Настоящий полицейский (СИ)
– Да все, хватит, Кит, он уже в крови весь. – Сказал кто-то.
Но Игорь получил еще два удара от Кита, после чего отключился, и пришел в себя, когда его стаскивали с лестницы. Его бросили в мокрую траву, рядом же приземлился рюкзак с лопаткой, и один кроссовок, второй упал ему на спину.
Игорь полежал около минуты, затем медленно поднял свою лохматую голову, повертел ей, облокотился на руки, неспешно поднялся, сел, и зашарил по карманам в поисках сигарет.
***Он тщательно вымыл лицо, шею и руки в питьевом фонтанчике «Детского городка», прополоскал рот, выпил воды, после чего вернулся к «Десантнику», засел в кустах и стал ждать, чувствуя, как от боли горят живот и грудь, а голове все еще что-то неприятно гудит, действуя на нервы. Жар сменялся холодом, но долго ждать не пришлось. Придурковатый смех над головой вскоре стих и из клуба стали выходить каратисты по парам и по тройкам. Игорь из кустов внимательно осматривал каждого.
Последняя троица включала Кита, лысого и еще одного долговязого. Почему-то без удивления Игорь увидел, что желтая бейсболка была на голове Кита. Двери клуба на ключ закрыл именно он и убрал связку в карман.
Игорь двинулся за последней троицей, стараясь держаться поближе к зарослям. Троица вальяжно добрела до Садовой улицы, после чего Кит распрощался с друзьями. Те пошли на площадь, а Кит нацепил наушники и блатной походкой, подергивая в такт музыке головой, двинулся вниз по Садовой.
Игорь преследовал его до конца улицы. На пустынном Т-образном перекрестке, Кит обернулся, но, разумеется, никого не увидел. На прямых участках, Игорь отставал, оставляя вдалеке лишь силуэт с сумкой на плече. Пройдя короткий отрезок Медицинской улицы, Кит свернул на Центральную, миновал здание суда и остановился у ворот коттеджа. Игорь появился там же, едва Кит исчез, оглядел из-за кустов довольно богатый по меркам середины девяностых кирпичный коттедж. По его периметру работала подсветка в виде низких фонарей-столбиков – редкость в то время. Слева размещался гараж на две машины. На площадке стоял огромный внедорожник «Шевроле» с большими колесами. Двери гаража были открыты, внутри горел яркий свет. Игорь увидел за машинами крупного мужика, сжимавшего шомпол, и прищурил левый глаз.
***Никита, которого друзья и товарищи по команде называли Китом, был доволен собой. На днях тренер сказал ему, что «на Россию» он едет первым номером от Московской области, а там и до юношеского чемпионата в Европе недалеко. Удары у Никиты сильные с рождения были, особенно ногами. Это еще батя заметил – когда он в детсаду других детей попинывал. У детей синяки оставались. Батя сначала его на тхэквондо отдал, но в городе с этим не очень, а вот когда каратэ в городе укрепилось все пошло в гору. Призы, кубки, почет, оценки в школе высокие за просто так – он ведь то на сборах, то на соревнованиях – за партами некогда штаны протирать. Он честь района отстаивает и притом не в балете каком-нибудь, прости господи, в виде гимнастики или смешной спортивный ходьбы. Единоборства спорт серьезный – пацаны уважают, завидуют, друзья тоже под стать – все почти из клуба, кроме биатлониста Мартынова. Тот хоть не каратист, зато хохмит так, что мертвого из могилы поднимет. К нему, если дурное настроение надо поближе садиться. И с девчонками все ладилось. Почти. Хорошо ладилось со средними, а вот с такими как Полинка не очень. Все нос задирает и встречается с каким-то длиннохАерным чучелом – модник типа. Давно ему пора в репу маваши зарядить. Рано или поздно, он это сделает – дай только повод малейший. Сегодня вот на мелком колхознике потренировался, тот в нокаут улетел, правда, только с четвертого удара – крепкий оказался, хотя ему рыло начистили что надо. Будет знать. А что знать? Да Никита так далеко не думает.
