правильно. Можешь на это рассчитывать, — прежде чем я успеваю придумать подходящий ответ, он опрокидывает меня на кровать. Я лежу на спине, верхняя часть тела и ягодицы на матрасе, но ноги неуклюже свисают с края. Он придвигается ко мне. Целует меня глубоко и крепко.
Я обвиваю его руками и отдаюсь поцелую, приоткрывая губы и пытаясь втянуть его язык в свой рот. Он большой, горячий и тяжелый, и мне приходится упираться ногами, чтобы не соскользнуть с кровати.
Наконец я прерываю поцелуй.
— Это не то, что я бы назвала правильным. Я сваливаюсь с кровати.
С низким, хрипловатым смехом Зед выпрямляется и передвигает мое тело так, чтобы я лежала на кровати в нормальном положении. Затем снова забирается на меня, на этот раз обхватывая мои бедра своими ногами.
Он целует меня, пока у меня не перехватывает дыхание. Пока я не начинаю извиваться под ним, пытаясь потереться ноющей киской обо что-нибудь твердое, до чего могу дотянуться.
Когда я нахожу выпуклость его эрекции в джинсах, я обхватываю одной ногой его бедро, чтобы потереться о него.
— Проклятье, — бормочет он, отрываясь от моих губ. Он смотрит на меня сверху вниз, его глаза горят, а кожа влажная от пота. — Мы, наверное, способны на что-то лучшее, чем тереться друг о друга как подростки.
— Ну, это у тебя мания величия. Если есть какие-то навыки, тебе лучше вытащить их на свет божий и показать мне.
С волчьей ухмылкой он расстегивает мои джинсы, а затем ширинку, захватывая их вместе с моими трусиками и снимая их все сразу.
Стремясь поскорее перейти к главному, я стягиваю с себя майку и бросаю ее с края кровати. Теперь я полностью обнажена.
Он стоит на коленях у меня между ног, с вожделением разглядывая мое тело.
— Окей, — говорю я наконец.
— Что окей? — ему удается отвести взгляд от моей груди и посмотреть в глаза.
— Я думала, ты собираешься продемонстрировать мне кое-какие навыки. Ты только и делаешь, что пялишься.
— Лучшее, на что можно смотреть в этом мире.
Я качаю головой, заслуженно закатывая глаза, но мои щеки снова горят. Кажется, ему действительно нравится, как я выгляжу. Я не могу поверить ни во что другое.
— Может быть, ты просто тянешь время, потому что не так искусен, как тебе хотелось бы верить.
— Я не тяну время. Просто не тороплюсь, — он дотрагивается большим пальцем до одного из моих сосков. — В прошлый раз мы немного поторопились.
— Я не против поспешности.
— Возможно. Но, несмотря на твой скептицизм, у меня действительно есть несколько навыков, которые я хотел бы тебе продемонстрировать.
— Так сделай это. Покажи мне.
Несколько мгновений мы смотрим друг другу в глаза. Затем он одаривает меня еще одной своей волчьей улыбкой. Наклоняется, чтобы снова поцеловать меня. На нем все еще джинсы и футболка, но, похоже, он не возражает. Он удерживает большую часть своего веса на моем теле, когда жадно впивается в мой рот своим.
Это действительно очень хороший поцелуй. Я вся краснею и тяжело дышу от растущего возбуждения. Моя кровь пульсирует в жилах, и в конце концов я вцепляюсь ему в затылок, как делаю всегда, когда все становится по-настоящему хорошо.
Я полностью возбуждена и готова двигаться дальше, поэтому толкаю его в плечи, пока он не поднимает голову.
— Ладно. Я уверена в твоих способностях. Теперь ты можешь трахнуть меня.
С легким смешком он опускает голову к моей шее.
— Я еще даже не начинал демонстрировать тебе свои навыки.
— Что?
Он не отвечает словами. Просто прокладывает дорожку поцелуев к моим грудям. Он уделяет им много внимания. Так много, что я не могу удержаться и выгибаюсь дугой, извиваясь и издавая множество позорных стонов. Наконец он закончил ласкать мою грудь, но не выпрямился и не вытащил свой член. Он продолжает спускаться все ниже по моему телу, пока не утыкается носом мне между ног.
  
— Зед!
— Что?
— Ты не… ты не обязан этого делать.