Ты жена мне, помнишь?

– Ты права. Ничем, – хмуро роняет Федерик. Усмехается саркастично: – И если вспомнить наш утренний разговор, ты была не так уж и против брака со мной. Я определённо слышал твоё согласие быть мне женой.
Вот не пойму на чём он пытается меня подловить. Думает, я врала? Или, что сейчас пойду на попятную? Так я за свои слова отвечаю.
– От своих слов я не отказываюсь, – прищуриваюсь в ответ. – Но «не против» тут ключевое слово, ваше высочество. Когда я во сне с Богиней общалась, она твёрдо заявила, что развода мне не видать. Достоинства мне ваши расписывала, говорила, что душа у вас благородная. И дала мне чётко понять, что только от вас я могу получить то, что хочу. И тут вы. В общем привлекательный и интересный мужчина. И ваше ключевое требование к жене полностью совпадет с моим самым заветным желанием. К чему мне лукавить и нос воротить? Как вы правильно заметили, я не юная и наивная девочка. О большой любви не мечтаю. И знаю, чего хочу.
– И чего же? – подозрительно вскидывает брови принц. Но тут до него доходит: – Постой… моё ключевое требование. Ты наследников имеешь в виду? Ты хочешь от меня детей?
Какая занятная формулировка. Самомнения его высочеству не занимать.
– Я вообще хочу детей. Вы, как их возможный отец, и судя по всему, единственно возможный, меня вполне устраиваете. Дочки у вас прелестные получились, – говорю абсолютно искренне. – В моей прежней жизни я не смогла воплотить свою мечту стать матерью, о чём сильнее всего и жалела перед смертью. А здесь могу. Если выживу, конечно. И если вы не передумали иметь от меня наследников после этого разговора.
И снова принц выпадает в осадок. И смотрит на меня так потрясённо, что мне даже совестно становится. Вот жил себе спокойно, никого не трогал, и тут жена-иномирянка на голову свалилась. Да ещё ведьма.
Не удивлюсь, если мне после сегодняшнего разговора из хозяйских покоев придётся в подвал переехать, или вообще в какую-нибудь темницу.
Может, не нужно было столько правды на него зараз вываливать? Но ведь назад уже не отмотаешь. Смысл жалеть о том, что уже не изменить?
– В твоём мире все женщины такие? – мотнув недоумевающе головой, интересуется Федерик. Но тон уже гораздо менее напряжённый. Отпустило немного беднягу.
– Какие? – приходит моя очередь удивляться.
– Прагматичные. И прямолинейные, – хмыкает он. Иронично. Неужели оттаял?
– Да нет, не все. Разные бывают, – пожимаю плечами. – Думаю, как и в вашем мире. Я просто стараюсь быть честной.
– Угу. Я оценил, – кивает с кривой усмешкой. – Значит, тебе от меня только дети нужны?
И вот чего он возмущается, если сам женился на Анне только ради сыновей?
Я даже не знаю, что на это сказать. Правда, мне и не приходится.
– И ты готова ради этого быть мне женой, – тянет задумчиво Федерик. – Делить со мной постель. Быть хозяйкой в моём доме... Стать матерью моим дочерям…
Чувствуется в его интонациях большое жирное «НО», поэтому я молчу. Лишь смотрю на него выжидающе. Уже даже шея затекла голову задирать. Вымахал же высоченный такой.
– Ты же понимаешь, что я не могу просто поверить тебе на слово? Просто так пустить тебя в свою жизнь, в свою семью, доверить тебе самое ценное, что у меня есть?
– Понимаю, конечно, но не представляю даже, как могу вам что-либо доказать, – признаюсь со вздохом.
– Тебе возможно и не понадобится. Я утром собирался посетить храм, чтобы узнать, не подсунули ли мне самозванку вместо жены. Но, пожалуй, съезжу туда после ужина. Всё равно не усну.
– В храм? Вы храм Праматери имеете в виду? – воодушевляюсь я. Не знаю, что там будет узнавать Федерик, но у меня тоже есть вопросы к местной небожительнице.
– Да. А что? – вновь подозрительно прищуривается его высочество.
– Можно мне с вами?
Я даже умоляющие глазки делаю.
– Зачем? – удивлённо.
– Хочу кое-что спросить у Праматери. Очень важное, – улыбаюсь невинно в ответ.
– Опять о разводе? – скрипнув зубами, сужает глаза Федерик.
На самом деле нет, но... Пожимаю плечами.
 