Подойдя к знакомой калитке с орнаментом и табличкой «злой питбуль», Кит сбросил наушники на шею, не дослушав «Acid Warriors» – с батей поздороваться. Батя тоже человек серьезный, крупный. По молодости борьбой занимался, пока колено не повредил. Вообще Кит батю уважал. Он в девяностые как все началось, хлебалом не щелкал, как иные бати. Открыл несколько ларьков в городе, а потом и химчистку. Друзья у бати тоже серьезные, любят посидеть за жизнь потрещать, дела порешать. И хобби тоже – охота с мужиками, экстремальное бездорожье. У них это взаимное. На следующий год батя тачку ему свою подгонит – «Ауди», надо только с правами чтобы дорешали. У бати и в ГАИ свои люди есть. Вот батя сейчас в пристройке копошится – пушки свои чистит, на охоту готовится к выходным, предвкушает.
Поздоровавшись с «батей», и обменявшись уважительными репликами, Кит вошел в дом, сбросил кроссовки, скривил рожу старшей сестре.
– Ма, пожрать бы че! – Крикнул он в сторону кухни и закрылся в ванной. В клубе уже полгода душевые на ремонте – денег бюджетных мало выделяют на спорт. Да ничего, у Кита дома две ванных, одна даже с джакузи. Кит сбросил одежду, забрался под душ с наслаждением ощущая, как струи воды массируют натренированное тело.
Закончив мыться, накинул халат, вышел из душа, ощущая приятную прохладу – дело привычное. У них новенькая отопительная система с терморегулятором. А вот тишина в доме – совсем непривычная.
– Ма, так что пожрать-то?
Тишина.
– Ма? Бать?!
Кит вошел в гостиную и замер. На маленьком диване перед ним сидел тот мелкий колхозник, на котором он сегодня отработал маваши. Сидел и пялился на него – причем спокойно так, не моргая, как у себя дома. В следующее мгновение Киту пришлось удивиться еще больше – справа на большом диване он обнаружил свою семью – батя, ма и сеструха. Только странно как-то они сидели – молча, рядком, выпрямив спины, сложив руки на коленях, а на лицах – застывший ужас.
– Вы че? – Тихо выдохнул Кит, но в абсолютной тишине это прозвучало громко.
Тут-то Кит и заметил у колхозника на коленях батин дробовик.
Глава 26
Игорь неспешно убрал руки с дробовика, взял лежавший рядом «Глок-17», передернул затвор, и ловко поймал выскочивший патрон.
– Знаешь, почему они молчат? – Спросил он, хмуро разглядывая пойманный патрон.
Кит бросил взгляд на отца, который таращился на него, как рыба.
– Потому что я сказал им, что отстрелю тебе яйца, если кто-нибудь из них скажет хоть слово.
Игорь поднял глаза на Кита и тот как опытный боец, разгадал в его лице сдерживаемый гнев. А еще он увидел, рядом с пистолетом на диване свою желтую кепку.
Кит хотел что-то сказать, но вышло неудачно – ничего кроме заикающихся звуков.
– Во время первой встречи разговор у нас как-то не заладился. Давай попробуем еще раз. – Игорь поставил дробовик на приклад и взял другой рукой кепку. – Ты сегодня повел себя не очень достойно. В знак уважения к твоей семье, я не буду рассказывать подробностей. Но я дам тебе шанс исправиться. Дам шанс проявить себя с лучшей стороны.
– Ш-што?
– Я говорю, ты можешь спасти им жизни.
– Как это? Чего? – Кит захлопал глазами.
– У тебя будет три попытки обмануть меня. Понимаешь, почему три?
Кит покосился на свою семью.
– Верно мыслишь. Я мог бы сказать, что хорошо умею распознавать ложь, но на самом деле мне насрать. Если мне покажется, что ты врешь – значит, ты врешь. Поэтому рекомендую просто быть честным. Да, я знаю, иногда это трудно, но ты ведь спортсмен. Тебе не привыкать к трудностям. Просто думай о том, что ты делаешь это ради своей семьи.
– Что делаю?
Игорь развел руками и улыбнулся.
– Просто отвечай на мои вопросы.
– Ла-ладно.
Игорь прижал дробовик к груди и вывернул кепку.
– Мой брат подписывал так свои вещи. – Сказал он, показывая кепку Киту. – Видишь буква «дэ»? Он всегда писал ее так. Ненавидел чистописание и русский язык, но при этом ошибок почти не делал… Как его кепка оказалась у тебя?
– Что? – Быстро переспросил Кит.
Игорь схватил дробовик. Женщина на диване резко вздохнула.