– Ну вы же будете смотреть, можно ли от меня избавиться. А мне, что нельзя?
 Глава 28 
 
Меня очень усердно попытались оставить дома. Сначала намекнули, что уже поздно, а я, наверное, устала. Пришлось уверить, что сидеть взаперти для меня было совершенно неутомительно. Потом его хмурое высочество заявил мне, что это опасно.
– С вами мне не страшно, – исренне ответила я. – К тому же не верю, что вы открыто туда поедете. И если уж ваши дочери умеют делать такие качественные иллюзии, что никто, кроме вас их не может увидеть, то вам уж точно под силу спрятать одну маленькую ведьму.
Тут Федерику крыть было нечем.
– Ты останешься здесь! – в конце концов приказал он, бросив искать убедительные доводы для меня.
Теперь крыть было нечем мне. Ну не заставлю же я его в самом деле.
– Как скажете, – пожала я плечами, не пряча своего расстройства и разочарования. Какой смысл, если он всё равно эмоции чувствует? – Перед сном помолюсь вашей Богине, может она мне и так приснится. Желаю вам хорошо съездить. Говорят, вечерние прогулки очень полезны. Свежий воздух, всё такое. Правда, не знаю, как с воздухом тут у вас в вашей столице. Мне куда переселяться?
– Переселяться? – непонимающе нахмурился Федерик. – Куда это ты собралась переселяться?
– Я не могу никуда собираться. Я тут у вас на птичьих правах и вообще самозванка. И, если разобраться, то в ваших личных покоях мне не место. Как и в этом доме, наверное. Поэтому я и спрашиваю. Но если вы пока не решили, что со мной делать, то могу подождать вашего возвращения и, собственно, решения. Надолго вы? Далеко этот храм?
И вот понятия не имею, почему он опять зубами начал скрипеть, прожигая меня раздражённым взглядом.
– Хорошо. Я возьму тебя с собой. Пойдём ужинать, – в том же приказном тоне выдал мне «муж», тем самым безмерно удивив. Ещё и руку протянул, чтобы помочь встать.
И мы действительно пошли ужинать. Вдвоём. Точнее вчетвером, как вскоре оказалось. В просторной но довольно уютной столовой на первом этаже за столом уже чинно ждали отца Каталина и Эмелин. Федерик отодвинул мне стул, помог сесть, потом невозмутимо занял место напротив меня. Во главе стола. И кивнул слугам, чтобы те подавали первую смену блюд.
И вот если бы я не призналась во всём перед этим, то с головой выдала бы себя за столом. Не скажу, что столовых приборов было слишком много, но всё-таки гораздо больше, чем я привыкла использовать. И скорее всего я сделала далеко не одну ошибку, потому что не раз ловила на себе удивлённые взгляды девочек. Да и Федерик наблюдал за мной с интересом. Но ничем больше своего отношения к моим манерам не показал. Так что я успокоилась и сосредоточилась на еде. Волнение меня уже отпустило и наконец вернулся здоровый аппетит.
– Я обещал зайти к девочкам. Переоденься для конной поездки и жди меня, – распорядился муж, когда ужин подошёл к концу, и он привёл меня обратно в свои покои.
И вот тут я поняла, что попала.
– Конной? – посмотрела на него с надеждой, что мне послышалось.
– Да. С этим какие-то проблемы?
– Нет. Никаких проблем кроме того, что я коня вживую и вблизи позавчера первый раз увидела, – расстроенно призналась «мужу».
И вот честно я была уверена, что он воспользуется этим предлогом, чтобы всё-таки уехать без меня. Но принц лишь вздохнул тяжело, закрыв на миг глаза.  Будто терпения набираясь.
– Тогда поедешь со мной. Оденься удобно и неброско. Я зайду за тобой, – и ушёл, оставив меня соображать, что в его понимании значит это «удобно и неброско», и как это соотнести с гардеробом, доставшимся мне от Анны.
Звать Бригитту не хотелось. Федерик мне никаких указаний по этому поводу не давал, и я не была уверена, стоит ли служанке знать, что я куда-то с ним уехала. Поэтому пришлось справляться самой, что, с учётом местной моды, не так уж просто. К моему счастью, я смогла найти более-менее приемлемый вариант среди вороха одежды в гардеробной. Этим вариантом оказалось простое платье сизого цвета с минимумом отделки и украшений. И самое главное – со шнуровкой спереди. Возможно, какой-то дорожный вариант.